Продолжая просмотр сайта, вы соглашаетесь с тем, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь
Сделать стартовой
27,16
30,85
УКР

Дети и преступления: как работает "детская" полиция в Украине

Ребят спасают футболом и обучают школьных учителей

Черкассы. Тут работает проект, в рамках которого ювенальные полицейские закреплены за школами. Фото: Нацполиция Украины
Черкассы. Тут работает проект, в рамках которого ювенальные полицейские закреплены за школами. Фото: Нацполиция Украины.
Дети и преступления: как работает "детская" полиция в Украине //smm.ollcdn.net/i/image_610x343/media/image/5c8/623/ce8/5c8623ce8e480.png //smm.ollcdn.net/i/image_150x100/media/image/5c8/623/ce8/5c8623ce8e480.png Украина Ребят спасают футболом и обучают школьных учителей

Преступления против детей — особо чувствительная тема для любого общества, в том числе и нашего. Дети беззащитные, ранимые, а за ними — наше будущее. Если же они сами совершают нарушения закона, как правило, все равно виноваты взрослые. Обо всем этом мы беседуем с главным "полицейским по детям" Украины, главой управления ювенальной превенции НП МВД Украины полковником полиции Ларисой Зуб. Лариса Витальевна имеет 20-летний опыт работы в этой области, знает детские проблемы досконально, можно сказать, что живет ими. Вот ее взгляд на ситуацию в нашей стране. 

— Когда-то наша структура была департаментом, потом стала отделом, ныне это управление ювенальной превенции (предупреждения) в департаменте превентивной деятельности, в блоке полиции общественной безопасности, — говорит Лариса Витальевна. — И занимаемся, соответственно, предупреждением, профилактикой преступлений касательно детей. А в свое время мы входили в криминальный блок… И, чего греха таить, мы помним те дни и, когда необходимо, помогаем коллегам-сыщикам и следователям. 

Наш персонал, увы, сократили втрое, сейчас по штату 1200 детских полицейских в регионах Украины, что на 7 миллионов детей совершенно недостаточно. Есть места, где один наш полицейский на два района. Например, нагрузка на одного ювенального полицейского в Закарпатье — 13 тысяч детского населения. Это очень много! А в центральном аппарате у меня аж 11 человек, в строю сейчас 9... Сами понимаете, какие у нас нагрузки. 

Детские проблемы сейчас не совсем такие, как были, скажем, 5 лет назад. Появились новые увлечения, новые риски, дети переселенцев из-за войны... И наше подразделение за последние полтора года, с момента создания в нынешнем виде, проходило определенное переформатирование. Ведь работа ювенального полицейского очень специфична. Это может быть работа с ребенком, свидетелем преступления, или его жертвой, также жертвой насилия в семье, с подростком, совершившим преступление, находящимся в конфликте с законом, или розыск детей (а это совсем не то, что искать взрослых)… Мы принимаем участие в раскрытии преступлений как совершенных детьми, так и направленных против них, в розыске детей, хотя по новой инструкции не имеем права проводить даже первоочередные мероприятия по розыску, а должны работать с уже найденными несовершеннолетними. Однако розыск детей — специфичен, нужно знать детскую психологию, иметь опыт работы, потому розыск мы в любом случае контролируем, в частности я лично. 

Ушел из дома

Количество заявлений о пропаже детей в последнее время возросло. Мы анализировали, почему дети уходят из дома. Конечно, экономическое состояние страны в целом, отношения в семье играют очень большую роль, но все же выросло доверие к полиции, и люди стали обращаться сразу, как только ребенок пропадает. Причем 89% пропавших детей находятся в первые сутки и во многом благодаря активной работе ювенальных полицейских. Следователь, которому поручено дело, нередко дает задание на розыск именно нам, ибо мы знаем, как искать, где искать, можем отработать связи в школе и вообще в окружении, умеем поговорить с приятелями, если это не первый случай ухода ребенка, то есть знаем его мотивы и отношения в семье и с другими детьми… 

В каждом регионе свои проблемы у детей. Например, на западе страны многие родители уезжают на заработки, дети, хотя и материально обеспечены, но все же входят в определенную группу риска. В подростковом возрасте им нужно особое родительское внимание, которого они не получают, отсюда много проблем. На востоке другая специфика, например, мы проводим с детьми занятия: "Минная безопасность", "Профилактика втягивания подростков в вооруженные конфликты"... И мы, планируя работу, всегда делаем акцент на проблемы данного региона. 

Особая категория — дети, находящиеся в конфликте с законом и, соответственно, состоящие на нашем учете. Цифра меняется, их по стране около четырех тысяч. Это те, кому объявлено о подозрении в совершении преступления, те, кто освободился из мест лишения свободы, те, кто совершил правонарушение и отдан под родительский контроль, кто часто убегает из дома и некоторые другие категории. Есть специальные программы для работы с такими детьми. Например, устраиваем их встречи с интересными людьми. Или вот есть спортивный проект совместно с UNISEF, называемый "Кубок доверия", который разыгрывается среди футболистов. Есть ряд специально подготовленных полицейских, не только ювенальных, но и патрульных, участковых, словом, тех, кто работает с детьми. Для них провели профессиональные тренинги, дали определенные знания и навыки, теперь эти полицейские выступают наставниками для детей, любящих футбол (это не только игроки, но и болельщики). И сами играют. Вот 12 марта будет финал Кубка, пока лидирует команда ювенальных полицейских со своими подопечными детьми, которые бывают как в конфликте, так и в контакте с законом. Будет вручение Кубка, отдельные награды для полицейских и детей. Финансовых проблем тут нет, ибо, как сказала, проект поддерживается структурой ООН. 

Другой проект, который запустили осенью, имеет название "Мы одна команда!". Мы попросили мяч у Федерации футбола Украины, получили его, и он стал таким памятным сувениром для наших играющих команд, состоящих тоже из детей с проблемами, из зоны риска. Скажем, сегодня играет команда Киевской области, делает свою надпись на мяче, передает его в Хмельницкую... И так далее по всей Украине. Вот этот мяч, видите, весь уже в подписях типа этой: "Мы одна команда — Полтава" (показывает. — Авт.). В этом турнире тоже были свои награды в каждом регионе с участием Федерации футбола, местных властей. Пока, видите, мяч у меня. До следующего турнира… 

Насилие в семье

Не секрет, что недавно законом домашнее насилие криминализовано, есть закон и уголовная ответственность. Очень часто от такого насилия страдают дети. Нередко дети, сами пострадавшие от насилия в семье, становятся буллерами. Мы, ювенальная полиция, в основном работаем, понятно, с несовершеннолетними потерпевшими, а также и с обидчиками-детьми, от которых, кстати, страдают не только сверстники, но и родители, другие родственники. И тут главное — не просто искать виновного, а взглянуть в корень проблемы. Вот была драка девочек в Чернигове, нашли, вроде, виновницу, исключили с 1 курса вуза. Но никто не захотел ее понять, почему так произошло. Словом, наш девиз: не будьте равнодушными! Не только обвиняйте, но и протяните руку помощи! И тогда проблем с детьми будет намного меньше.  

   

Селфи — в прошлом!

Учим детей видеть и отрицательные примеры. Например, есть фильм о человеке, который всю жизнь, с детства, провел за решеткой. Вышел на короткое время, совершил преступление, снова сел… И наши дети из зоны риска, посмотрев фильм, очень много его обсуждали, мол, вот, человек не может перейти грань и вернуться в нормальное общество. И жизнь, в сущности, погублена. В обсуждении принимал участие приглашенный нами психолог. Дети, конечно, примеряли ситуацию на себя и, хочется верить, сделали нужные выводы. 

С детьми работать трудно, однако интересно. И надо делать эту работу с душой, иногда в ущерб личному времени, так как негативные ситуации, порой трагические, происходят в разное время суток — и на выходные, и в праздники, когда многие отдыхают. Таковы наши будни. И не все выдерживают. Поэтому очень ценю настоящих опытных детских полицейских, которые, видя много детского горя (а это тяжело, знаю непонаслышке), все равно остаются работать в этой службе. А некоторые, даже выйдя на пенсию, помогают раскрывать сложные дела. 

В нашей работе нужен настоящий результат, а не, скажем, селфи с подростком, как иногда пытаются отчитаться о проделанной работе! Это пройденный этап! Нужна глубинная работа, с привлечением не только полиции, только тогда можно чего-то добиться. Я объездила многие регионы, некоторые откровенно порадовали своей сплоченностью, умением сотрудничать и со школой, и со службами по делам детей, и с семьями… Например, прекрасно налажена работа в Ивано-Франковске. Я таких начальников, готовых помочь ребенку днем и ночью, называю волонтерами, потому что у нас долго не уравнивалась зарплата с другими полицейскими службами, была существенно меньше. Сейчас, правда, выровнялась. А ведь чтобы подготовить ювенального полицейского, нужно от 3 до 5 лет, при условии, что человек сам этого хочет, а не насильно. Нужно знать законодательство, психологию, уметь работать в семье, ни в коем случае не нарушать права детей и многое, многое другое. Потому, честно, сейчас хотелось бы пересмотреть часть персонала, пройти вновь переаттестацию, супервизию (обучение), чтобы в системе остались только профессионалы, желающие работать с детьми, несмотря на все трудности.

Например, недавно предъявили подозрение ювенальной полицейской, которая не среагировала на очень серьезное заявление в отношении ребенка. Ранее она работала в кадрах, захотелось нового, почему-то решила, что с детьми будет легко… Но ошиблась. Вот от подобных сотрудников нам надо избавляться. И руководители, которые позволяют назначать подобных людей в ювенальную полицию, тоже должны нести ответственность. Я открыто говорю об этом на совещаниях, иногда получаю "по голове", но считаю, что в этом плане есть что менять. Точно так же, как я не вполне понимаю, когда сотрудников ювенальной полиции используют не по функциональным обязанностям, привлекают к раскрытию преступлений, не связанных с детьми. А в это время где-то происходит детская беда... Ведь дети — это будущее нашего общества, страны, всех нас! 

Пойми своего ребенка!

К сожалению, сейчас обострилась проблема отсутствия понимания родителями своих детей, даже в обеспеченных, внешне благополучных семьях. А ведь все проблемы детей идут от взрослых. И когда меня спрашивают, почему дети стали в последнее время такими агрессивными, я отсылаю к истокам, к отношениям в семье. Вот сейчас много говорят о буллинге, принят даже специальный закон против этого явления. Проходят ток-шоу, все обвиняют буллеров и полицию… А давайте посмотрим в корень, почему подросток "буллит": преследует сверстников или других людей, включая педагогов? И мы увидим, что этот ребенок сам был угнетаем или выживал на улице, где другие правила, словом, им не занимались взрослые (или занимались со знаком "минус"). А полиция не может быть возле каждого ребенка, зато родители могут и обязаны. Так же и в школе… К этим детям надо искать подход, а не вешать ярлыки. Мне однажды подросток сказал: "Знаете, в школе, как кто-то сворует, сразу думают на меня. Я уже и внимания не обращаю. Хотя давно этим не занимаюсь". Проще всего назначить "плохого" ребенка, сложнее с ним работать и воспитывать, объяснять. Другой пример: один из родителей мне заявил, что не желает, дабы с его ребенком в одном классе учились дети из неблагополучных семей, у которых порой нет тетрадей для учебы или кроссовок для физкультуры. Понятно, что так нельзя… Это проблема общества, а не полиции. 

Вернусь к закону о буллинге и проблеме вообще. Нередко, когда ребенок совершает суицид, оказывается, что он не был понят в школе и дома и подвергался преследованию сверстников. Само слово "буллинг" уже немного затерлось от частого употребления, но надо понимать, что проблема не возникла вчера, она существует давно. Закон нужный, но… Есть дисбаланс. Мы наблюдаем некую истерию среди школьных руководителей, потому что очень ужесточились наказания для директоров школ и учителей, если выявлены факты буллинга. Потому мы готовим разъяснения по этому поводу (сейчас ждем очередного решения суда), а также обучаем... учителей! То есть ювенальные полицейские работают не только с детьми, но и с педагогами, объясняют, как будем документировать буллинг (а несколько протоколов уже составлены и переданы в суд, который вынесет решение, мы же сами не наказываем, только Фемида), какая тут учителям грозит опасность и что делать в той или иной ситуации. Я отдала личные указания подчиненным из регионов: разбираться досконально в каждом случае, например, нет ли политических моментов для травли (а такое есть и будет), главное — быть всегда на стороне ребенка. Но если надо защитить учителя — тоже делать это своевременно и объективно. (В ряде регионов уже действует проект "Школьный полицейский", смысл которого в том, что за определенной школой закрепляется ювенальный полицейский, вовремя видящий проблемы детей и педагогов, помогающий их решить. — Авт.). 

Наши усилия дают свои плоды. Например, общее снижение детской преступности по стране — 22% в 2018 году по сравнению с 2017. Стало на 15% меньше детей, совершивших правонарушения (дети для нас — это от рождения до 18 лет). И так далее (см. инфографику. — Авт.). Динамика в основном положительная. Но есть и другое. Среди потерпевших: в 2017 убили 84 ребенка, в 2018 — 92! В основном это насилие в семье, случаи жестокого обращения с детьми, убийства новорожденных, сексуальное насилие. Ведь спонтанные, не серийные педофилы в большинстве случаев убивают жертву, чтобы она ничего не рассказала. И в подавляющем большинстве случаев детей убивают взрослые, когда подросток подростка, то это бывает, но крайне редко. 

Паренек в СИЗО: "Кушайте лучше мамин борщ!"

Сейчас ювенальная полиция воплощает в жизнь идею медиации, то есть примирения сторон. 

— Это особенно активно происходит на Востоке Украины, — говорит Лариса Зуб. — В случае легких конфликтов медиатор, из числа наших обученных полицейских, старается примирить тех, кто поссорился, не доводя дело до суда. Извиниться, пожать руку… 

Конечно, это не всегда сможет делать полиция, поэтому мы также обучаем приемам медиации педагогов, других работников детской сферы, общественных активистов, волонтеров. Такой проект хорошо сработал в Одесской области, в случаях мелкого воровства. Например, ребенок украл телефон у товарища. Завтра вернул, но уже есть заявление в полицию. Медиатор примиряет стороны, и родители потерпевшего заявление забирают. Выигрывают все. Нам нужна медиация на законодательном уровне, поэтому мы подали соответствующие предложения, ждем результат. 

С Пенитенциарной службой Минюста мы сотрудничаем очень тесно и плодотворно. Когда ребенок, совершивший преступление и отбывший срок, выходит в социум, занимаемся им в основном мы, ювенальная полиция. И мы всегда знаем заранее, когда это должно произойти, благодаря сотрудничеству с Минюстом. Да и вообще мы активно сотрудничаем со всеми службами в стране, причастными к решению детских проблем. Иначе успеха не добиться.

Если говорить конкретно о подростках, вышедших на свободу после отбытия наказания, то главное — это оказать им поддержку, причем в правильном русле. У них должны быть авторитеты, но не криминальные, а нормальные, умеющие научить, как жить в обществе, не конфликтуя с ним. К сожалению, в жизни часто происходит так, что "другая сторона", криминальная, уже ждет вышедшего на волю подростка и стремится использовать в своих целях. Этот момент нам важно не упустить. 

За детей нужно бороться заранее. Вот сейчас мы будем проводить новую акцию, поведем детей, состоящих на учете и вообще в зоне риска, в Академию патрульной полиции, покажем, как готовят полицейских. Может, кому-то западет в душу. Будут экскурсии и в СИЗО, хотя меня за это критикуют, мол, не гуманно. Не согласна! Приведу пример. С очередной группой подростков была в СИЗО. Среди ребят был парень в такой маске лидера, которому море по колено. А в камере повстречали другого подростка, ожидавшего суда, ему светило до 8 лет заключения за совершение тяжкого преступления. Я его ни о чем не просила, сам юный заключенный сказал сверстникам с воли: "Ребята, цените родителей, кушайте лучше мамин борщ, чем…". Это на многих подействовало, я видела, что "лидер" вышел из тюрьмы задумавшимся, совсем не таким, как заходил… Так что есть польза от таких посещений, я уверена.

Опасный экстрим: как предотвратить трагедию

Много проблем, по словам Ларисы Зуб, с детским экстримом, ребята любят выставлять такие фото в соцсетях. И смысл соревнований — кто наберет больше "лайков". Например, зацеперы (на крышах электричек), руферы (любители высоты) и другие. 

— Увы, эти игры часто заканчиваются трагически, — продолжает Лариса Витальевна. — Работать с такими подростками должна не только полиция, их нужно отвлечь, занять. А вот чем? Это вопрос для взрослых. Иначе могут возникнуть алкоголь, табак, наркотики... За 2017 год полицией составлено примерно 70 000 протоколов за продажу спиртного и табака детям, аннулировано 780 лицензий на торговлю алкоголем. И штрафы миллионные в сумме по стране, но не всегда помогает... На родителей составлено более 41 тысячи протоколов за невыполнение отцовских-материнских обязанностей.

И за это большие штрафы, однако они тоже не решают проблему... 

По наркотикам работаем в сотрудничестве с профильным департаментом НП. Они документируют случаи продажи детям зелья (или участия подростков в торговле), мы с психологами занимаемся профилактикой и разъяснениями. Не все у нас узаконено, что было бы необходимо. Например, в Венгрии, если педагог заподозрил подростка в неадекватном поведении, несовершеннолетнего могут в присутствии родителей пригласить в специальный кабинет и провести экспресс-тесты на наркотики. Нам бы такая процедура, думаю, тоже оказалась полезной.

Дружественные комнаты для детей

Речь идет о юридических процедурах, когда, например, ребенка надо допросить (потерпевшего или подозреваемого, не важно). Это делается не в зале суда или кабинете следователя, а в специальном помещении. Это 2 комнаты, одна с мягкой мебелью и уютом, для ребенка и ювенального полицейского или психолога, вторая — за односторонним зеркалом, где могут находиться участники процесса расследования. Вопросы эти участники задают только через собеседника ребенка: мол, спросите о том-то. Ответ слышен и записывается, что потом может служить доказательством в суде. Был случай, когда сыщики не могли разговорить маленьких братика и сестричку, на глазах которых убили маму. 
Конечно, дети были в шоке. А психологу удалось в такой комнате разговорить малышей, они дали и портрет, и улики, преступление было раскрыто. 

Моя мечта — функционирование таких комнат в каждом полицейском участке. Почти все успешные страны используют такую практику. У нас же пока подобные комнаты есть, например, в Соломенском районе Киева (там уже более 10 лет, создана с помощью общественной организации, раскрыто много преступлений), в Ивано-Франковске, Харькове, недавно открылась в Одессе, открывается в Днепре… Словом, мечты сбываются!

Напомним, недавно нардепы зарегистрировали законопроект о противодействии моббингу. "Сегодня" выяснили, как будут наказывать за травлю в коллективе. Подробности читайте в материале: Моббинг на работе: что это такое и как за него будут наказывать в Украине

Читайте самые важные и интересные новости на наших страницах Facebook, Twitter, Telegram

Вы сейчас просматриваете новость " Дети и преступления: как работает "детская" полиция в Украине". Другие Последние новости Украины смотрите в блоке "Последние новости"

АВТОР:

Корчинский Александр

Источник:

Сегодня

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Орфографическая ошибка в тексте:
Послать сообщение об ошибке автору?
Сообщение должно содержать не более 250 символов
Выделите некорректный текст мышкой
Спасибо! Сообщение отправлено.
Загрузка...