Борис Колесников: "Мы Виктору Ющенко мстить не будем"

4 июня 2009 23:01

Чаленко Александр

Один из главных участников переговоров о создании коалиции БЮТ и ПР – о том, как будут менять страну


— В сентябре прошлого года, когда впервые была публично озвучена идея широкой коалиции между БЮТ и Партией Регионов, вы были среди тех депутатов, которые скептически отнеслись к этой идее. Теперь же вы являетесь активным участником переговоров. Что изменилось за это время?
— В сентябре создавалась коалиция без понятных конституционных изменений. Ныне же мы пришли к тому, что эти изменения будут. Ведь после конституционной реформы 2004 года исполнительная власть по сути разделилась. Сегодня избирая президента прямым голосованием, мы обманываем украинский народ, потому что глава государства не может выполнить свою избирательную программу, так как у него нет парламентского большинства. Так что человек, севший в президентское кресло, совершает подвиг Гастелло. Мы же реформы делаем не ради реформ, и не ради того, чтобы Януковича в парламенте избирать. Ведь сегодня, казалось бы, для Партии Регионов выгоднее всего пойти на всенародные выборы президента и выиграть. У нас самые высокие рейтинги.
— Так почему же тогда вы не идете на всенародные выборы?
— Ну представьте, Янукович стал президентом, а Тимошенко-то осталась премьером. Вокруг нее легко консолидируется большинство в Раде. И Янукович­ президент с этим ничего не сможет сделать. И у нас тогда избиратель спросит — почему мы не выполнили свою программу. Поэтому, мы считаем, что нужно поменять Конституцию, чтобы ликвидировать разделение власти раз и навсегда.
— Но, с другой стороны, у президента все равно остаются значительные полномочия. В Европе избрание президента в парламенте, конечно же, распространенная система, но тамошние президенты не назначают министров обороны и иностранных дел. Они наделены чисто символическими функциями...
— Вы знаете, некоторые люди, которые, очевидно, не хотят объединения Украины, плодят мифы, один из которых сводится к тому, что избранный в Верховной Раде президент получит еще больше полномочий. Это неправда. Президент будет лишен влияния на исполнительную власть. Губернаторы, а точнее — представители Кабмина на местах, будут подчиняться премьеру. Если Кабмин — это исполнительная власть, на которую возложена задача построить новую страну, то президент — это гарант Конституции. Поэтому, чтобы быть гарантом, у него должны быть механизмы — министерства обороны, иностранных дел, он назначает главу спецслужбы и вносит кандидатуру председателя НБУ.
— А право вето будет у президента?
— Будет. Оно будет преодолеваться трёхстами голосами. Но мы не будем заниматься коллекционированием вето, как некоторые. Сами подумайте, если президент, партия президента, партия премьера — это одна коалиция, то какие могут быть вето.
— Многим кажется странной идея парламентских выборов в 2 тура, когда во второй тур выходят 2 победителя первого, в итоге победитель второго — получает сразу 226, то есть большинство мест в парламенте. Такого нигде в мире нет.
— Но в мире и нет двух одинаковых Конституций. Какая тут преследуется цель? Избежать политической коррупции в парламенте. Ведь тогда не надо будет подкупать мелкие партии. Тем же коммунистам, например, нужно уже вентилятором карманы надувать, потому что все заработанное в них уже не помещается. Не нужно будет большим партиям нести ответственность за действия министров, попавших в правительство по квоте мелких партий. Наглядный в этом случае пример Рудьковского. Мы же тогда стали заложниками коалиции, так как эта квота была не наша. Ведь поступок мультимиллионера, слетавшего в Париж за государственный счет, — это вызов всему обществу.
— А в чем смысл переноса парламентских выборов на 15 месяцев с сентября 2012 на весну 2014 года?
— Главная цель продления — это окончание первого этапа реформ и выход из кризиса. Чтобы восстановить объемы производства и пойти дальше, тут 2,5 года не хватит.
— У вас есть уже какой­-то конкретный план реформ? Например, первые 10, 50, 100 шагов?
— Я не хотел бы забегать вперед, но, конечно же, такой план есть или, точнее, он близок к завершению. В ближайшее время лидеры наших партий его озвучат. Но однозначно он будет направлен на создание благоприятных условий для привлечения инвестиций. В том числе — через снижение налогов. Далее — политика государства должна быть прозрачна для инвесторов. Нужно верховенство права, гарантии инвестиций.
— Можете ли вы озвучить последовательность действий: что в начале — изменение Конституции или образование коалиции?
— Коалиция без конституционных изменений не имеет никакого смысла. Так что сначала изменения Конституции, принятые в первом чтении, а уж потом создание коалиции как механизм для реализации конституционных изменений.
— Если в сентябре, во втором чтении конституционные изменения не будут проголосованы, то коалиция в таком случае распадется?
— Тогда это будет чистая авантюра, поэтому коалиции не будет.
— И тогда вы идете на всенародные выборы президента?
— По сути дела, да.
— Есть ли внутри Партии Регионов какие­-то группы, которые торпедируют работу вашей фракции с БЮТ? Например, группа Левочкина и Бойко.
— Группа Левочкина и Бойко — это всего лишь Левочкин и Бойко. Ничего они не торпедируют. Вся фракция принимает участие в работе, но каждый имеет право на свое мнение.
— А Юлия Тимошенко договороспособный человек? Ведь ее история взаимоотношений с Ющенко говорит о многом. В 2004 году Ющенко заключил договор с Тимошенко о том, что если он становится президентом, то она становится премьером. Так и произошло. Но через полгода после этого в стране не было более злейших врагов, чем они. Не может такого получиться и в вашем случае?
— Вот это и есть одной из причин избрания президента в парламенте. Не должно быть конкуренции между двумя ведущими руководителями страны независимо от того, кто это. Но с другой стороны ни у кого не должно быть и абсолютной власти. В противном случае этот путь ведет к диктатуре. Поэтому конституционные изменения и предполагают невозможность установления диктатуры в стране.
— Перейдем к формированию правительства. Найдутся ли среди его министров такие фамилии, как Порошенко, Медведчук, Луценко, Гайдук?
— Я не хотел бы обсуждать кандидатуры министров от Партии Регионов, а тем более не хочу обсуждать кандидатуры от БЮТ. Всех этих людей, которых вы озвучили, нужно отнести к сторонникам БЮТ, поэтому вопросы о них вы должны задавать бютовцам. Могу только сказать, что если квота относится к какой-­либо политсиле, и если она считает, что выдвигает на должность профессионала, то ее союзники не должны вмешиваться. Одно могу сказать точно, кроме проекта Конституции, на сегодняшний день у нас больше ничего согласованного нет.
— Будут ли в связи с созданием коалиции изменения во внешней политике государства?
— Мы должны быть с теми, где находятся наши рынки сбыта. И политика тут должна отойти на второй план.
— То есть первым делом вы будете налаживать отношения с Россией?
— Восстанавливать. Но не в ущерб отношениям с Евросоюзом. Также, как и наоборот. Сегодня наши маленькие оранжевые друзья говорят, что вы, мол, не понимаете преимуществ беспошлинной торговли с ЕС. Можно будет украинские рубашки туда продавать. Ну, во-первых, мы можем продать один спутник россиянам. И чтобы получить примерно такие же деньги, мы должны будем нашить рубашек, которые покроют расстояние вплоть до Мадагаскара. И не забывайте, что при строительстве космической и авиационной техники мы задействуем огромное число людей и предприятий, наших высококвалифицированных специалистов — инженеров и конструкторов.
— В идеале Украина должна и рубашками с ЕС торговать, и спутниками с Россией...
— Да. Но на одних рубашках денег заработать не получится. Вообще аэрокосмическая отрасль — это будущее Украины, как и агропромышленный комплекс. Мы сегодня импортируем говядину и свинину, и это ужасно для такой великой аграрной страны, как Украина, как если бы Россия импортировала нефть и газ. Это национальная катастрофа.
— А отношение коалиции к таким болезненным темам для России как НАТО и Черноморский флот?
— Это вопросы не Конституции, но думаю, что такое судьбоносное решение, как вступление в тот или иной военно-политический блок, должно будет приниматься на референдуме. Срок договора по Черноморскому флоту истекает в 2017 году. Так что давайте заниматься им в 2015.
— Референдум осенью по НАТО не будет проводиться?
— Я думаю, что у нас есть чем сейчас заниматься, кроме референдума. Если вы сейчас спросите, какие 10 вопросов сейчас волнуют наших граждан, то его там не будет.
— Кстати, ваши оппоненты говорят, что эта коалиция была освящена в Кремле. Были какие-­то одобрительные сигналы из Москвы?
— Слушайте, мы слишком большая страна, чтобы слушать чьи­-то мнения. Все должно быть сделано ради Украины. А наши национал-патриоты — это чистые демагоги. В результате их политики несколько миллионов украинцев оказались без работы, особенно в их базовых областях. Поэтому я хотел бы, чтобы они ответили за результаты своего труда, которые сводятся в основном к контрабанде. Те депутаты, которые еще 20 лет тому назад писали стишки о Ленине как о Красном Солнышке, а теперь бегают в вышиванках, кричат, какие они национал-патриоты и еще контрабандой занимаются, выглядят как обычные посмешища.
— Виктор Ющенко резко критикует ваши намерения менять Конституцию. Говорит об узурпации власти, называет вас жуликами и паханами.
— Мне вообще удивительна позиция Ющенко. Он в октябре 2007 года после парламентских выборов призвал все политические силы объединиться. Вот мы и выполняем его пожелания. Что касается уголовного слэнга, который употребляет президент, то я хочу напомнить, что именно команда Ющенко в 2005 году начала заниматься рэкетом, рассадив своих генералов и прокуроров, отнимать собственность и преследовать политических конкурентов. Так что, кому—кому говорить о "паханах", но только не Ющенко.
— А, может быть, он против этой коалиции, потому что боится мести со стороны политических оппонентов после своей неминуемой отставки? Может быть, ему нужно предоставить какие­-либо законодательно закрепленные гарантии, что его не будут преследовать после окончания срока полномочий, как в свое время нечто подобное приняла Госдума в отношении Бориса Ельцина?
— Вы помните, что мы, образовав коалицию в 2006 году и имея все возможности, мы не предприняли никаких репрессий и преследований в отношении людей, причастных к репрессиям против нас в 2005 году. Хотя нужно было бы показать миру, чем занималась команда, пришедшая к власти с помощью Запада. Ельцин был первый президент, который бросил вызов коммунистической диктатуре, и он ее победил. Так что он и Ющенко несравнимые люди. Команда Ющенко победила только Украину. Ни одно из его предвыборных обещаний не выполнено. Где 5 миллионов рабочих мест? А бандиты почему не в тюрьмах? Да потому, что оранжевые трудоустроили их в правоохранительные органы. Очевидно, что действия команды Ющенко преступны, как и против политических оппонентов, так и с целью захвата бизнеса. Но Партия Регионов никого преследовать не собирается. Ей есть чем заниматься.
— А преследовать бизнесменов, которые стоят в оппозиции к нынешней коалиции, таких, например, как Игорь Коломойский?
— Не принимать что­-либо — это личное дело Коломойского. Власть не должна преследовать бизнесменов, но и не должна предоставлять им какие­то особые преференции.
— О чем вы на стадионе в Днепропетровске во время финала Кубка Украины разговаривали с Коломойским?
— Я ему просто сказал, что имея такой великолепный стадион, "Днипро Арена" должен играть в Лиге чемпионов, я ему советовал сделать серьезные трансфертные приобретения. Коломойский построил самый лучший стадион в Украине из ныне существующих.
— А что будет с Леонидом Черновецким, давним оппонентом Тимошенко? Перевыборы в Киеве будут после образования коалиции?
— Скажу вам откровенно, я объездил почти все страны мира. Из всех европейских столиц, и даже из всех столиц стран СНГ, наша столица выглядит хуже всех. Я помню Москву, когда у нее был бюджет, равный докризисному киевскому. Это была сплошная строительная площадка. Тогда строилось третье кольцо, МКАД, прорубались тоннели, строились мостовые переходы. А у нас в Киеве? Решений ноль. Поэтому я разочарован. И я не исключаю, что может быть поставлен вопрос о перевыборах столичного мэра. Но этот вопрос должны ставить не политики, а киевляне.
— Выборы в местные советы и городских голов тоже перенесут, как и выборы в Верховную Раду?
— Этот вопрос еще обсуждается. Но что точно будет — это расширение прав местных советов. К ним перейдет исполнительная власть на местах. За главами госадминистраций, которых будет назначать Кабмин, останутся лишь функции надзора. Исполнительная же власть в регионах будет у областных и районных советов. То есть, власть на местах будет зависеть от своих избирателей, а не от президента или иного начальника в Киеве. Местным властям дадим серьезные деньги — в местных бюджетах будет оставаться налог на прибыль. Кроме того, мы закрепим требования продавать землю только на аукционах, что пресечет коррупцию и даст местным бюджетам миллиарды.
— Вопрос о русском языке тоже будет решаться на уровне местных советов?
— Да, чтоб не нагнетать ситуацию, мы решили не включать язык в Конституцию, но примем отдельный закон, по которому местные органы власти смогут обеспечить права русскоязычного населения в сфере образования (в том числе и высшего), документообороте и в судах.
— Вы в свое время говорили о шансах на коалицию ПР и БЮТ как 50 на 50. Как сейчас вы оцениваете шансы и когда она состоится?
— Точно так же. 50 на 50. Для начала нужно обсудить вопрос на наших фракциях и вынести решение. Крайний срок — окончание нынешней сессии. До этого времени нужно принять изменения в Конституцию.

Не пропусти!
Французские болельщики перепутали Бухарест и Будапешт. Их приняли за украинцев
Французские фанаты приехали в Бухарест вместо Будапешта

Подпишись на наш telegram

Только самое важное и интересное

Подписаться

Реклама

Читайте Segodnya.ua в Google News

Реклама

Нажимая на кнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с правилами использования файлов cookie.

Принять