1998  1999  2000  2001  2002  2003  2004  2005  2006 

Выпуск газета Сегодня №90 (2032) за 22.04.2005

ШКОЛА ТЕРРОРИСТОВ С МАРКСИСТСКИМ УКЛОНОМ

Ударными темпами, всего за несколько недель, секретную базу обустроили на месте расположения отдельного батальона связи окружного подчинения — в 20 км от Симферополя. Двухэтажный учебный корпус, офицерский блок, солдатская казарма барачного типа, кухня и столовая, плац, полигон с полосой препятствий, тиром и автодромом – все, что необходимо для организации военного училища. Весной 1965 года все приготовления к приему первой группы заморских "курсантов" были закончены. Срочно требовалась помощь повстанцам Гвинея-Бисау.

ГУТАЛИНОВЫЙ ОТРЯД КАБРАЛА

Советский самолет гражданской авиации приземлился поздно вечером в симферопольском аэропорту. Пассажиров рейса из Болгарии, который не значился в расписании, встречали несколько человек в штатском. Среди них был и первый комендант Учебного центра Владилен Кинчевский, тогда в звании капитана.

— Темно уже было, сразу и не разглядели толком, кто там спускается по трапу, — вспоминает Владилен Степанович . – Вроде как невидимки. Когда мы подошли совсем близко, стало ясно, в чем дело – они ж все черные, как гуталин. Ну, ладно, стали выяснять с нашим переводчиком — на каком языке они общаются. Португальский понимали от силы человек десять. Остальные изъяснялись на разных племенных наречиях и при этом много жестикулировали. Всего их — посланцев Амилкара Кабрала (в то время генсек Африканской партии независимости Гвинеи и Кабо-Верде. – Авт.), было 75 человек. Все тощие, на одно лицо и неопределенного возраста – от 16 до 35 лет.

Африканцев доставляли в СССР с пересадками – часто кружными путями, чтобы не вызывать интереса у вражеской разведки. Два автобуса с зашторенными окнами из воинской части подогнали к самому самолету. Из аэропорта в село Перевальное гостей доставили минут за сорок и всех под замок — на карантин. База находилась совсем рядом с ялтинской трассой – 1,5 км по проселочной дороге, но ее "наглухо" со всех сторон прикрывали холмы. Так что проезжавшие мимо курортники ни о чем не догадывались. А в документах этот объект значился как 165-й Учебный центр по подготовке иностранных военнослужащих при Минобороны СССР (УЦ-165) и непосредственно подчинялся 10-му Управлению Генштаба.

С первым набором у коменданта было много головной боли. Как выяснилось, многие из гуталиновых бойцов раньше никогда не спали на кроватях и после отбоя располагались на полу под ними – вроде как в "маленьких домиках". Еще отказывались надевать сапоги. Так пришлось выписывать всем ботинки, но в свободное от занятий время они все равно ходили босиком и их как магнитом тянуло к забору — поглазеть через щели на "окружающий мир".

— Бывало, один другого подсадит и верхний таращится во все стороны, — рассказывает подполковник запаса Кинчевский. — А по ту сторону забора – головы черные торчат. Гражданские, кто не знал — пугались. Так, я своих подопечных за штаны, как каких-то пацанов-пострелов: "Вниз, давай!"

Возникли проблемы и с пайком. Наши повара ничего не знали об особенностях гвинейской национальной кухни и долго удивлялись – почему еда часто оставалась нетронутой. Оказалось, гречневую кашу африканцы не ели, полагали, что гречка – это испорченный рис!

— Кормили же их, как и нашего солдата, — говорит Владилен Степанович. – На ужин, к примеру, вареные яйца раздадут, а они, чудаки, катают их по столу и смеются – не знают, что с ними делать. Или на обед селедка – за хвост по тарелке возят, но не едят.

СНАЧАЛА — В КОГО СТРЕЛЯТЬ, А УЖЕ ПОТОМ — КАК

Первый учебный план Центра составлял Михаил Стрекозов – полковник в отставке, тогда начальник учебного отдела УЦ-165. В программе обучения, помимо боевых практических дисциплин, отводилось время и политподготовке. Африканцев, которые толком считать не умели, в обязательном порядке нагружали теорией марксизма-ленинизма, вводили в курс истории мировых революционных движений.

— За эту часть теории у нас отвечал полковник Антипов Алексей Иванович. В защиту своих предметов он приводил такой аргумент: "Сначала надо научить, в кого стрелять, а потом уже учить — как стрелять", — вспоминает Михаил Васильевич.

Что они понимали – оставалось не ясным, потому как преподаватели социального цикла зачетов не проводили, а конспектов повстанцы не вели. Кстати, арифметическим действиям их учили по специальной методике для неграмотных.

— Но в военном деле они проявляли похвальное рвение, — рассказывает полковник Стрекозов, — на полигоне усталости не знали. Учили их в основном на образцах оружия времен Великой Отечественной войны по всем специальностям сухопутных войск. Для партизанской борьбы – это было в самый раз. Особый упор делался на саперную подготовку. Учили их взрывать железнодорожные пути, мосты, здания. К концу курса они разбирались во взрывчатых веществах, умели снаряжать и обезвреживать мины. Не более того – о самостоятельном производстве детонаторов и речи не было. Но не стоит искать в нашем учебном заведении следов экстремизма, — настоятельно убеждал меня Михаил Васильевич. — Мы никогда не готовили экстремистов. Давали все, что дают в любой полковой школе— до уровня командира взвода. Всех готовили по той же программе, как и наших разведчиков.

Первые выпускники покинули партизанскую школу вначале 1966 года. А всего на базе в Перевальном побывало более 1500 гвинейских бойцов. Навыки, полученные у советских инструкторов, оказались весьма полезными в борьбе против португальских колонизаторов. В апреле 1974-го Португалия признала Республику Гвинея-Бисау в качестве суверенного государства и начала вывод войск с ее территории.

ПРОКОЛОЛИСЬ С ЧАСАМИ

Вслед за гвинейскими повстанцами в Крым на подготовку стали прибывать партизаны из Анголы, Мозамбика, Намибии, Йемена, Конго, Танзании, Замбии, Эфиопии, с островов Сан-Томе и Принсипи — из всех уголков Африки, куда СССР экспортировал идеи социализма.

При активном участии курсантов база в Перевальном благоустраивалась и разрасталась. Через пару лет после открытия центр мог принять на подготовку до 500 бойцов с курсами по 6-8 месяцев в жестком армейском режиме – гости жили на казарменном положении. Но кормили их лучше, чем обычных солдат Советской Армии. Заморским курсантам полагался паек по "лётной норме" — на 3 с половиной рубля в день, почти как в профсоюзном санатории. Кроме того, с армейской формой каждому выдавали и комплект гражданской одежды – плащ, костюм, две рубашки, галстук, шляпу, носки и туфли. В среднем содержание одного курсанта обходилось Союзу в 6,5—8 тыс. рублей.

Как вспоминают ветераны-преподаватели УЦ-165, о том, кто и из какой страны появится на базе, они узнавали из газетных заметок в разделе "Международная политика". Если сообщалось о визите в Москву вождей национально-освободительного движения, например Агостиньо Нето из Анголы или Сэма Нуйома из Намибии, то вскоре следовало ожидать и их бойцов в Перевальном. А фронтовые сводки о достижениях выпускников приходилось читать между строк в "Красной звезде".

— В международных обзорах сообщалось, что в португальских колониях сбито столько-то самолетов, — рассказывает Владилен Кинчевский. – И тогдашний начальник УЦ-165 полковник Бойко нам подмигивал: "Наша работа". До этого же у африканцев ни средств, ни умения для таких подвигов не было. Ребята же в большинстве своем возвращались на родину неплохими солдатами. Но бывали и досадные проколы. Когда отправляли домой группу из Зимбабве, упустили из виду одну мелочь, на которую обратили внимание при досмотре тамошние пограничники реакционного режима: у одного нашего выпускника на руке были часы "Восток" со знаком качества и надписью "Сделано в СССР". Им же выдавали по 20 рублей в месяц на расходы, вот кто-то и прикупил себе сувенир на память. Так всю группу — 20 человек, как разоблаченных диверсантов, и повесили.

БОЙЦЫ АРАФАТА ВОЕВАЛИ С... ДИСЦИПЛИНОЙ

В середине 70-х в УЦ-165 появились первые бойцы из арабского мира. Сначала это были небольшие группы боевиков из Омана – солдаты Народного фронта освобождения Дофара. А потом подтянулись и ребята Ясира Арафата. В то время он был частым гостем Брежнева. Осенью 1975 г. транзитом из Бейрута в Симферополь прибыли 90 палестинцев. И уже в аэропорту с ними произошел первый скандал. У одного из бойцов "Движение за освобождение Палестины" (ФАТХ) наши таможенники нашли не задекларированные деньги – 10 тысяч долларов! Руководитель группы, спасая "баксы" подопечного, пытался объяснить, что это общие деньги, которые им на расходы выделили боссы ФАТХа. Уже на базе палестинцы отказались жить по общему расписанию и потребовали себе послаблений в режиме с правом выхода за пределы городка.

И во избежание скандального резонанса нашим офицерам после консультаций с Москвой пришлось пойти на уступки. Последствия таких вольностей сказались очень скоро – бойцов Арафата находили в компании проституток даже в закрытом для иностранцев Севастополе. Не обошлось без серьезных проблем и в пределах Центра – когда на подготовку прибыли парни из Сирии, представлявших партию БААС. Их конфликты с "фатховцами" часто заканчивались поножовщиной.

Многое изменилось на базе в Перевальном с преобразованием УЦ-165 в Симферопольское военное объединенное училище (СВОУ-80) – в 1980 году. Из программы обучения исчезли специфические "партизанские предметы", и срок подготовки увеличился до 2-х лет. География новобранцев существенно расширилась: прибывали группы из Вьетнама, Лаоса, Кампучии, Монголии, Кубы, Афганистана, Ливана, Индии, Никарагуа и даже с Гренады. При этом преподавание велось на русском языке. В училище готовили уже не партизан, а кадровых офицеров для дружественных нам армий: танкистов, артиллеристов, зенитчиков, связистов и автомобилистов. Параллельно в СВОУ-80 работали и краткосрочные "курсы повышения квалификации". Так, в 1983 г. специально подучится саперному делу, в Крым приезжали офицеры Муамара Каддафи — полковник и три майора.

— Никаких гарантий того, что наши ученики повернут стволы против нас, не был, — говорит полковник Михаил Стрекозов. – Хотя тревожные сигналы стали поступать уже в те годы. Один из выпускников УЦ-165 стал убийцей самого Амилкара Кабрала в 73-м. Он служил в личной охране гвинейского лидера, но его купила португальская разведка ПИДЕ. Другой пример: выпускник из Мозамбика — Рибейра. Он возглавлял Главное политическое управление повстанческой армии, но потом ушел в оппозицию и стал одним из ее лидеров — по сути нашим противником. Да, вообще, они к нам относились без особого доверия. В их сознании белый человек — это эксплуататор. Опять же африканский фольклор: белый — это мертвец. Так что на их преданность рассчитывать не приходилось...

После распада СССР военное училище в Перевальном было расформировано. В настоящее время военный городок и полигон находятся в распоряжении подразделений 36-й отдельной бригады береговой обороны Военно-Морских Сил Украины.