"Защита считает, что Георгий Гонгадзе жив?" – представитель потерпевшей в деле Пукача

20 Января 2014, 20:00

А свидетель считает, что суд должен быть открытым

 

<p>Теличенко: "Мать знала: это сын"</p>
Теличенко: "Мать знала: это сын"

Завтра в Апелляционном суде Киева должно состояться заседание по одному из самых резонансных уголовных дел последних лет — бывшего начальника милицейской наружки Алексея Пукача, приговоренного год назад к пожизненному заключению за убийство журналиста Георгия Гонгадзе.

Напомним, что ранее обе стороны процесса посчитали доказательную базу по делу недостаточно убедительной.

Представитель потерпевшей Мирославы Гонгадзе в суде Валентина Теличенко аргументы адвоката Пукача считает несостоятельными:

— Непонятно, чего добивается Григорий Демиденко. Хочет доказать, что Гонгадзе жив?  Адвокат рассуждает о рагсовском свидетельстве о смерти Георгия. Но оно ничего не доказывает. Оно нужно для гражданско-правовых отношений. Для уголовного дела имеют значение медицинское свидетельство, акт вскрытия, экспертизы. Именно они являются доказательствами факта смерти. В свое время медсвидетельство о смерти Георгия выдал таращанский врач-патологоанатом и судмедэксперт Воротынцев, и оно в материалах дела имеется. Кроме того, суд проверил все обстоятельства и в материалах предыдущего дела (об убийстве журналиста. — Авт.) установил, что найденный под Таращей труп принадлежит Гонгадзе. Те же материалы судмедэкспертиз есть в деле Пукача и, естественно, суд пришел к такому же выводу — в морге на Оранжерейной находится тело Георгия. Рагсовское свидетельство вторично. Оно у меня есть, я его уже показывала.

Не соглашусь и с тем, что мать журналиста сомневалась, чьи останки лежат в морге. После окончания отбора образцов тканей для судебно-медицинской экспертизы Леся Гонгадзе плакала так горько, словно прощалась навсегда. Она знала: это ее сын. Но такова человеческая натура, а материнская подавно, что до последнего отказывается верить в худшее, когда самого близкого человека на свете уже нет и никогда больше не будет...

Что же касается писем, которые она получала, когда Пукач был под следствием, то много ли детей, повзрослев, пишут родителям от руки? Правильно, очень немногие. Родители не знают их современного почерка... Не могла знать почерк своего взрослого сына и Леся Гонгадзе. Кто-то очень некрасиво поступил, присылая письма от имени Георгия, а она пыталась себя обмануть, убеждая и других, что это весточки от Гии.

…Отразится ли смерть Леси Гонгадзе на деле Пукача или суде над ним? Думаю, нет. А от прогноза, как дело будет развиваться, воздержусь.

СВИДЕТЕЛЬ: СУД ДОЛЖЕН БЫТЬ ОТКРЫТЫМ

Поговорили мы также с одним из свидетелей и потерпевшим по делу Алексеем Подольским.

— Согласен, что суд не установил мотивы убийства Гонгадзе. Он установил только всем известное — что Пукач убивал Георгия и избивал меня. Эти факты доказаны и никем не оспаривались. Но суд абсолютно не интересовался мотивами Пукача, должностными лицами, которые давали ему указания расправиться с Гонгадзе и мной. Закрывшись от общественности, суд, прокуратура даже не пытались прикоснуться к вопросу о заказчиках преступлений. Никого не привлекли хотя бы в качестве свидетелей. А ведь Пукач называл фамилии Литвина и Кучмы. Судья проигнорировал. По своему делу Кучма отказывался давать показания, руководствуясь статьей 63 Конституции — та дает ему такое право. Но если б его привлекли как свидетеля по делу Пукача, он бы уже не мог отказаться, а говорил бы правду, либо лгал. Однако и этого не было. Вообще, считаю, весь процесс сфальсифицирован, за что судью надо привлекать к ответственности. А дело Пукача нужно рассмотреть с самого начала, но уже в открытом режиме, чтобы выяснить все до конца...   

Автор:

Александр Ильченко

Источник:

"Сегодня"

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Загрузка...