1998  1999  2000  2001  2002  2003  2004  2005  2006 

Выпуск газета Сегодня №272 (1024) за 01.12.2001

НУ, ЗА АЛЬФРЕДА НОБЕЛЯ!

10 декабря, в день смерти Альфреда Нобеля, в Стокгольме в сотый раз будут вручены Нобелевские премии. Этот светский раут можно сравнить только с вручением "Оскара" в Нью-Йорке или весенним балом в Вене.

"КОСТЮМ ДЖЕНТЛЬМЕНА" МНОГИЕ БЕРУТ НАПРОКАТ

На торжестве лауреаты и гости по протоколу должны быть одеты во фраки (дамы -- в вечерние платья). Большинство из них берут "костюм джентльмена" в аренду уже в Стокгольме. Специализирующиеся на этом ателье основную выручку делают именно в начале декабря. Некоторые за вечер накануне торжества выдают напрокат по 150 фраков. Самое знаменитое ателье, почти век обслуживающее именно лауреатов, -- у Ярла Дарквиста. Гении, по словам Ярла, -- лучшие в мире клиенты: примеряя фрак, не привередничают и очень веселятся.

Между тем выбор "белого галстука", так еще называют этот наряд, -- дело непростое. Иногда приходится перемерить дюжину, чтобы выбрать подходящий. Во фраке не все чувствуют себя уютно, с непривычки кажется, что плечи стянуты и стоять можно только по стойке "смирно". А ведь нужно еще привыкнуть к пикейному жилету -- сложнейшей конструкции из чистейшей хлопковой ткани со множеством лямочек и тесемочек, крепящихся на спине. Завершает "композицию" белоснежная бабочка.

Некоторые "протестанты" отважились предстать пред ясны очи короля одетыми "не по протоколу". Например, Габриэль Гарсия Маркес был в белом костюме. Но в последнее время таких эксцессов не было. Лауреаты делают все, чтобы поддержать традицию. Россиянину Жоресу Алферову, лауреату 2000 года по физике, "костюм джентльмена" шила одна ивановская фирма, которой раньше ничего подобного делать не приходилось. Как образец пригодился фрак, сшитый когда-то по всем правилам мастером из МИДа для Сергея Капицы, присутствовавшего на церемонии вручения "нобелевки" его отцу Петру Капице.

"МЫ, КАЗАКИ, НИ ПЕРЕД КЕМ НЕ КЛАНЯЕМСЯ"

Утром 10 декабря все лауреаты собираются в концертном зале Стокгольмской филармонии, чтобы присутствовать при поднятии шведского флага. Затем обязательная репетиция -- физикам и химикам трудно сразу запомнить все тонкости придворного этикета, а ведь сценарий расписан чуть ли не по минутам.

На репетиции кто-то из нобелевского фонда изображает короля. Он протягивает лауреатам воображаемые дипломы и коробочки с медалью, уважаемые ученые кланяются -- сначала воображаемым королю, потом академикам и залу. Выполняют все требования с юмором и покорностью... Просто помнят, что, несмотря на протокол, главные тут они, и если очень захочется, то правила можно поломать. Михаил Шолохов, например, проявил поистине пролетарскую вежливость: "Мы, казаки, ни перед кем не кланяемся. Вот перед народом -- пожалуйста, а перед королем не буду и все..."

ВМЕСТО ГИМНА -- МУЗЫКА ГАЙДНА

Ближе к 16 часам на узких улочках становится тесно, их заполняют дипломатические лимузины с флажками разных стран. Затем появляется королевский кортеж -- монарший Роллс-ройс опекают машины сопровождения и полицейские на мотоциклах. У городского концертного зала собирается толпа жаждущих увидеть королевскую семью и лауреатов.

Церемония награждения проходит в огромном концертном зале на 1700 мест. В первом ряду слева -- красные кресла для лауреатов Нобелевской премии, справа -- синие для королевской семьи.

Лауреаты поднимаются на постамент, где начертана буква "N", и получают из рук короля Швеции (сейчас это Карл XVI Густав) почетную грамоту с золотой медалью, на которой изображен Альфред Нобель. В "паузах" играет Шведский королевский оркестр. В честь каждого из лауреатов звучит национальный гимн его страны. А вот в честь Иосифа Бродского, высланного из СССР в США за инакомыслие, играли музыку Гайдна. Поэта спросили, каким гимном его приветствовать -- американским или русским? Он выбрал Гайдна: "Прекрасная музыка, она мне очень нравится".

Вечером того же дня король и королева открывают бал в городской ратуше. Это третья часть нобелевских торжеств, самая праздничная и веселая.

Двести мест всегда занимают студенты, приглашенные из родных стран лауреатов. Место для каждого участника банкета выбирают задолго до самой церемонии. При этом учитывают пожелания приглашенных, которые заранее заполняют специальные анкеты. Компьютер помогает "рассадить" гостей за столами. Все это для того, чтобы каждому было комфортно и весело. За несколько часов до начала банкета сотрудники оргкомитета начинают раскладывать на огромном столе сотни карточек с именами гостей, а чтобы люди могли найти свои места и других участников, им вручают специальный каталог с номерами мест всех приглашенных, а также специальный план размещения столов.

Казалось бы, предусмотрено все. Но казусы бывают. Согласитесь, без них было бы скучно. Как-то один из лауреатов по физике обиделся, узнав, что его жене досталось место хуже, чем жене второго лауреата. Есть даже "нобелевские" легенды о банкетных недоразумениях. Говорят, лауреату-мусульманину, пришедшему на торжество с двумя женами, пришлось решать непростую задачу: за главным столом было место только для одной. Так вот, младшую пришлось усадить за столик попроще. А по другой версии он поступил так: одну жену привел на церемонию вручения, другую -- на банкет. Было так или не было, не важно. Важно то, что лауреатов приглашают с родственниками и друзьями. И это придает солидному светскому рауту неповторимый шарм. С кем приходить, каждый решает сам. Так, награжденный в 2000 году премией по медицине семидесятилетний профессор из Гетеборга Арвид Карлссон пригласил своих пятерых детей и трех внуков, каждого со спутником или спутницей.

САМЫЙ "ПЬЮЩИЙ" И САМЫЙ "ВКУСНЫЙ" АДРЕС В МИРЕ

Речь идет о ресторане в стокгольмской ратуше. Так назвал его Уинстон Черчилль. Когда Нобелевские премии вручали впервые (это было, напомним, 100 лет назад), сама церемония интереса не вызвала, а вот пожелавших отобедать в роскошном стокгольмском отеле вместе с королевской семьей было много, хоть и стоило это удовольствие по тем временам дорого.

Повара, допущенные к священнодействию -- лучшие кулинары страны. Каждый из них в свое время побеждал на конкурсе "Повар года". Три варианта меню начинают составлять еще в октябре. И вот настает день, когда члены Нобелевского комитета приступают к дегустации. Это очень ответственная процедура, ведь решается, что будут подавать гениям. Выбранный вариант держат в тайне.

Ровно в 19 часов король и королева вместе с почетными гостями спускаются по лестнице в Голубой зал, там всех ждут банкетные столы. На стенах и высоких сводах при помощи подстветки невидимый художник рисует чудесные орнаменты, кажется, что ты в сказочном замке...

Все продумано до мелочей. На уголках специальных скатертей и салфеток выткан портрет Нобеля. Сервировка скромная -- простой сервиз с цветной полоской по краю тарелки да у хрустальных бокалов ножка такого же цвета. Правда, это та простота, которая стоит дорого: ручная работа. В зале благоухают более тысячи цветов. Их поставляют бесплатно из итальянского города Сан-Ремо, где провел свой последний день Альфред Нобель.

И вот на лестнице появляются официанты, торжественно несущие блюда. У них нелегкая задача -- всех гостей нужно обслужить одновременно. Например, первое блюдо поставить перед каждым ровно в 19.59. Первый тост -- за Его Величество, второй -- в память Альфреда Нобеля. Затем здравицы говорят лауреаты. Звучит музыка. На этот вечер приглашают лучших музыкантов мира. В старинном зале ратуши играл сам Ростропович, никогда не соглашавшийся услаждать слух отдыхающих в ресторане.

Что подают? Например, омаров в желе с кремом из цветной капусты или вырезку "Империал" с ломтиками гусиной печени и трюфелями. Но коронное блюдо -- специальное мороженое "Нобель". Бывает оно разным, например, с ежевичным вареньем и ванильным печеньем. Был и такой вариант: зеленая груша с фисташковым мороженым. Готовили его два дня. Сначала очищенные груши варили в воде с зеленым ликером шартрез, сахаром и ванилином. Затем, остудив, выдержали в сиропе 48 часов. Подавали, выложив на тарелку по груше и шарику фисташкового мороженого, полив все сиропом.

Банкет заканчивается при свечах. Королевская чета уходит. Гостям остается одно -- танцы до утра. А на следующий день еще одна приятная процедура -- вручение денежного эквивалента Нобелевской премии. Эту часть награды можно получить в той валюте, которую предпочтет лауреат.

Еще год после банкета в меню ресторана при ратуше можно отведать "нобелевские" блюда.

"КВАРКИ МОГУТ ВОЗНИКАТЬ!"

Впрочем, у лауреатов есть еще одна обязанность -- выступить в Стокгольме с Нобелевской лекцией. Читают ее на любом языке, а перевод выступления на шведский лежит перед академиками в специальных красивых папках. Так что текст лекции известен заранее. Но бывают и накладки.

Иосиф Бродский, удостоенный премии по литературе, читал свою знаменитую Нобелевскую лекцию перед Шведской Академией. За ночь до выступления он существенно переписал ее текст. В первом варианте речь была академичной и касалась в основном вопросов филологических: Бродский собирался говорить о русском языке и культуре. Новый вариант был политизированным, острым. На следующий день все газеты "взорвались" материалами о "разночтениях".

После Нобелевской лекции лауреатам вопросов не задают. И тем не менее ученые мужи "дрожат", как студенты перед экзаменом. Потому лет пятнадцать назад изменили, казалось бы, незыблемое правило: читать нобелевские лекции стали до, а не после торжеств. Вот как рассказывал об этом на встрече в НАН Украины Жорес Алферов, лауреат Нобелевской премии по физике 2000 года: "На чтение лекции, а затем на церемонию награждения меня выводил мой старый друг, профессор, член шведской академии Герман Гримайс. Он сказал, желая поддержать меня: "Не волнуйся, как бы ты ее не прочитал -- ты уже лауреат Нобелевской премии".

Но изложить суть открытия, за которое награжден ученый, так, чтобы было понятно всем, не просто. Одно название лекции Жореса Алферова чего стоит: "Концепции двойных гетероструктур и их применение в физике, электронике и технологии". Взойдя на трибуну, нужно зажигательно рассказать миру об этих самых двойных гетероструктурах и об их пользе для человечества. И нет ничего удивительного в том, что мир, за исключением сотни "жрецов" этой области науки, сомневается, что именно без открытия гетероструктур, а не чего-нибудь другого, звучащего так же "матерно", человечеству не обойтись.

Но -- недаром "Нобеля" получают гениальнейшие из гениальных -- они все же умудряются убедить скептиков. Приходится искать яркие сравнения, даже рискуя быть неправильно понятым.

-- Как-то я читал лекцию на эту тему в Чикаго и сказал, что в XXI веке гетероструктуры в электронике, как и в природе, будут доминировать на 99% , а для гомо- останется только 1% , -- вспоминал в Киеве Жорес Иванович. -- После выступления ко мне подошел коллега и сказал: "Профессор Алферов, ну в Чикаго такие слова вам еще простят, а вот в Калифорнии это обошлось бы дорого".

Так что стрессов избегают не все. Например, Роберт Лафлин, один из трех американских лауреатов по физике, награжденный в 1999 году за открытие способности электронов при низких температурах переходить в состояние так называемой квантовой жидкости, уж очень мучительно искал "слова для выражения". Еще в Вашингтоне на приеме у шведского посла он пытался увильнуть от "испытания", утверждая, что вряд ли сможет доступно рассказать дилетантам, над чем работает. Накануне нобелевских торжеств Лафлин, правда, одумался и сказал, что готов легко и красиво изложить суть открытия. И вот час пробил. С физиком случилась предэкзаменационная истерика, он признался, что может говорить лишь с коллегами, да и то на языке математики, а вот с широкой научной и околонаучной общественностью -- нет. Наверное, на нервной почве он то и дело восклицал: "Кварки могут возникать!" и "Пути Господни неисповедимы!"

ОДНАЖДЫ ГРИПП "ПОДКАЧАЛ"

В Стокгольме шутят, что если бы не регулярная эпидемия гриппа, мест в зале и на банкете точно бы не хватило. Однажды грипп "подкачал". Не мыслящих жизни без посещения нобелевского застолья, подвалило так много, что самый большой банкетный зал в мире "не выдержал". "Жертвами" стали руководители шведских парламентских партий. Один из них почувствовал себя настолько оскорбленным отказом Нобелевского фонда пригласить его с молодой женой на прием, что объявил о проведении альтернативного нобелевского банкета. К чести устроителей торжеств, им и в голову не пришло освободить места для влиятельных персон за счет безответных студентов. Так что за судьбу Нобелевской премии можно не беспокоиться.

В этом году на "вековые" нобелевские торжества в Стокгольм и Осло в декабре приглашены около 200 ныне здравствующих лауреатов. 8 декабря всех лауреатов соберут на концерт, 9-го -- прием в ратуше, а 10-го -- церемония награждения. В сотой церемонии никаких особенных изменений по сравнению с ежегодными торжествами не ожидается. Правда, шведский Риксбанк чеканит юбилейные монеты, уже выпущены марки. После награждения нобелевских лауреатов примет король Швеции Карл ХVI Густав во дворце в центре Стокгольма.