укр
Сергей Корсунский
Остров благоденствия
Главная Жизнь Интервью
23 Сентября 2014, 12:23  Версия для печати  Отправить другу
×
Бывший замгендиректора "Укроборонпрома": "Секреты производства "кольчуг" попали в Россию" http://www.segodnya.ua/img/article/5544/87_main.jpg http://www.segodnya.ua/img/article/5544/87_tn.jpg Интервью Максим Глущенко рассказал о фантастических хищениях в сфере вооружения, о вывозе секретного оборудования завода "Топаз", о том, почему срывались украинские контракты, и что за танки стоят в Харькове
<p>Глущенко: «Нельзя продавать пистолеты по 3 доллара за штуку!»</p>
Глущенко: «Нельзя продавать пистолеты по 3 доллара за штуку!»

Бывший замгендиректора "Укроборонпрома": "Секреты производства "кольчуг" попали в Россию"

Максим Глущенко рассказал о фантастических хищениях в сфере вооружения, о вывозе секретного оборудования завода "Топаз", о том, почему срывались украинские контракты, и что за танки стоят в Харькове

— Максим Михайлович, говорят: что имеем, не храним, потерявши — плачем. В свое время Украина прославилась уникальными радиолокационными комплексами дальнего обнаружения "Кольчуга-М". В начале 2000-х вспыхнул международный скандал: западная пресса заподозрила нас в незаконных поставках "Кольчуг" Ираку. А недавно появились сообщения, что российский гуманитарный конвой вывез из Донецка ценнейшее оборудование завода "Топаз", где выпускались и эти комплексы, и установки радиолокационного подавления "Мандат". Действительно отдали?

— Это очень близко к правде. "Кольчуга" — эффективное средство борьбы с противником. Комплекс состоит из трех станций, способен определять координаты любых наземных и надводных целей, маршруты их движения на удалении от 600 до 800 км, а воздушных — на высоте до 10 км. "Кольчуга" одновременно сопровождает сигналы от 32 целей, видит даже "Стелсы", не обнаруживая себя. Скандал с "Кольчугами" для Ирака (куда на самом деле их не поставляли) сделал изделиям бесплатную рекламу. Но теперь оборудование по производству "Кольчуг" и "Мандатов", видимо, досталось россиянам. Ущерб не поддается никаким подсчетам...

— Мы пытались связаться с "Топазом". Но телефоны молчат. Не отвечает и директор завода...

— Насколько мне известно из источников в СБУ, технология утеряна не безвозвратно. Часть оборудования была предусмотрительно вывезена из Донецка еще до того, как город захватили боевики. Поэтому не все попало в руки россиян. Кроме того, если не ошибаюсь, "Кольчуги" есть на вооружении ВСУ, а значит, при необходимости их могут задействовать в зоне АТО.

— Не странно ли: многие наши бойцы воевали с вооруженным до зубов противником чуть ли не мушкетами, на транспортных средствах типа "школьный автобус" с "устрашающей" надписью "БМП"? А на харьковском заводе Малышева стоит несколько сотен танков...

— Большая часть этих машин нуждается в ремонте. Это не такие танки, что хоть сразу в бой. Но наш Т-64Б "Булат" по своим ТТХ надежен и мало чем уступает российским аналогам. То же касается и бронетранспортеров БТР-4 украинской сборки.

— Однако от этих БТРов пару лет назад отказался Ирак. А Украина потеряла солидный контракт...

— После пакистанского танкового контракт с Ираком на поставку БТР-4 и военно-транспортных самолетов Ан-32 был крупнейшим за всю историю независимой Украины — $500 млн. Наша страна могла заработать на нем $2,5 млрд — огромную сумму! К сожалению, он был сорван, и вину за это должны разделить тогдашние министр обороны и глава "Укроборонпрома" .

— Самолеты ведь худо-бедно продали, а от партии БТРов Багдад отказался, мотивировав это их неудовлетворительным техническим состоянием. Провалом этого контракта объяснялось увольнение главы "Укроборонпрома"?

— В определенной мере — да. Между этими событиями стояли и крупные финансовые хищения, и международные коррупционные скандалы. По тому же иракскому контракту была ликвидирована "дочка" "Укрспецэкспорта", которая заключала и выполняла этот договор. Ее убрали, чтобы перенаправить комиссионные на другие, "свои" фирмы. Речь шла о 25% от суммы сделки! За каждым контрактом — откат, увод крупных сумм в офшорные зоны. Пусть тут разбираются правоохранители.

— Говорят, едва ли не на каждом предприятии оборонного комплекса была (а кое-где и существует) теневая схема, позволяющая наживаться оружейным "королям" и "баронам"...

— Обо всей системе судить не стану. Но одна из схем, на которой удавалось зарабатывать моим предшественникам по авиаремонтному заводу, примерно такова. После инвентаризации вертолетов, принадлежавших Минобороны, которые хранились на заводе, вскрылись факты, что ремонтопригодные двигатели с хорошим ресурсом снимали и продавали на сторону. А на их место ставили неисправные, на которых перебивали заводские номера. То же — при поступлении техники в ремонт: исправные дорогостоящие агрегаты при проведении дефектации на бумаге значились как неремонтопригодные. Их списывали и продавали под видом металлолома. Разница в цене "оседала" в приближенных компаниях-посредниках. Чтоб вы понимали порядок цифр — двигатель стоит от $300 тысяч! Нередко дорогостоящие агрегаты заменялись дешевыми аналогами различных категорий, на которых тоже перебивались номера.

— Вас пригласили в "Укроборонпром" как кризис-менеджера?

— Можно и так сказать. До этого я уже имел опыт работы с международными организациями — USAID, ЕБРР, Мировым банком, другими. В концерне мне поручили внешнеэкономические вопросы. Начал с ревизии финансовой и хозяйственной деятельности спецэкспортеров. Было выявлено немало пробелов. Насчитывалось порядка 60 проблемных контрактов. Мы впервые провели общее совещание между представителями заводов и предприятий-спецэкспортеров, где был отработан конкретный план по каждому. Увы, проблемные контракты так и не удалось вытащить.

— Как, по-вашему, избежать коррупции?

— На мой взгляд, необходимо создавать отраслевые вертикально интегрированные акционерные холдинги, в рамках которых концентрировать производство и избавляться от затратных непрофильных активов в соответствии с западными стандартами. Обязательно объединить с научными организациями, обеспечив замкнутый цикл производства. Ориентировать на создание конечных образцов техники. Контрольный пакет акций должен принадлежать государству. Это позволит привлечь в отечественный ОПК дополнительные инвестиции, а также в рамках кооперации с мировыми технологическими лидерами разместить производства на территории Украины, что создаст дополнительные рабочие места. Международные компании будут вкладывать деньги в разработки, модернизировать товар и оптимизировать процесс производства. Сегодня Украина к таким капиталовложениям не готова. В последующем, уверен, возможно провести и IPO (первое публичное размещение или продажа акций) на внешних рынках. К сожалению, наш рынок привлечения капитала в развитие оборонной сферы пока слишком узок.

— Это довольно долгая и сложная схема. А какие шаги надо предпринять с ходу, без раскачки?

— Прежде всего, упорядочить взаимоотношения с Минобороны. Работая в "Укроборонпроме", я пытался сделать это, например, исключив из процесса посредников — те слишком дорого обходятся государству. Никакой реальной добавочной стоимости они не создают, лишь аккумулируют всю дельту прибыли. Купили дешевле — продали дороже  — прибыль по карманам.

Еще один шаг: продавать излишнее имущество Минобороны необходимо напрямую через спецэкспортеров по реальной цене, а не остаточной. Тогда поступления в бюджет вырастут в десятки раз. Спецэкспортеры знают мировой рынок военной техники и вооружений, понимают, где и в какой момент что необходимо. Схемы, при которых пистолет продается по бросовым ценам (например, $3 за штуку) неприемлемы.
Централизация документооборота с МО на уровне концерна ускорит отработку запросов от инозаказчиков, определив наиболее эффективного спецэкспортера по работе с конкретным рынком и видом техники. Это и обобщение заявок от покупателя, их проверка, понимание реальной цены, а в итоге — сформированный, условно говоря, на полгода вперед заказ, позволяющий избавиться от затяжной бумажной волокиты, сократить сроки поставок и получить максимальную выгоду.

Что касается работы на внешнем рынке, то давно пора ограничить размер агентских и маркетинговых выплат за рубежом, которые порой достигали половины от суммы контракта! Их объем нужно определять в зависимости от условий приемки, количества товара, оплаты, цены, как это принято в мире. Валютная выручка должна оставаться в Украине и направляться на развитие ОПК. Надо поставить заслон схемам вывода денег на офшорные счета конкретных чиновников.

— Украина располагает полным циклом производства авиатехники. Однако при этом не имеет своего вертолетостроения...

— В этом вопросе нужно объединить наш экспортный опыт и производственный потенциал. На аэродромах простаивают десятки единиц авиатехники. На ремонт одного вертолета в среднем нужно 6 млн грн. После модернизации его цена на внешнем рынке возрастает в 10 раз! На вырученные от продажи деньги можно модернизировать 3—5 вертолетов для наших ВСУ. И не нужно тянуть деньги из бюджета, просто надо грамотно организовать этот процесс.

Читайте также:
Харьковские ученые разработали нанопокрытие, благодаря которому БТР не «съест» коррозия
Минобороны блокирует работу комиссии Рады по расследованию событий возле Иловайска - Сенченко
Украина уже получила нелетальное оборонительное вооружение от иностранных партнеров
Польша отказалась поставлять оружие в Украину
8 медицинских вертолетов превращаются в металлолом, а не спасают раненных
Украина под прицелом российских систем ПВО
В Сенат США внесен проект закона о поставках оружия Украине


×
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Источник: "Сегодня"
Автор: Александр Ильченко
Вы сейчас просматриваете новость "Бывший замгендиректора "Укроборонпрома": "Секреты производства "кольчуг" попали в Россию"". Другие Интервью смотрите в блоке "Последние новости"

Добавить комментарий:

Ваш комментарий (осталось символов: 1000)
Правила комментирования на сайте Сегодня.ua
Подписка: