Продолжая просматривать сайт, вы подтверждаете, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь
Главная Сегодня

Олег Видов: "Не сбеги я в Америку, в СССР меня давно бы похоронили"

Актер рассказал, почему эмигрировал в конце 1980-х в Америку, как возил страусов из Южной Африки, что Крамарова могли спасти врачи, как из-за Басова чуть не остался без диплома, о своих женах и о том, как отметит свое 70-летие в Москве

Чтобы взять интервью у Олега Видова, который уже почти 28 лет живет в Малибу в шикарном доме неподалеку от певицы Шер и Барбры Стрейзанд, пришлось использовать все свои связи. Когда номер телефона был найден и я услышала в трубке веселое "Хэлло", сознание долго не могло поверить, что это тот самый Морис Джеральд из фильма "Всадник без головы" и Медведь из "Обыкновенного чуда", которые в детстве были засмотрены до дыр. "Олег Борисович, это же вы?" Услышав родную речь, актер не смог сдержать радости и с приятным американским акцентом ответил: "Ну, конечно". Мы разговаривали по телефону, когда в Украине было уже далеко за полночь, а в Малибу — около полудня. "Ой, лапушка. Дай я немного проснусь, заварю себе кофе, надену штаны, а то неудобно разговаривать с дамой в одних трусах".

— Олег Борисович, хотелось бы сказать, что вас помнят и не забывают. Как в России, так и в Украине.

— Спасибо. Мы же работали тогда для всего Союза. Меня как-то спросили: "Ты за этих или за тех?" Я говорю: "За всех!" Я актер, а они зрители. Они меня любят, а я их.

— Я заметила, что у вас появился американский акцент. Вы не стали забывать русскую речь?

— У меня жена американка, приходится говорить с ней на английском 95% времени. Но человек остается тем, кем он родился. Ну какой я американец? Да, у меня американский паспорт, гражданство, пенсия в $600. Но при этом я русский человек. Американцев, которые приходят ко мне в дом, я всегда кормлю, а они удивляются. Говорят, мол, поставь кофе, чай. Но у русских так принято — быть хлебосольным. Потому что мы все знали тяжелые времена, знали, что такое быть голодным.

— Пересмотрела все ваши интервью за последние годы, и оказалось, что их не так много. А новой информации о вас не появляется. Как вы сейчас живете? Стали своим в Америке?

— Здесь много разных людей, которые приезжают из разных стран, и все находят возможность работать и жить нормально. Эта страна резиновая. Если человек умеет работать, он здесь встанет на ноги. Сначала тяжело, потом будет полегче. Так было и со мной. Параллельно с тем, что я здесь снимался, у нас с женой одно время был свой бизнес. Надо было много работать для того, чтобы чувствовать себя нормально и не бедствовать.

— У вас ведь был бизнес, связанный с нашими советскими мультфильмами?

— Да. "Союзмультфильм". Мы хотели, чтобы советские мультфильмы увидели американцы и жители еще пятидесяти стран мира. Поэтому мы выкупили в России права на эти мультфильмы, чтобы показывать их в Штатах. Но так вышло, что пленки с оригиналами были в ужасном состоянии: поцарапанные, выцветшие за долгие годы. Еще бы — хранились они в государственных архивах. Их все нужно было реставрировать, а это очень дорогостоящий процесс. Была проведена тяжелая и долгая работа по реставрации пленок. Мы с женой это сделали в Голливуде и за свои деньги.

В итоге после окончания этого процесса мультфильмы переозвучили на разных языках большие американские звезды. А во Франции, к примеру, это сделала Катрин Денев, в Испании — Хулио Иглесиас. Но когда российские чиновники узнали, что реставрированные фильмы идут на канале "Дисней", у них слюна потекла и они решили отобрать у нас контракт на показы. В результате, чтобы сделать все как бы легально, они вместе с "пиратами" организовали унитарное предприятие "Союзмультфильм" — такие организации легко распустить, а на их месте открыть контору под любым другим названием. В общем, так и произошло. Но потом был суд, который мы выиграли, а этим людям дали по заслугам. 

— А чем вы занимались потом?

— Почти 2,5 года мы с женой летали по всему миру. В Сомали, в Камбоджу возили грузы. Причем разные. Иногда цветы, фрукты, были даже страусы из Южной Африки (смеется). Но чего говорить, я, когда сюда приехал, вообще на стройке за $3 работал.

А сейчас мы с женой стали заниматься медициной. Открыли наркоклинику для алкоголиков и наркоманов, такой центр восстановления, называется "Малибу бич". У моей американской супруги есть одно хорошее качество: она если за что-то берется, то заканчивает по этой теме университет, а то и два. Она журналист, много пишет об этом в своих блогах. Джоан у меня такой заботливый, душевный человек, мы с ней вместе уже 28 лет.

— В Америке вы снимались в таких картинах, как "Красная жара", "Дикая орхидея", "13 дней". А потом вдруг перестали появляться на экране. Почему?

— Моя дорогая, мне просто не хотелось играть подонков. У меня лицо не такое, а изображать дурака я не собирался.

— Правда, что вы не видели многие свои картины? 

— Это так. К примеру, в России я снимался в фильме "Артем". Но до сих пор не видел этого фильма. Звонил, просил хоть копию, но бесполезно. А там у меня довольно приличная роль была.

— Говорят, что именно Савелий Крамаров помог вам на чужбине вернуться в профессию.

— Да, Савочку я здесь встретил. Мы снимались с ним в фильме "Любовные истории". Он уже вышел на американский юмор и мог бы сделать себе весьма приличную карьеру. Но его погубил рак, который советские врачи не заметили. Когда болезнь диагностировали в Америке, то попросили показать прошлогодние анализы, а в них уже было видно раковые клетки. И наш местный врач сказал, что если бы это вовремя обнаружили, его можно было бы спасти.

Я тут со многими нашими эмигрантами-актерами встречался, но так — "привет-привет". С Илюшей Баскиным, Женей Лазаревым, Ларисой Ереминой.

— Вы живете в Малибу. Это ваш дом или жены?

— Нет, мы вместе его купили давно. Сначала снимали долго, а потом купили. Здесь так делают. Америка — это другой мир, такой себе капиталистический Советский Союз.

— У вас весьма завидные соседи...

— Это же Голливуд. Иногда я их вижу в магазине. Иду чего-то покупать, они там тоже что-то покупают. Шер, Стрейзанд. Мило, хорошо, но не более того.

— Ну а зачем вы уехали в Америку? Останьтесь вы в России, так много могли бы еще сыграть.

— Я снимался тогда в Югославии, когда мне сказали возвращаться в Россию. А я вдруг понял, что просто больше не хочу этого. И поехал в Австрию, потом в Италию, а уже оттуда перебрался в Америку. Как Робинзон Крузо.

А еще мне ставила палки в колеса моя бывшая жена Наталья Федотова, которая была близкой подругой Гали Брежневой. Она мне угрожала и во ВГИК звонила, чтобы там не выдавали мне мой режиссерский диплом. Станислав Ростоцкий, который тогда там преподавал, слава Богу, не обратил на это внимания.

Честно говоря, меня просто выталкивало из России. Я еще не понимал, почему, а потом оказалось, что врачи нашли у меня незлокачественную опухоль на гипофизе. Если бы я остался в Союзе, я бы просто умер — у нас не делали таких операций.

— Неужели ностальгия не мучает?

— Люди, которые много работают, — у них нет времени на это. К тому же сейчас можно на самолет сесть и прилететь куда угодно. И потом ностальгия — это когда у тебя там мама, папа и ты не можешь их увидеть, тебе тяжело. А я остался совсем один, все умерли. 

Еще ведь в Союзе людям "обрубали руки", нельзя было ничего делать. А здесь — пожалуйста, иди по любой дорожке. Хочешь — хоть миллионером становись, только работай, вкалывай. Здесь людей уважают, даже если у тебя плохой язык. К тому же я всю жизнь был спокойным в плане денег, они волновали меня постольку поскольку.

— Российские режиссеры не предлагали вам за эти годы сняться в своих картинах?

— Предлагали, но я был уже нездоров. Съездил в Россию только однажды — снялся в фильме "Заколдованный участок". Бывает, смотрю свои картины, вспоминаю какие-то моменты... Недавно включил "Благочестивую Марту" и вдруг вспомнил, как все это было, как снимали. Словно вчера было — все так четко и ясно...

Или вот недавно вспомнил, как снимался у Владимира Басова. Я тогда учился в институте и ушел на съемки его фильма "Метель". А во ВГИКе меня предупредили: либо съемки, либо учеба. Я, естественно, выбрал съемки, и меня за это вышибли. Потом было "Обыкновенное чудо", "Сказка". И вскоре меня вернули на пятый курс. Правда, пришлось два года учебы сдать за восемь месяцев. Смешно сейчас вспоминать, что учили мы научный коммунизм, политэкономию... Мне кажется, эти предметы были непонятны даже тем, кто их преподавал.

Басов был фронтовик, такой прелестный человек и режиссер замечательный. Атмосфера царила на площадке все время самая что ни на есть правильная. Потом был Саша Косарев... Мы с Басовым встретились с ним на съемках "Срочно... Секретно... Губчека". Саша Косарев, к сожалению, умер давно. Когда лет десять назад произошел обвал денег, у него случился инсульт, хороший режиссер был... И ведь младше меня. Так что я должен благодарить Бога, что еще чирикаю, ведь стольких моих друзей уже нет.

— Последний раз когда приезжали на родину?

— Года три назад по делам приглашали.

— А с двумя своими сыновьями от разных браков с Вячеславом и Сергеем видитесь?

— Иногда. Один в Москве живет, другой здесь. У Сергея мама врач, живет в Одессе. Они другое поколение. У меня даже внук есть. Как говорится, жизнь продолжается, стукает. Вот 10 июня мне будет 70 лет. Зовут в Москву на программу "Сегодня вечером". Так что, наверное, там и проведу этот день.

— Хорошо помню время, когда советские школьницы вырезали ваши портреты. Вас обожали женщины, считали секс-символом.

— Девушки относились ко мне хорошо. И я благодарен им за то, что они скрашивали мою жизнь, где бы я ни был. Меня воспитывали женщины — мама и тетя, и я очень уважительно к женщинам относился. И отношусь. Очевидно, это и проскальзывало в ролях, отсутствовала грубость, пошлость. Возможно, это привлекало.

У меня жены были такие прекрасные, что не дай Бог. Первую, Мариночку, очень любил. Вторую, Наташу, — тоже. Марина ревновала. Наташа была властная, хотела, чтобы я стал партийным деятелем, но я решил остаться самим собой. Наташа была такая элегантная, европейская дама, мне это понравилось. Мне всегда нравились умные и красивые. Хотя, в принципе, мне все женщины импонировали, но умные особенно.

Впрочем, народ актеров любит везде, независимо от пола. И все здороваются, словно ты родной. Не нужны никакие жены, чтобы к тебе относились с симпатией. Кстати, эмигранты очень хорошо меня тут встретили. Когда я снимал свой фильм-сказку "Изумрудная принцесса", мне помогли найти финансирование. До сих пор у меня ощущение, что я попал к родным людям.

— А вы сегодня счастливы в Америке?

— Я прошел через все, мы жили в очень тяжелых условиях. Две зимы с тетушкой в сарае прожили, когда мама заболела. Поэтому сейчас трудности меня не пугают. Лишь бы меня не трогали, не командовали мною. Надо совершенствоваться, учиться и жить, а не смотреть, что у этого золотые зубы или золотая рельса поперек шеи. Ее ведь в тарелку не положишь в тяжелые времена. У меня тетя была, ее звали в Кремль работать в 20-х годах, а она сказала: "Я хорошо знаю историю, чтобы жить при дворце". Поэтому не всегда хорошо лезть наверх. Можно где-нибудь спокойно сесть, посмотреть на речку, на девушку красивую — и быть счастливым.

ГОЛУБОГЛАЗЫЙ АКТЕР FROM USSR

Имя: Олег Видов


Ро­дил­ся: 11. 06. 1943 в с. Передельцы (Россия)

Окончив среднюю школу и школу рабочей молодежи, Видов одно время работал электриком на строительстве Останкинской телебашни. Однако любовь к искусству оказалась сильнее иных увлечений, и в 1960 году Олег решил поступать во ВГИК. Видова зачислили на первый курс актерского факультета, в мастерскую Юрия Победоносцева и Якова Сегеля. В том же году он впервые снялся в кино — это был маленький эпизод в картине "Друг мой, Колька!". В 1963 году был утвержден режиссером Владимиром Басовым на роль Владимира в фильме "Метель" по повести Пушкина.

В 1964 году снялся в фильме Эраста Гарина "Обыкновенное чудо" в главной роли. В 1965-м — в роли князя Гвидона в фильме режиссера Александра Птушко "Сказка о царе Салтане". Известность закрепил картинами "Всадник без головы", "Джентльмены удачи" (сыграл старлея Славина), "Ватерлоо". Амплуа — исполнитель ролей благородных красавцев. В 1985-м эмигрировал в США. Снимался с Арнольдом Шварценеггером в "Красной жаре", с Микки Рурком — в "Дикой орхидее" и Кевином Костнером — в "Тринадцати днях". Последняя на сегодняшний день работа в кино — "Заколдованный участок" (2008).

Новости партнеров

Новости партнеров