Продолжая просматривать сайт, вы подтверждаете, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь
Главная Сегодня

Наши миротворцы чинили БТР снегом и защищались от осколков матрасами

Украинские солдаты рассказали о своих боевых приключениях в горячих точках.

Понятие "украинские миротворцы" давно стало привычным. Бойцы занимались разминированием, борьбой с преступностью, охраной гражданского населения в разных углах земли. А начиналось все в июле 1992 года, когда наших парней отправили в Югославию. Накануне годовщины начала миссии мы пообщались с одним из первых миротворцев.

"В отличие от тех, кто приезжал после нас, мы попали на настоящую войну, — рассказывает подполковник запаса Михаил Савченко. — Происшествия начались еще по дороге в Сараево. На одном из серпантинов машину-водовозку занесло, и она улетела в пропасть, водитель успел выскочить. А по приезде, как положено, устроили смотр. Выстроились, но пришлось лечь: перед строем разорвалось две мины, и с этой минуты с официозом было покончено.

Воюющие стреляли часто, и первое время наши бойцы носили бронежилеты, а потом стали бравировать: убьют так убьют, тем более, реально бронежилеты не спасали. Наши ребята обслуживали артиллерийско-разведывательный комплекс — он давал данные: откуда велся огонь. Потому был как кость в горле для всех участников конфликта, когда они пытались свалить вину друг на друга за боевые действия. И однажды из-за этого мусульмане устроили провокацию: остановились недалеко от нас на пикапе с минометом, обстреляли сербов и уехали. На следующий день история повторилась. После третьего раза сербы в ответ открыли огонь по украинцам. Мина срикошетила и залетела в блиндаж. Офицера, который был без бронежилета, отбросило взрывной волной, а погиб тот, кто сидел в самом дальнем углу, в полной амуниции. Позже я там повесил у входа матрас, и в нем часто вязли осколки.

Еще раз наших обстреляли после ДТП. Машина с мусульманами влетела в наш БТР и разбилась в лепешку. Через несколько часов нам за это отомстили шквальным огнем. Девять человек были ранены. Комбат тогда бегал за солдатами и валил их на землю — когда ты бежишь, ты мишень, а в итоге сам получил осколок в висок".

Из семейного альбома М. Савченко

Миротворец. Спас правительство Боснии и Герцеговины

А однажды наши миротворцы везли лидера Боснии и Герцеговины и его правительство в аэропорт на двух БТРах. Пока ехали по улицам, все было тихо, но на развязке за городом по ним "словно кувалда ударила". "Забарабанили пули, и машина заглохла. Перед отъездом я шутил: "А может, "сдать" пассажиров сербам за $20 тыс., и войне конец — накаркал", — вспоминает Михаил Иванович. Завести машину не удалось, пришлось просить второй БТР, чтобы он подтолкнул сзади, но машина не вписалась в поворот, а сдавать назад сама не могла, потому вызвали третий БТР. И все это время в нас стреляли так, что белая краска, которой была покрашена машина, — как снег, летала. БТР таки дотолкали до блокпоста у аэропорта. Но чтобы проехать дальше, надо было цеплять машину на буксир: толкать уже нельзя было из-за слишком крутого поворота. Я, как из трамплина, вылетел из люка. Чтобы вытащить трос, надо было сначала снять канистру с водой. Цепочку, которая ее держала, я разорвал, как нитку, и не понял как, а сам бак по-хозяйски забросил обратно. И тут раздалась очередь..." — вспоминает Савченко. Под пулями он прополз к носу машины, закрепил канат, подкрался ко второй, бросился накидывать петлю на крюк, и... оказалось, что длины троса не хватает! Пришлось показать знаками: "Сдай назад!" И в конечном итоге правительство было доставлено в целости и сохранности, но даже не поблагодарило наших бойцов.

Еще одной задачей наших миротворцев был конвой грузовиков с гуманитарной помощью. "Однажды мина разорвалась в считаных метрах от моего БТР, — вспоминает Михаил Иванович. — Потом водитель грузовика мне говорит: "Твоя мина, Миша, это ничего. Видишь разбитые боковые окна и царапину на лице от осколка?"

В другой раз груз миротворцы везли за несколько сотен километров. Сопровождал их американец. "Нам тогда выдали тормозную жидкость, от которой механизмы "клинило". И вот один из трех БТРов останавливается — оказалось, тормозные диски раскалились, аж красные. Благо, весна была, снежок... Охладили, но не починили. Американец предлагает: "Вызовем техподдержку", — вспоминает Савченко, — А вся наша "техподдержка" — поломанная машина за 500 км от нас". БТР поставили сзади колонны, объяснили американцу, что водители — ассы и будут тормозить пониженной передачей, а если не получится, врежутся в передний БТР и остановятся. Через 200 км история с тормозами повторилась на втором БТРе! Вновь вопрос: "Вызываем помощь?" Но вторую неисправную машину ставят за уже поломанной. Когда до дома оставалось 50 км стал и третий БТР... Доехали без ДТП".

На вопрос, было ли страшно во время службы, Савченко ответил: "Когда до отправки домой оставалось несколько дней, мы устроили проводы, и тут в кружку с шипением падает осколок. С этого момента ходил только в бронежилете. Стало страшно погибнуть за два дня или за день до возвращения. А до этого о смерти не думал".

СОБАКИ-МИРОТВОРЦЫ ВОДИЛИ ДЕТЕЙ В ШКОЛУ

Архив МВД Украины

Четвероногие бойцы искали наркотики и взрывчатку

В наших миротворческих миссиях служили не только солдаты и офицеры. На протяжении многих лет в Косово несли боевую вахту 25 собак. Подразделение "К-9" искало наркотики и взрывчатку, занималось охраной порядка, а в самом начале "боевой карьеры", когда в стране было неспокойно, даже сопровождало детей в школу. Примечательно, что многие собаки, например немецкая овчарка Чак из Запорожья, даже получили медали за участие в боевых операциях. И относились к четвероногим бойцам как к настоящим солдатам — за раненым другом могли даже самолет вызвать. Но служба в Косово была наполнена не только боевыми эпизодами. Кинологи вспоминают, что на оклик: "Чак!" поворачивали голову и собака, и некоторые солдаты — американцы и англичане.

"В ЧЕМ ОТЛИЧИЕ ИХ БАНДИТОВ ОТ НАШИХ? ТОЛЬКО В РОСТЕ!"

Подполковнику МВД Юрию Козленко довелось служить в нескольких тысячах километров от Родины. В 2000—2002 гг. он командовал Первым украинским контингентом международной полиции ООН в Восточном Тиморе (государство в Юго-Восточной Азии).

"Подобные миссии формируются на основании приглашения ООН, МВД решает, посылать ли туда своих бойцов. С одной стороны, всегда есть вероятность, что бойцы МВД попадут в страшные условия, с другой — операции важны для престижа государства, — рассказывает Козленко. — И Тимор был не самой легкой и приятной точкой для службы".

Фото abc.net.au

Рокировка. Местную полицию разогнали, и за порядком следила ООН

Наши бойцы прибыли в страну, когда местная полиция была расформирована из-за причастности к репрессиям. "Мы патрулировали улицы, занимались расследованием преступлений, задерживали бандитов, — рассказывает Юрий Александрович. — В чем отличие их бандитов от наших? В том, что у них средний рост метр пятьдесят и вес сорок с лишним, а преступления во всем мире одинаковые: убийства, ограбления, изнасилования". Конечно, местный колорит сказывался и на характере правонарушений, и на методах следствия. "Когда мы только стали работать, то столкнулись с тем, что люди были очень набожные и считали, что если сказать неправду, то Бог накажет. Поэтому когда спрашивали: "Видел ли ты убийцу?", точно знали, что ответят правду. Но потом появились телевизоры, видеомагнитофоны, люди посмотрели, как ведут себя "импортные преступники", и стали им подражать, включая стрельбу по полицейским, — вспоминает Козленко.

Но были и парадоксальные уголовные истории, которые нигде в мире больше бы не случились. Например, после одного из убийств полицейские отправились к... священнику, полагая, что преступник придет на исповедь. Так и случилось, священнослужитель рассказал, что убийца уже был у него, и даже отправился с повинной в участок. Оказалось, что убийство было совершено из-за того, что жена местного старосты ушла к австралийцу. Вождь пришел к иностранцу, предупредил, что племя не может терпеть измены, и если они не прекратятся, то произойдет убийство. Австралиец не воспринял угрозу всерьез, и вождь пришел еще раз, уже с переводчиком. Сказал, что может дать жене развод, но гость страны отмахнулся, дескать, надо время, чтобы понять, насколько серьезны отношения. Во время третьего визита муж достал мачете и разрубил обидчика пополам. "Суд вынес приговор — три года тюрьмы. Учел явку с повинной и неуважение убитого к местным законам", — рассказывает Козленко (за ввоз наркотиков в страну тогда была положена смертная казнь, а за воровство давали пять лет. — Авт.).

К слову, в тюрьмах тогда условия были достаточно мягкие: заключенные свободно передвигались, могли навещать родных. Из-за чего вышел курьез: после небольшого бунта в одной из тюрем зэков пересчитали. Оказалось, что один... лишний! Кто-то из местных перемахнул через забор, чтобы пожить не заботясь о пропитании.

"Когда мы обучали местных полицейских, то немало хлопот доставили ребята с соседнего острова, — говорит миротворец. — Они жили общиной, все родственники, чужих не было, и о кражах никто не помышлял. Правоохранители нужны были лишь, чтобы урезонить перебравших выпивки — их сажали в клетку, дабы каждый мог на следующий день прийти и пристыдить буяна. Так вот они никак не могли взять в толк: зачем столько законов? Можно ведь на месте все решить. В итоге мы создали всю полицию с нуля, но когда передали власть местному руководству, треть бойцов сняли с работы, чтобы они, при надобности, стояли вдоль улиц и отдавали честь президенту. Опять начался рост преступлений.

УКРАИНЦЕВ АФГАНЦЫ КОРМИЛИ ШАШЛЫКОМ


Праздник. В Ливане на Новый год ели не оливье, а фруктовые салаты

В Ливане наши миротворцы занимались составлением карт минных полей вдоль границы с Израилем. Начинали работу с восходом солнца, днем температура накалялась до 50-ти, и искать мины в бронежилете и каске было слишком тяжело. А разминирование часто было сопряжено со смертельным риском: боеприпасы приходилось искать с помощью щупа, часто они были "с хитростью" против саперов. "А с контрактом нашим миротворцам всегда не везло, — рассказывает подполковник запаса Юрий Шавлин. — Саперам из коммерческих структур из других стран платили в 4—5 раз больше, чем нам — $2000—2500".

Но намного страшнее, как признается Юрий, было служить в Афганистане в 2007 году: "Я был переводчиком, сопровождал караваны, которые шли в разные части страны. Всегда была угроза, что нападут, захватят в заложники, и в случае ЧП, помощи пришлось бы ждать не меньше суток". Больше всего удивило военного отношение афганцев к украинцам и россиянам: "Я ожидал, что будут вспоминать войну и относиться к нам как к врагам, но, наоборот, узнав, откуда я, люди радовались, несколько раз даже бесплатно накормили в шашлычной. Местные говорят, что СССР построил заводы, дороги, и воевали, дескать, с ними наемники из Пакистана, а не мы. А вот по поводу США там другое мнение: "Понастроили военных баз и сидят там, только иногда выходят с оружием — пользы от них стране никакой".

В АФРИКУ — С ЗИМНЕЙ ПАЛАТКОЙ

"Когда мы готовились к миссии в Сьерра-Леоне, то встал вопрос: какие палатки с собой брать? Привезли легкие летние, но я их забраковал, сказал, что надо вести в Африку зимний вариант, — вспоминает генерал-майор запаса Владимир Попович. — Сначала все смеялись, но я доказал свою правоту. Тяжелая прорезиненная ткань лучше удерживает не только горячий, но и холодный воздух, поэтому когда мы поставили кондиционеры, условия были весьма комфортными. К нам потом часто приезжали из штаба миссии с другими военными и говорили: "Смотрите, как надо оборудовать лагерь". Еще удивление у гостей вызывала украинская кухня. Несмотря на то что температура на солнце достигала 55 градусов, нашим ребятам готовили первые блюда, и, конечно, не обходилось без борща. "А самыми изысканными деликатесами были сало, селедка и черный хлеб", — вспоминает Попович. Впрочем, Сьерра-Леоне многим запомнилась совсем другим: в катастрофе вертолета там погибли четверо наших парней, и примерно 80% бойцов первой ротации переболели малярией.

ЗА 17 ЛЕТ МИРОТВОРЦЫ ПРИНЕСЛИ СТРАНЕ $2 МИЛЛИАРДА

"Один из итогов миротворческой деятельности нашей страны — $2 млрд. компенсаций, которые поступили в бюджет, — рассказывает президент Украинской ассоциации миротворцев Юрий Донской. — При этом мы отказываемся от участия в миссии ООН на Голландских высотах якобы из-за того, что в бюджете нет денег на подготовку контингента. Но участие в этой операции с лихвой бы окупило все затраты. В добавок страна не может правильно расставить приоритеты, что важнее — ООН или НАТО? Но, к примеру, на ту же операцию коалиционных сил в Ираке мы тратили деньги, которые зарабатывали в миссиях ООН".

По словам миротворца, создается впечатление, что наша страна не лоббирует свои интересы на должном уровне, хотя во многих случаях наши военные справлялись с заданиями лучше, чем другие миротворцы, и у нас хороший имидж. "Чаще наши войска гораздо лучше подготовлены, чем другие. Мы можем малыми силами выполнять серьезные задачи, как, например, в Ираке", — говорит Донской. Еще один итог миротворческих операций — 45—50 тыс. военнослужащих, прошедших порой через ад. И, парадокс, менее половины из них имеют статус участника боевых действий".

Для того чтобы попасть в миротворческий контингент, военнослужащим надо подать рапорт командованию. Денежное обеспечение — около $1000 в месяц. Уволенные в запас могут обратиться в управление кадров ООН.

Новости партнеров

Новости партнеров