Лучший друг митрополита Владимира: "Наши встречи давали возможность отвести душу в откровенных разговорах"

13 Августа 2014, 12:00

Николай Капчук рассказал о том, как полковники в Киеве "спасали" их от толпы верующих, а также о дружбе на всю жизнь

<p>Сегодня — 40 дней с момента ухода в лучший мир Блаженнейшего митрополита Киевского и Всея Украины Владимира.</p>
Сегодня — 40 дней с момента ухода в лучший мир Блаженнейшего митрополита Киевского и Всея Украины Владимира.

Имя: Николай Капчук
Родился: в 1931 году в с. Вилия на Волыни
Учеба: окончил Одесскую духовную семинарию

В 1964 году стал сотрудником синодальных учреждений Московской патриархии в должности председателя по особым поручениям патриарха Алексия І, Пимена и Алексия ІІ. С 1969 года  — староста (ктитор) Богоявленского Патриаршего кафедрального собора Москвы. Прихожане называют его "Всероссийский староста". Блаженнейший митрополит Владимир считал Николая Семеновича своим лучшим другом и даже в официальных письмах обращался к нему не иначе как "дорогой мой друг".

- Николай Семенович, вас называют другом владыки с детства. Расскажите, как вы познакомились с митрополитом Владимиром?

- С Блаженнейшим митрополитом Владимиром, тогда еще Виктором Сабоданом, мы вместе учились в Одесской духовной семинарии, только я был на два года старше. Знали друг друга, но сблизило нас другое. С  третьего класса я иподиаконствовал при епископских богослужениях в Успенском кафедральном соборе Одессы, молясь вместе с высокопреосвященнейшим владыкой Никоном. Когда владыка Никон скончался в 1956 году, его преемник архиепископ, впоследствии митрополит, Борис (Вик) ввел  меня в число своих иподиаконов. Это и было началом знакомства и многолетних теплых отношений с будущим Блаженнейшим митрополитом Владимиром (Виктором Сабоданом). Будущий глава УПЦ  поступил учиться в семинарию в августе 1954 года, тогда как я был воспитанником  второго класса. Но уже тогда возникло дружеское общение, объединившее нас на всю жизнь.  Мы даже на каникулах  оставались при митрополите, общались и сдружились. В 1956 году я  закончил духовную семинарию и по совету своего духовного наставника митрополита Бориса (Вика) поступил в Московскую духовную академию. А через два года Виктор Сабодан, который к тому времени закончил семинарию, поступил в Ленинградскую духовную академию.

6e1d4749

Архиепископ Дмитровский Владимир (в центре), архиеписком Харьковский и Богодуховский Никодим и Н.С. Капчук (справа).

Фото рубежа 1970-1980-х годов.

- Наверное, увеличился и объем работы, и проблем добавилось?

- Конечно. Я стал входить в суть множества проблем, возникавших в деятельности церкви в условиях атеистического советского государства, но больше занимался хозяйственно-бытовыми вопросами. А получить более ответственную должность помог случай. Однажды, проходя утром к своему рабочему месту через вестибюль здания Патриаршей резиденции, я заметил, что в дом вошел Святейший Патриарх Алексий. Увидев, что никто  из персонала резиденции Святейшего Владыку не встретил, я осмелился подойти под благословение святителя и предложить свою помощь – помог снять верхнюю одежду. Его Святейшество поблагодарил, а на следующий день меня пригласил его личный секретарь и сообщил, что Его Святейшество предложил использовать меня, как кандидата богословия, на более ответственной работе. Узнав, что я имею постоянную прописку в Подмосковье, мне предложили стать секретарем Московского епархиального управления. Так я обрел новое место служения в здании, находящимся на территории бывшего Новодевичьего монастыря. И стал ближайшим сотрудником одного из виднейших иерархов РПЦ владыки Питирима (Свиридова). В мои обязанности входил контроль за исполнением распоряжений на епархиальном уровне, подбор благочинных и клириков на приходы. Решал юридические и налоговые вопросы. Таким образом, я хорошо узнал церковных людей, их жизненные и бытовые проблемы, нужды приходов.

- В то время были сильные гонения на церковь, в том числе в Украине. Часто обращались к вам за помощью?

-  Страшное было время. В 60 гг  множество православных служителей  из Украины приезжали и просто плакали, рассказывая, как их закрывают, взрывают, отбирают монастыри и приходы. Потому особо деликатной сферой моей деятельности стало взаимодействие с Советом по делам религий  при Совете Министров СССР. Человека в рясе туда не допускали, я же ходил в костюме. Добивался соблюдения интересов верующих, не допуская урона репутации церкви и усиления антицерковной пропаганды. В Москве на тот момент монастыри закрыли, а  в Украине этот процесс еще продолжался. Был посредником между Патриархией и Советом по делам религии много лет. За это время удалось уберечь от закрытия многие храмы и приходы, добиться разрешения на их ремонт, защитить священников от произвола местных властей.  В 1969 году меня поставили старостой Богоявленского кафедрального собора.  

6e1d4618

Богоявленский кафедральный собор в Москве.

- А с владыкой Владимиром (Сабоданом) продолжали  поддерживать связь, следить за его достижениями?

- После семинарии мы на какое-то время расстались. Однако  в 1962 году диакон Владимир Сабодан вернулся в Одесскую духовную семинарию в качестве преподавателя. В 1965 году он был пострижен в монашество и в сане архимандрита назначен ректором в семинарии в Одессе. В дальнейшем, назначения следовали один за другим: заместитель начальника Русской Духовной миссии в Иерусалиме, представитель Московского патриархата при Всемирном Совете церквей в сане епископа Звенигородского. В 1968 году владыка Владимир был назначен епископом Переяслав-Хмельницким в Украине, где прослужил до 1972 года. А следующие 10 лет, в сане архиепископа Дмитровского возглавил Московские духовные школы. Стал профессором и магистром богословия. В 1982 году архиепископ Владимир был назначен на Ростовскую и Новочеркасскую кафедру с возведением в сан митрополита. В 1984 получил благословение Святейшего патриарха Пимена возглавить Патриарший Экзархат Западной Европы. В 1987 года стал управделами Московской патриархии и постоянным членом священного синода.  В 1990 году его выдвигали на патриарший престол, и по результатам голосования он занял второе место.  С владыкой мы постоянно встречались, так как любые вопросы все равно решались через Москву.  

- То есть дружба между вами не прерывалась?

- Даже больше скажу, мы с митр.Владимиром по жизни не могли друг без друга. Я был администратором, а владыка – великим молитвенником. Например, в гостинице в Москве остановиться не так легко, а у меня всегда знакомые были, я помогал устраиваться в Москве. Часто владыка Владимир гостил у меня – на тот момент у меня была одна комната в частном доме. Он сам радостный, и спеть может, и светскую держать беседу, и духовную. Владыка Владимир был миротворцем, но доверял мне даже больше, чем своим братьям. Так мы и шли друг с другом по жизни, печалились и радовались вместе. И я этой дружбой очень дорожил. Вообще, митр.Владимир всегда радовался, что бы ни случилось. И кто общался с ним, тот заряжался такой же большой радостью.  В Москве я многие моменты о нем знал прежде, чем он. Например, что его переведут из ректора Московской духовной академии на пост митрополита Ростовского. Только советская власть этому совсем не радовалась.

- Наверное, неоднократно вас пытались рассорить?

- В беседах на самых разных уровнях мне говорили, что наша дружба "не угодна", на что я отвечал лишь: "Давайте каждый останется при своих интересах. Бес пусть тешится, а мы будем радоваться". Как друзей с ученической скамьи нас тогда знала вся православная Россия. Наши встречи давали возможность отвести душу в откровенных разговорах. Мы по-дружески поддерживали друг друга и обновляли силы в заботе о благе церковном. Я был спутником Блаженнейшего в его заграничных официальных визитах как патриаршего экзарха Западной Европы,  затем в качестве главы УПЦ, и в частных заграничных поездках. 

- Как вы думаете, почему именно митрополита Владимира избрали главой УПЦ?

- После провозглашения независимости Украины появились силы, попытавшиеся посеять рознь и недоверие между верующими. Тогда в Украине усиливалось давление греко-католиков, автокефалистов и других конфессий. Митр. Владимир никогда сам себя не выдвигал и не интересовался так называемым карьерным ростом. Но народ просил – так он и рос. Так случилось и с назначением его митрополитом Киевским. Думаю, такой выбор на Харьковском соборе был сделан из желания примирить все споры. А митр.Владимир был в первую очередь  миротворцем. Так и получилось. О своем назначении на киевскую кафедру он узнал от президента Финляндии, когда был там в командировке. В тот сложный момент митрополит Владимир берет на себя миссию первенствующего иерарха УПЦ и держит епархию в самые трудные годы после развала Союза и мирит всех.

- Вы вместе поехали в Киев?

- Надо сказать, тогда власти все откладывали поездку в Киев, говорили: "Вот, не спешите, не спешите". И "не спешили" до того момента, пока не напали на Лавру и не избили монахов.  Спустя неделю после нападения Блаженнейший пошел в Совет по делам религии и стал требовать: "Вы посмотрите, что творится! Нельзя больше ждать, нужно ехать, если я уже назначен". Прибыли целой делегацией. Помню, не доезжая до железнодорожного вокзала, поезд вдруг остановился и в вагон к владыке вошли полковники. "Предлагаем вам выйти здесь, в Дарнице, чтобы спокойно проехать можно было. Вас здесь ожидают машины". Владыка отказался. Тогда полковники  стали спрашивать, с кем еще можно поговорить, мол, кто здесь старший? Пришлось мне с ними разговаривать. Впустил к себе в купе двух полковников и ответил: "Если вы не враги нам, то  будет так как сказал владыка Владимир. А толпы мы не боимся, и не такое в советское время пережили! Даже крестные ходы при коммунистах проходили, а тут толпы людей испугаемся? Что вы, пройдем!". Один из полковников рацию нажал, и через минуту поезд двинулся. Подъехали к центральному вокзалу, там действительно была огромная толпа людей. Полковники говорят нам: "И как вы здесь выйдете?" А я отвечаю: "Вы не выйдете, а мы пройдем!". Как мы вышли из поезда – народ расступился, владыка спокойно сел в машину. Я как-то замешкался с народом и не сел. Так и шел пешком с толпой до Владимирского собора. По дороге нас милиция притесняла, чтоб не препятствовали движению  автомобилей.  А с нами же люди самых разных возрастов шли. Была, например, представительница из Парижа, так ей уже за 80 было. Доходим до Владимирского собора  – там тоже толпа народа стояла, храм кругом оцеплен и закрыт. Спели пасхальные песнопения, но храм так и не открыли. И мы направились в Киево-Печерскую лавру. Там владыка и остался.  

6e1d4583__7092222_1__

- После его назначения главой УПЦ  как часто вы виделись?

-  Я  часто приезжал к нему в Киев, он приезжал в Москву ко мне.  В то время  у меня уже была дача в Пушкино, и на пути из Троице-Сергиевой лавры в Москву владыка с архиереями ко мне приезжали, очень часто с владыкой Павлом, наместником Киево-Печерской Лавры. Но каждый раз, когда я приезжал в Украину, видел, как Блаженнейший ежедневно доказывал свои способности в решении исключительно сложных проблем. Восхищался его умением отстаивать интересы православия, его апостольской твердостью, мужественностью и решительностью. Он все силы отдавал на укрепление связей между православными людьми Украины, Беларуси, Молдавии. Решал множество имущественных вопросов в пользу УПЦ, расширял возможности духовного воспитания и образования верующих, заботился о сохранении православных святынь.

- Наверное, вы одним из первых узнали о болезни митрополита?

- Еще в молодости он все время жаловался на боли в сердце, ведь и его братья был сердечниками. Потому в Сочи ему рекомендовали принимать радоновые ванны, после которых болей таких уже не возникало. Плохо, что у него был целый комок болезней, да еще и таких тяжелых. В последнее время доставали ему ампулы, которые облегчали боли на несколько дней.

- В прессе ходили слухи, что владыку сознательно не лечили, говорили о каких-то политических подтекстах….

- Ну что вы! Его лечили на высшем уровне! Интриги это все, а лечение было самое лучшее. У него ведь был целый комплекс болезней. Жаль, что пропустили рак, которого он так боялся. В один из визитов  в больницу – обнаружили небольшую опухоль. В начале сказали, что доброкачественная и не стали оперировать, а она выросла и стала еще больше. Конечно, я его всячески ободрял. Часто вспоминал историю, как один мой знакомый ремонтировал дороги, взрывал мост перед реконструкцией и его волной отбросило на 300 м. Да так, что даже внутренности вывалились. Скорая приехала, собрала его в простыню и увезла в больницу. Думали, умер, а тот вдруг открыл глаза и спросил: "Где я?" Тогда врачи поняли, что что-то надо делать и на операционный стол. Так он за год переживал до 30 операций!!! Сам вставал, ходил. Помню, встречаю его, а он: "Вот иду на операцию, мне мочевой пузырь не с той стороны пришили".  Словом, говорил о силе духа и желании жить. Владыка соглашался, конечно. Но на все воля Божья. Когда владыке сделали операцию, она уже не особо помогла, начались метастазы. Потом еще воспаление легких. Только вылечили, выписали, так надо же было упасть и сломать ногу. Сказали- год на восстановление. Я когда приезжал в Киев, возил его в  коляске, и спрашиваю: "Владыка, давай остановлю коляску, может сделаешь несколько шагов?" Он соглашался, вставал, делал шагов десять сам. Мог бы встать, так болезни вновь приходили.

- Где  вас застала весть о кончине владыки Владимира?

- Я ведь каждый день был на связи. И конечно, первым, кому позвонил владыка Павел и сообщил о смерти, где-то в шесть утра – был я.

- Из России на похороны только вы успели приехать?

- Не только я, а все, кто почитал владыку. Приехали представители всех православных церквей. Из России – владыка Илларион. Правда, я ехал в вагоне с гражданскими, и в миграционной карте написал: "Паломник". Пограничники даже не знали, кто такой паломник. Объяснил, что умер митрополит, и я как верующий человек, хочу с ним проститься. Тогда пропустили спокойно.

- Как вас встретил Киев?

- Меня пугали, что в Киеве беспорядки. Я даже пешком прошелся по майдану. Посмотрел на эти кучки покрышек, которые лежат, как в музее. Но ничего опасного для жизни не увидел. Так, жизнь идет, машины ездят, люди ходят. Жизнь нелегче стала. И конца этому не видно...

- На ваш взгляд, этот архиерейский собор расставит какие-то точки над "i"?

- Сложно сказать. И в советские времена были сложности, и сейчас их не меньше. А что будет дальше с церковью в Украине – одному Богу известно. Уповаем только на Него.

За помощь в организации интервью благодарим митрополита Павла, наместника Киево-Печерской лавры.

Вы сейчас просматриваете новость "Лучший друг митрополита Владимира: "Наши встречи давали возможность отвести душу в откровенных разговорах"". Другие Интервью смотрите в блоке "Последние новости"

Авторы:

Виктория Железнякова, Анастасия Белоусова

Источник:

"Сегодня"

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Загрузка...