Продолжая просматривать сайт, вы подтверждаете, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь
Главная Сегодня

Владимир Познер: "Мы с Азаровым оба оказались полезны друг другу"

Известный российский телеведущий приехал в редакцию "Сегодня", где рассказал о  толковом Азарове, украинцах-надзирателях и как с индейцем убивал черепаху

НАЧАЛО: Владимир Познер: "Россия — до сих пор еще советская страна"

Продолжение

— В России вы — чужой среди своих. А в Америке и Франции вы кто?

— Там очень быстро растворяешься среди людей. Там я очень даже свой. Может, не в Америке, а в Нью-Йорке так точно. Это мой город — я в нем вырос. Там я газеты разносил, чтобы заработать доллар-другой. Там я до сих пор все улочки помню и дома.

— Вы выступаете за легализацию наркотиков. Не могли бы объяснить свою позицию?

— Все просто. Наркотики — это источник совершенно гигантских денег. С этим можно сравнивать только игорный бизнес, проституцию и торговлю оружием. И пока продажа наркотиков будет приносить такие доходы, ничего с этим не поделаешь. Даже если казнить через одного. Слишком уж соблазн для людей велик. Причем на всех уровнях — от крестьянина, который выращивает мак и коноплю, и до самых верхов. Легализация позволит лишить криминальный мир этих денег. Пусть наркотики мирно продаются в аптеках. Все равно будут наркоманы, но не будет уголовного элемента. Это принципиально важно! Нужно выдернуть этот "ковер" у них из-под ног.

— А сами вы наркотики принимали?

— Да. Но я пробовал только марихуану. Я очень боюсь тяжелых наркотиков. Я боюсь привыкания. А марихуана... У меня было любопытство. Вот я и покурил. Впечатления: было очень своеобразно. Я по-новому услышал музыку. Гораздо ярче. Также заметил, что если человек мне симпатичен, то он становится еще симпатичнее. И наоборот. Подсел ли я на это дело? Нет!

— А оружие для России... Вы бы его продажу, как в Америке, тоже упростили бы? Сделали свободнее?

— Ни в коем случае. Зная наш менталитет, ни к чему хорошему это не приведет. Более того, хлынут реки крови.

— В свое время Леонид Парфенов сказал, что для него "оранжевая революция" закончилась пшиком. А чем, как вы считаете, для России закончилась Болотная?

— То, что люди вышли с протестами на улицу, для власти стало полной неожиданностью. Потому они пошли на определенные уступки. Дали спустить пар. И люди поняли, что они все-таки что-то еще могут. Но на этом все и закончилось. А все потому, что людям ничего не предложили взамен. Глотки "порвали", власть обличили. И все. Людям нужен был реальный повод продолжать бороться. А повода им не дали: не защищать же им Бориса Немцова в конце концов. Я думаю, революция в России просто невозможна.

— Ваша карьера началсь с того, что вы были литературным секретарем Самуила Маршака. Как вы попали к гранду литературы?

— Я всегда был неравнодушен к английской поэзии. И немного занимался переводами — особенно английских поэтов елизаветинской эпохи. А моя тогдашняя теща — Зара Левина — была известным композитором. И она была знакома с Маршаком — писала детские песни на его стихи. Собственно, она и передала Самуилу Яковлевичу черновики моих переводов. О чем я узнал много лет спустя. С предложением о работе мне позвонила экономка Маршака. Я тогда просто обалдел от собственного счастья. Правда, платили немного — 70 рублей всего (смеется). При этом я был кем-то вроде писаря при Маршаке — отвечал на письма в основном.

— Вы общались с нашим премьер-министром Николаем Азаровым. Ваши впечатления?

— Он произвел на меня хорошее впечатление: умный, взвешенный, грамотно выражает свою точку зрения. Не боялся жестко говорить о том, что его не устраивает в отношениях с Россией. Когда беседуешь с политиком, то надо понимать, что он приходит к тебе не для того, чтобы потом сказать об этом своей маме. Я нужен ему, а он нужен мне. В итоге мы оба оказались полезны друг-другу.

— Как вы познакомились с Иваном Ургантом — вашим партнером по серии документальных фильмов?

— Когда я задумал свой первый фильм "Одноэтажная Америка", то вначале хотел делать передачу с Леонидом Парфеновым, но он не смог выкроить для этого время. Потом решил пригласить Николая Фоменко, но он был связан контрактом с гоночными проектами. Тогда моя жена посоветовала мне попробовать Урганта. Я спросил: "Сколько ему лет?" — "28" — "Ты смеешься — о чем мне с ним говорить?". Тогда она сама позвонила Ване и спросила, читал ли он "Одноэтажную Америку". Он честно ответил, что нет. Жена настоятельно посоветовала прочесть и пригласила на встречу со мной. И он мне понравился — честный. С открытыми глазами. И мы поехали с ним в США. Бок о бок 60 дней — непростое испытание, которое приводит или к ненависти, или к дружбе. Мы подружились. Потом было путешествие по Франции. В Италии было хуже — он не мог быть рядом все время из-за работы. Поэтому его там мало. Я понимаю его: ему надо поддерживать маму и бабушку. Надо вкалывать. Если у нас получится, то в сентябре попробуем снять передачу об Англии.

— Кто для вас украинцы?

— Когда я делал фильм об Италии, в Неаполе у меня было интервью с мафиози. Я спросил у него: "Вы когда-нибудь убивали?". Он ответил: "Следующий вопрос". Я решил, что он меня не понял. Я повторил. Он пристально посмотрел на меня и сказал: "Следующий вопрос!". Вот и я также не могу ответить на ваш вопрос. Я очень плохо знаю Украину, я не жил среди украинцев. Я только знаю — пусть это и не вызовет большой любви ко мне, — что в сталинских лагерях было много украинцев. Среди надзирателей. Говорит ли это о чем-то? Не знаю. Поете вы много и замечательно, едите вкусно. Но я не совсем понимаю вашу ситуацию с языком: вот сегодня меня в гостинице, где я живу, официантка на русском спросила: "Вам меню на английском или на украинском? На русском у нас нет". Что это было?

— Какому режиссеру вы бы дали снять фильм о себе?

— Я обожаю Чаплина и Феллини. Из ныне живущих — Тарантино.

— Говорят, что ваш талисман — черепаха.

— Когда мне было 8 лет, меня отправили в летний лагерь в Америке на севере штата Нью-Йорк. Там директор лагеря познакомил меня с настоящим индейцем, который очень меня полюбил. Однажды он сказал: "Ты можешь мне помочь, тогда в твою душу вселится большая сила. Там, в водоеме, есть черепаха, злой дух. Она погубила мою собаку, мне надо ее убить. Помоги мне". И я помог — индеец отрубил ей голову. У меня даже сейчас на цепочке висит золотая черепаха...

ЭМИГРАНТ И ЖУРНАЛИСТ

Имя: Владимир Познер


Ро­дил­ся: 01.04.1934 в Париже (Франция)


Карьера: телеведущий, писатель

Родился в Париже в семье эмигранта из России. Позже его родители перебрались в США, затем в ГДР, а в 1952-м — в СССР. В 1958 году Познер окончил биолого-почвенный факультет МГУ им. Ломоносова по специальности "Физиология человека". В 1959-м устроился литературным секретарем к поэту Самуилу Яковлевичу Маршаку и работал у него в течение двух лет (1960—1961 гг.). 
 
Позже поступил на работу в Агентство печати "Новости", работал редактором в распространявшемся за рубежом журнале "USSR" ("СССР"). В 1967 году вступил в КПСС. В 1970-м перешел на работу в Комитет по телевидению и радиовещанию в качестве комментатора главной редакции радиовещания на США и Англию в программе "Голос Москвы", где до конца 1985-го ежедневно вел свою радиопередачу на английском. С конца 1970-х, как правило посредством спутниковой связи, Познер появляется на западном телевидении, представляя в лучшем свете решения руководства Советского Союза относительно внутренних и международных вопросов. 
 
Сейчас ведет авторскую программу "Познер" на Первом канале. Автор популярных книг: "Прощание с иллюзиями", "Их Италия", "Одноэтажная Америка". Женат (третий брак). Есть взрослая дочь и приемный сын.

Благодарим за помощь в организации интервью национальную премию "Людина року". На ней Владимир Познер получил премию "За выдающийся вклад в международную журналистику и самоотверженное служение идеалам журналистики".

Новости партнеров

Новости партнеров