Любовь Лориашвили: "Хотите быть родителями? Родите или усыновите ребенка"

26 Июля 2017, 15:30

Психолог Киевского городского центра социальных служб для семьи, детей и молодежи рассказала о ситуации с усыновлением и о роли Фонда Ахметова в судьбах детей, пострадавших от войны

Любовь Лориашвили: "Родители не должны забывать о собственном ребенке, когда есть приемный". Фото: fdu.org.ua
Любовь Лориашвили: "Родители не должны забывать о собственном ребенке, когда есть приемный". Фото: fdu.org.ua

— Какова сейчас ситуация с усыновлением в Украине?

— Эта тема все еще табуи­рует­ся людьми. Некоторые родители скрывают, что усыновили ребенка. Но общественные организации, работающие в сфере сиротства, много говорят о вреде тайны усыновления. Они приглашают экспертов, психологов, которые проводят встречи с родителями и разъясняют, что усыновление — это еще один путь стать родителем, это точно так же, как родить. Рассказывают, что усыновление двоих или троих детей — это возможность братьям и сестрам быть вместе. Делятся историями усыновления детей с диагнозами, тем, как их можно преодолевать. Мы видели случаи, когда семья приняла ребенка с ДЦП — и это не так страшно.

— Не стало ли усыновление модой, а не осознанной потребностью людей?

— Нет. Если бы это стало модой, то мы бы увидели некий национальный всплеск усыновления. В семьи принимались бы любые дети без подготовки, без знания и понимания их истории. Сейчас усыновление — это не мода, а обдуманный выбор людей. Это очень серьезный шаг: изменение жизни во всем, посвящение себя ребенку, понимание того, что ребенок может быть особенным и с этим надо жить. Наши люди уже осознанно идут на усыновление деток с особенностями здоровья и развития. Я с 2007 года готовлю группы родителей и могу сказать, что все больше украинцев рассматривают детей с диагнозами для усыновления, если диагноз понятен и государство сможет поддержать.

— А как люди сами объясняют свое решение принять больного ребенка?

— В процессе обучения родители в анкете пишут, какого ребенка они бы приняли. Некоторые готовы усыновить ребенка с медицинской проблемой, которая подлежит коррекции. Они говорят: "Нас и ВИЧ не пугает, и астмы у ребенка мы уже не боимся". Другие усыновители рассказывают: "Мы приняли ребенка — а у него целый букет болезней". Мы спрашиваем у них: "Не страшно?". Они говорят: "Нет. Это же наш ребенок, будем бороться".

Читайте также: Мифы и правда об усыновлении в Украине: с какими трудностями не придется столкнуться, забирая ребенка в семью

— Часто можно услышать нарекания, что при процедуре усыновления есть препятствия...

— Препятствия встречаются у тех, кто принимает невзвешенное решение об усыновлении. Такие люди долго и придирчиво ищут ребенка, всем сообщают, что детей нет, или говорят о том, что их показывают только за большие деньги. А когда спраши­ваешь, какого ребенка они готовы принять в семью, то, как правило, речь идет о ребенке до 6—7 лет, без задержки развития, с благополучной социальной историей. Таких детей в системе государственной опеки нет. Государство обязано проверить потенциальных усыновителей, оно должно быть убеждено, что человек способен воспитывать этого ребенка, содержать его. Бывает, что чиновники чуть ли не саботируют процесс усыновления, не без этого. Интернаты напуганы тем, что останутся без работы. Но ведь они могут стать хорошей консультационной базой для усыновителей.

— Что необходимо изменить в методике усыновления?

— Есть много нюансов в подготовке биологических детей к приходу приемных — вот этого точно не хватает. Родной ребенок еще не понимает, что будет происходить, но он выражает согласие на принятие ребенка в семью, а сам точно не осознает, что для него поменяется кардинально все. Родители тратят много времени на приемного ребенка, у него ведь есть особые потребности. А насчет биологического рассуждают так: "Он нас любит и все понимает". Родителям нельзя забывать о собственным ребенке и о своих отношениях — чтобы семья не распалась.

— Как сейчас строится работа с детьми, приехавшими из зоны боевых действий?

— Если дети-переселенцы пережили ужасные события рядом со своими близкими — то им легче. Родитель может утешить и создать чувство безопасности даже в таких жутких условиях. А дети, которых привезли в Киев одних, находятся в подвешенном состоянии: они не понимают, что происходит дома, не знают, увидят они родителей или нет. Их поведение меняется, появляется много тревоги и напряженности. Например, я работала с группами подростков из города Счастье (Луганская область). Они честно говорят: "Мы боимся и не любим ваше метро!" Оказывается, когда вагон скользит по рельсам — звуки напоминают выстрелы. Залпы салютов и люди в военной форме вызывают моментально у детей тревогу. Мы учили их, как этим управлять. Занятия организовал Фонд Рината Ахметова. Были отобраны 250 психологов, соцработников, учителей, медиков, и их обучили по курсу "Травма войны". Они потом обучали детей, как самим справляться со стрессом. Программа была довольно эффективной.

— Расскажите о роли Фонда в сфере работы с детьми в Украине.

— Фонд Рината Ахметова сделал для усыновления главное — популяризировал его, снял с него табу. Была снята завеса молчания и мифов, начался открытый разговор об усыновлении, появились в открытом доступе фотографии детей-сирот. Главный тезис работы: "Если вы хотите быть родителями, вы можете усыновить ребенка".

Вы сейчас просматриваете новость "Любовь Лориашвили: "Хотите быть родителями? Родите или усыновите ребенка"". Другие Общество смотрите в блоке "Последние новости"

Автор:

Станислав Донец

Источник:

"Сегодня"

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Комментарии

осталось символов: 1000 Правила комментирования