укр
Сергей Корсунский
Остров благоденствия
Главная Последние новости Украины
13 Июля 2012, 16:30  Версия для печати  Отправить другу
×
Истории от Олеся Бузины: Потомок гетмана Полуботка — главный жандарм России http://www.segodnya.ua/img/article/3731/39_main.jpg http://www.segodnya.ua/img/article/3731/39_tn.jpg Украина Ни дня не прослужив в полиции, генерал Джунковский сразу же возглавил Корпус жандармов.

Истории от Олеся Бузины: Потомок гетмана Полуботка — главный жандарм России

Ни дня не прослужив в полиции, генерал Джунковский сразу же возглавил Корпус жандармов.

Генерал-лейтенант Владимир Федорович Джунковский был человеком, в биографии которого самым удивительным образом переплелись трагические и комические элементы. Потомок древнего малороссийского рода, происходившего, по легенде, от татарского хана Джунке. Выпускник привилегированного Пажеского корпуса в Петербурге, поставлявшего Российской империи кадры гвардейских кавалерийских офицеров и… генерал-губернаторов — именно это учебное заведение окончил автор известных мемуаров "50 лет в строю" граф Игнатьев. Многолетний адъютант великого князя Сергея Александровича, до сорока лет не сумевший подняться выше капитана, и боевой командир 15-й Сибирской стрелковой дивизии в годы Первой мировой войны.

Борец с пьянством и основатель Музея Бородинской битвы под Москвой. Пчеловод и жандарм. Убежденный монархист и консультант Феликса Дзержинского. Кем он был на самом деле? А Бог его знает! Лично у меня нет ни сил, ни желания осуждать или прославлять одного из последних командиров Отдельного корпуса жандармов Российской империи. Но его биография позволяет лучше понять, по каким неписанным законам жила высшая бюрократия дореволюционной России и благодаря каким талантам "кадры" занимали свои посты, с одинаковым успехом руководя тайной полицией и пчелами, алкоголиками и сибирскими стрелками. Это тем более поучительно, что по тем же законам знакомства и "случая" формировалась партийная номенклатура застойного СССР и нынешняя политическая "элита" независимой Украины.

Вроде бы ничего общего, на первый взгляд, нет между дореволюционным генерал-лейтенантом в роскошных эполетах и современным "менагером", как в шутку называют топ-менеджеров, в костюмчике с галстуком. А присмотришься, как оба скачут с должности на должность, оставляя за собой руины, и понимаешь: честные люди, хорошие, но лучше бы держать их на цепи и не подпускать ни к какому делу!

Кроме всего прочего, в историю России Владимир Джунковский вошел как человек, попытавшийся устранить из царского окружения Распутина и перестроить деятельность жандармерии на основах душевности и благородства. Вступая в 1913 году на должность командира корпуса жандармов, наш герой в первом же приказе огласил подчиненным принципы своей дальнейшей деятельности: "Отметив главнейшие руководящие начала деятельности Корпуса жандармов, выражаю надежду, что в офицерской среде его я встречу те качества, которыми гордится Русская армия, а именно: дух товарищества, взаимного доверия и благородного прямодушия в отношении к начальникам, друг к другу и к подчиненным. Отклонения от этих принципов я не потерплю".

Создатели недавно снятого российского документального фильма, который посвящен биографии Джунковского, просто восхищаются своим героем. Вот, мол, какой был человек! Между тем деятельность нового главного жандарма парализовала агентурную работу всего его ведомства. Едва вступив в должность, Джунковский обнаружил, что агентами секретной полиции являются часто весьма уважаемые люди, вплоть до депутатов Государственной думы. Для любого настоящего жандарма это было бы показателем высокого качества работы его подчиненных. Но не для Владимира Федоровича как жандарма-любителя. "Непорядок!" — решил он и тут же стал перестраивать деятельность охранки на основе методов Льва Толстого о любви к ближнему.

Кроме должности командира корпуса жандармов Джунковский был еще и заместителем министра внутренних дел. Тогда этот пост забавно назывался "товарищ министра". Что мог посоветовать своим подчиненным новый начальник, служивший до этого только московским генерал-губернатором и адъютантом великого князя? Ничего! А как же тогда ум показать?

Естественно, обнаружив недостатки в работе — не так собираете информацию. Причем в своих мемуарах, как всякий бывший высокопоставленный честный дурак, Джунковский признается в этом с очаровательной простотой, которая, как известно, хуже воровства: "Белецкий на докладах у меня очень часто упоминал, что такие-то сведения у него имеются от "Икса", но мне и в голову не приходило, что этот "Икс" был не кто иной, как Малиновский, спрашивать же Белецкого, кто этот "Икс", я считал для себя излишним и вообще никогда не интересовался вопросами, какие у него имелись секретные сотрудники, не снисходя до этого".

Упомянутый Степан Белецкий — это директор Департамента полиции. Генеральская должность! Департамент полиции — ведомство, в которое входили все охранные отделения Российской империи. Именно они вылавливали революционеров, пытавшихся методами агитации и террора изменить государственный строй. Революционеры устраивали восстания, публиковали подрывную литературу, "мочили" губернаторов и министров. Именно они, кстати, разорвали на куски бомбой в 1905 году прежнего начальника Джунковского, великого князя Сергея, выехавшего из Кремля на саночках в баню.

Естественно, что полиция стремилась иметь агентов в среде революционного подполья. Некоторые из этих тайных сотрудников хорошо росли в революционной иерархии и пользовались доверием своих партийных товарищей, на которых "стучали" в Департамент полиции, а один из них — Роман Малиновский (человек, обличенный доверием самого Ленина!) даже стал депутатом Думы от ленинской РСДРП. Это ведь была либеральная демократическая царская Россия с легальными выборами и независимым судом!

Что плохого, если депутат Госдумы Малиновский находится в курсе всех дел подпольщиков и регулярно докладывает о них своему полицейскому начальству? Да с такого человека пылинки надо сдувать! Ценнейший агент! Но совсем другого мнения был об этой ситуации новый заместитель министра. Между ним и директором Департамента полиции Белецким, ведавшим секретными агентами, вскоре возник конфликт.

Белецкий был полной противоположностью Джунковского. Единственное, что их объединяло, это украинское происхождение. Но сыну генерала Джунковскому все приносили на блюдечке, а Белецкий дослужился до своей генеральской должности в полиции из обычных черниговских мещан. Он за свой счет окончил юридический факультет Киевского университета св. Владимира, поступил в канцелярию киевского генерал-губернатора, долго тянул служебную лямку на различных должностях, медленно поднимаясь вверх, пока не приглянулся своими деловыми качествами знаменитому министру внутренних дел и одновременно премьер-министру Петру Аркадьевичу Столыпину. Так он попал в Департамент полиции, что было близко ему в связи с юридическим образованием, и оказался там последним великим реформатором.

Именно Белецкому принадлежит честь организации прослушки телефонных разговоров. Вскрытием писем русская полиция занималась еще с XVIII века, ни в чем не отставая от своих зарубежных коллег. Она читала переписку послов, заговорщиков, шпионов. Именно перехват одного из писем, посланных по обычной почте, позволил раскрыть заговор с целью убийства Александра III, в котором участвовал старший брат Ленина. Но до мысли подслушивать телефонные разговоры дошел именно наш земляк Степан Петрович Белецкий — отец отечественной прослушки.

В новом начальнике он видел всего лишь импозантного недоумка, волею случая из адъютантов ставшего замминистра. К тому же еще и опасного по причине полного полицейского непрофессионализма. Однако Джунковский был не полный дурак. Усмотрев в Белецком возможного кандидата на свою должность, он добился его увольнения с должности директора департамента, а методы, которыми тот добывал информацию в революционной среде, объявил аморальными.

Следующей жертвой Джунковского стал депутат Госдумы Малиновский — ценнейший информатор Белецкого. "Он числился личным сотрудником директора Департамента полиции Белецкого под именем "Икс", — вспоминал Джунковский. — Так шло время, пока директором Департамента полиции был Белецкий; когда же мне удалось с ним расстаться и заменить его безукоризненным и кристальной чистоты человеком — В. А. Брюн де Сент-Ипполитом, то тайна департамента открылась мне".

Джунковский потребовал от Малиновского оставить пост депутата Думы. Под угрозой немыслимого разоблачения со стороны своего же начальства секретный агент-большевик уехал в эмиграцию. Все это кажется фантастикой. Но это было!

Между тем главный принцип, которым должен был руководствоваться жандармский офицер в работе со своими осведомителями, был сформулирован одним из коллег Джунковского и Белецкого — генералом Александром Спиридовичем — почти поэтически, что, впрочем, неудивительно, если учесть, что по женской линии Спиридович был потомком баснописца Крылова: "Вы, господа, должны смотреть на сотрудника как на любимую женщину, с которой вы находитесь в нелегальной связи. Берегите ее, как зеницу ока. Один неосторожный шаг, и вы ее опозорите. Помните это, относитесь к этим людям так, как я вам советую, и они поймут вас, доверятся вам и будут работать с вами честно и самоотверженно… Никогда и никому не называйте имени вашего сотрудника, даже вашему начальству. Сами забудьте его настоящую фамилию и помните только по псевдониму".

Спиридович же как настоящий кадровый жандарм с большим опытом предупреждал молодых офицеров тайной полиции о психологической ломке, которая непременно случается почти у каждого осведомителя: "Помните, что в работе сотрудника, как ни был он вам предан и как бы он честно ни работал, всегда, рано или поздно, наступает момент психологического перелома. Не прозевайте этого момента. Это момент, когда вы должны расстаться с вашим сотрудником. Он больше не может работать. Ему тяжело. Отпустите его. Расставайтесь с ним. Выведите его осторожно из революционного круга, устройте его на легальное место, исхлопочите ему пенсию, сделайте все, что в силах человеческих, чтобы отблагодарить его и распрощаться с ним по-хорошему. Помните, что перестав работать в революционной среде, сделавшись мирным членом общества, он будет и дальше полезен для государства, хотя и не сотрудником; будет полезен уже в новом положении. Вы лишитесь сотрудника, но вы приобретете в обществе друга для правительства, полезного человека для государства".

Ни в коем случае не нужно путать секретных сотрудников, о которых с таким воодушевлением говорил Спиридович, с обычными анонимщиками или добровольными стукачами, доносящими на коллег начальству. Высказывание жандармского генерала принадлежит к эпохе, когда имперская власть и революция вели борьбу не на жизнь, а на смерть. Каждый осведомитель в прямом, а не в переносном смысле рисковал своей головой в случае разоблачения. Тот же Малиновский после революции в 1918 году был расстрелян победившими большевиками, узнавшими о его работе на полицию. А Спиридович — не просто красноречивый теоретик жандармского ремесла, а боевой начальник Киевского жандармского управления. Его карьера взлетела вверх после того, как в 1903 году он получил ранение при захвате опаснейшего эсеровского террориста Гершуни.

Всего этого Джунковский, никогда не занимавшийся оперативной работой и не завербовавший в жизни ни одного агента, просто не мог понять. Возглавляя Корпус жандармов из 12 700 человек, чьими обязанностями было "обнаружение и исследование государственных преступлений", он не знал даже азов своей службы. Его назначение было одной из крупнейших кадровых ошибок императора Николая II. Но ни царь, ни новоиспеченный жандарм об этом даже не догадывались.

Следующий шаг Джунковского в качестве главы жандармского ведомства был не менее поразительным. Российские революционеры подыскивали кадры для своих рядов среди гимназистов и студентов. Они считали, что учащаяся молодежь является наиболее подходящей средой для распространения марксистских идей — горючим элементом будущей революции. Естественно, полиция следила за студентами. Секретные осведомители вербовались из их же среды. Но Джунковский, одевший жандармскую форму с серебряными погонами с целью, как он говорил, "поднять престиж этого мундира" и "постараться искоренить все то, что вызывало недоброжелательное к нему отношение", был жандармом только по форме, а не по существу. Он распорядился запретить вербовать осведомителей из числа учащихся, дабы "не развращать юношество". Теперь полиция ничего не знала о революционной деятельности среди молодежи, но любви к жандармам у либеральной общественности все равно не прибавилось.

Однако расплата за такое легкомыслие уже поджидала Джунковского за следующим поворотом бюрократического коридора.

Окончание читайте в следующую пятницу.


×
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Автор: Олесь Бузина
Вы сейчас просматриваете новость "Истории от Олеся Бузины: Потомок гетмана Полуботка — главный жандарм России". Другие Последние новости Украины смотрите в блоке "Последние новости"

Добавить комментарий:

Ваш комментарий (осталось символов: 1000)
Правила комментирования на сайте Сегодня.ua
Подписка: