1998  1999  2000  2001  2002  2003  2004  2005  2006 

Выпуск газета Сегодня №113 (1161) за 25.05.2002

СЛЕПАЯ ХУДОЖНИЦА С ФОТОГРАФИЧЕСКОЙ ТОЧНОСТЬЮ РИСУЕТ ПЕЙЗАЖИ, КОТОРЫХ НИКОГДА НЕ ВИДЕЛА

Космонавт Анатолий Соловьев, посмотрев на картины Любы Талимоновой -- удивительные, наполненные светом и воздухом, -- воскликнул: "В них есть то, что я хотел увидеть в космосе!" Для нее эти слова стали высшей степенью признания. Не только звездные миры, но и земная жизнь для девушки -- зона преодоления. Она почти ничего не видит и с трудом передвигается.

РИСУНКИ С ДЫРОЧКАМИ ОТ МЕТЕОРИТОВ

Необычные сюжеты, похожие на воплощение чудесных снов, чистые краски -- если желтый, то ослепительно-солнечный, если голубой -- то лазурь. Собранные вместе, картины создают ощущение радости бытия. Судьба, одарившая Любу Талимонову талантом, потребовала за этот дар очень высокую цену.

Ей не было и двух лет, когда врачи оглушили родителей страшным известием: у дочки сахарный диабет в тяжелой форме. "Что это такое?" -- спросила мама. Ни она, ни муж никогда ничем не болели и даже не знали в то время о таком недуге. Но вскоре узнали о нем все. В небольшом городке, где жила семья, было трудно найти инсулин, а специальные шприцы и стерилизаторы и вовсе не раздобыть. По всем прогнозам, маленькая Любаша была обречена. Но наперекор всему она выжила -- спасли врачи, дневавшие и ночевавшие у ее постели, и родители. Впервые Люба увидела лес в 7 лет, когда появились спиртовые стерилизаторы. До этого гуляла только возле дома, ведь инъекции инсулина надо делать несколько раз в день.

Люба читала, рисовала. Сюжеты возникали спонтанно и неуемно. Яркое солнышко, пробивающийся из-под земли родничок, зеленая травка рождали фантастические образы. Став постарше, Люба начала писать сказки для детей и взрослых, философские эссе, повествования о древних цивилизациях, тайнах пиктограмм, египетских пирамид. Люба создала новый жанр в литературе -- видеопритчи.

К 23-м годам Любовь Талимонова стала автором семи книг. В 1994 году ее сборник видеопритч "Древний мир в моих ладонях" Международная ассоциация книголюбов признала лучшей книгой года. "Однажды утром, когда над рекой поднималось солнце, я шагнул ему навстречу с высокой скалы. Я летел, но мне не было страшно. В лучах сияющего солнца я увидел белый крылатый корабль с поднятым парусом". Это строки из притчи "Корабль отчаявшихся". Надежда, помогающая побороть отчаяние, была очень нужна Любе. Болезнь ее прогрессировала. Отказывали почки, падало зрение, слабели руки и ноги, хрупкими и ломкими становились кости. Кажется, из всех возможных осложнений диабета Люба не избежала ни одного. 27 лет -- на ежедневных уколах.

И она научилась жить той жизнью, которую ей дала судьба. Родители и друзья помогали устраивать выставки. Когда Любе было двадцать лет, в московском Центральном доме художника прошла очередная выставка. Перед закрытием в зал вошли космонавты Анатолий Соловьев и Мишель Тонини (это был 1992-й -- год совместного советского-французского космического полета). Соловьев и Тонини долго рассматривали картины, а потом -- Люба до сих удивляется этому -- попросили познакомить их с автором. В тот же день Анатолий Соловьев сказал: "Мы хотим взять несколько картин в космос. Так его еще никто не рисовал". И Люба дала три рисунка. Космонавты взяли их с собой на орбиту, а один выносили в открытый космос, чтобы он увидел, каким представляет его девушка с планеты Земля. После космонавты пригласили Любу в Звездный городок и вернули рисунки -- со штампом орбитальной станции "Мир" и своими автографами. Они и сейчас у нее, причем один с дырочками, пробитыми крошечными частицами метеоритов.

-- Это было самое счастливое время в моей жизни, -- говорит Люба. -- Космонавты -- замечательные люди. Они прошли через большие трудности, были на грани смерти, поэтому умеют радоваться, казалось бы, самым простым вещам -- солнцу, ветру, дождю. Знают, как просто потерять жизнь, и потому смотрят на нее по-другому, через призму иных ценностей.

Во время подготовки к 60-летию Юрия Гагарина один из организаторов торжеств увидел книгу девушки с ее иллюстрациями и стал разыскивать автора. За два дня до праздника Любу пригласили в Кремль. Там ей вручили Международный диплом за вклад в развитие школы космизма. В тот же год такой диплом получили Жак-Ив Кусто, писатель-фантаст Иван Ефремов и ученик Рериха художник Черноваленко.

"ЗАЧЕМ ТЫ ПИШЕШЬ СЧАСТЛИВЫЕ СКАЗКИ?"

Любе становилось все хуже, и однажды случилось самое страшное. Яркое солнце, которое она так любила рисовать, сменилось мраком. Люба полностью ослепла. Семья переехала в Англию, и там девушке сделали четыре сложнейшие операции. Один глаз спасти не удалось, второй чуть-чуть видел, но не различал цветов.

Когда-то Люба читала об огромных странных камнях на берегу Атлантического океана, поставленных вертикально вдоль невидимых линий и по кругу. С тех пор она "заболела" мегалитами. Никогда не видя их, Люба рисовала эти камни так, как представляла. И однажды -- опять случайность -- картина попалась на глаза французским археологам. Узнав, что мегалиты -- из фантазий девушки, французы позвали ее с собой в те места, где не ходят туристы. И Люба поехала. Оказалось, пейзаж с мегалитом, изображенный на ее картине, действительно существует, причем именно такой, какой возник в ее воображении! Вернувшись из экспедиции, Люба написала книгу "Предсказатели прошлого".

А потом начались тяжелейшие приступы... И родители решили: "Поедем на родину, в Украину. Может быть, родная земля поможет". Через три дня после реанимации семья была в Киеве.

-- Там, в Англии, великолепная аппаратура, а здесь -- милосердие, -- говорит Люба. -- В Институт эндокринологии меня забрали сразу и даже установили диагноз, который не могли поставить в Англии.

Люба ждала операции и рисовала. На ее картинах были те же пронзительные, чистые краски, а фиолетовый цвет, которого она не видит, представлен целой палитрой -- от нежно-сиреневого до густо-лилового. Как Любе это удается, не знает никто -- ни родители, ни она сама. Когда ей говорят, что ее картины прекрасны, она вынуждена верить на слово.

-- Самая большая моя мечта -- увидеть картины такими, какие они есть, -- говорит художница. -- Иногда я спрашиваю себя: Люба, зачем ты пишешь и рисуешь сказки? Ведь жизнь сейчас совсем не сказочная. Но потом думаю: если полностью убрать из нее сказку, как жить дальше? Может быть, мой пример пригодится кому-нибудь. Есть много людей, которым сегодня плохо, и они потеряли надежду. Пусть увидят, что я делаю, и пусть им станет немножечко легче. Я хочу, чтобы люди не забывали о добре и о том, что они люди.

Увы, спасти зрение не удалось, и семья вернулась в Англию. Больше года Люба не писала сказок и не рисовала картин. А потом встретилась с человеком, который стал для нее духовной опорой -- Сергеем Алексеевичем Вронским.

Имя этого патриарха российской астрологии овеяно легендами. Хирург, психотерапевт, гомеопат, летчик, психолог, философ, биорадиолог-целитель, имевший уникальный опыт лечения онкобольных... Сергей Вронский, официально признанный главарями фашистского рейха как "придворный" астролог, все годы войны действовал в Германии как советский разведчик. В 1941 году ему передали через радиста сообщение о том, что его и Рихарда Зорге наградили "Золотой Звездой". Правда, получить высокую награду Вронскому не удалось. Вместо этого после возвращения в Советский Союз его ждали сталинские лагеря. Но и там он не сидел сложа руки -- спасал от смерти товарищей по заключению и совершенствовал свои способности. А когда понял, что больше не выдержит, решил... уйти из лагеря, применив гипноз и психотерапию. Документы для него сделало само лагерное начальство.

"ОСТАВАЙСЯ ТАКОЙ И ВПРЕДЬ"

После долгих мытарств, в конце 60-х годов Сергей Вронский доказал, что биорадиология (лечение наложением рук и мысленным внушением, как это делали Соломон и Моисей, Христос и Мухаммед) -- научный метод. А целитель-биорадиолог должен обладать врожденным даром, человеколюбием и бескорыстием. Таким он и был. Люба познакомилась с Сергеем Алексеевичем незадолго до его смерти. Он начал ее лечить, но времени было отпущено катастрофически мало... Сегодня у нее остались лишь его письма.

"Деточка, я радуюсь каждой твоей новой книжке и с большим нетерпением буду ждать следующую, продолжай писать для детей -- такая твоя задача. Ты со своими сказками, рассказами и рисунками приносишь им радость, а их радость в десятикратном размере перейдет обратно к тебе. Таков закон природы, закон Космоса, -- писал Сергей Алексеевич в одном из последних писем. -- Оставайся такой и впредь на радость твоим близким и родным, друзьям и единомышленникам (среди которых считай и меня)".

Как-то во время подготовки книги о Сергее Вронском "Хранитель тайны" ее автор Марина Морозова-Гурулева увидела газетную вырезку. В статье "Пророчество астролога Вронского" были фотографии необычных рисунков. Сергей Алексеевич представлял их автора как человека, которому дано помнить и видеть древние цивилизации. Писательница познакомилась с Любой, а потом четыре ее работы поместила в своей книге как иллюстрации к разным периодам жизни Вронского, запечатленной в красках его большим другом.

...Космонавты никогда не рассказывали Любе о том, что видели на орбите -- говорят, еще не пришло время. Может быть, когда-нибудь мы узнаем об этом и еще о том, что увидел Космос в картине маленькой девушки по имени Любовь с планеты Земля.