Что такое ФБР по-украински: ГБР заберет часть работы у прокуратуры и станет плечом к плечу с НАБУ

17 Августа 2016, 08:15

Но пока "пятая власть" может его не бояться, говорят эксперты 

Фото:  Э. Матвеев/ТАСС
Фото: Э. Матвеев/ТАСС

Девять месяцев назад Рада приняла давно назревший закон, идея которого родилась еще в середине 1990-х. Ее вынашивали при четырех президентах, неоднократно выносили на обсуждение в виде различных проектов и вариантов, но удивительным образом не доводили до ума. И лишь депутаты нынешнего созыва создали Государственное бюро расследований. Некий условный аналог ФБР США. Однако его до сих пор нет. Раздаются голоса, что Бюро — инструмент политических репрессий, вообще неконституционно, и его в любой момент можно распустить, если, мол, "перейдет черту дозволенного" и "замахнется на неприкасаемых". "Сегодня" выслушала сторонников и противников ГБР. Вывод: процесс сильно затянулся, и "пятой власти" пока оно не угрожает.

ИСТОРИЯ: ПРИ КУЧМЕ ХОТЕЛИ НАЗВАТЬ "НЭБЭРЭ"...

Впервые об украинском ФБР заговорили в далеком уже 1995 году. Рабочую группу по созданию НБР (тогда — Национального бюро расследований) возглавил генерал Юрий Гаврилов. Неофициально этот спецорган, наделенный широкими полномочиями, не без подтекста называли "НэБэРэ", тем самым подчеркивая, что там не будут брать взяток. В 1996-м президент Леонид Кучма издал соответствующий указ. Бюро возглавил Олег Литвак. Затем его сменил Василий Дурдинец. Подготовили штаты (около 3 тыс. человек), утвердили должностные оклады, выделили здание, транспорт. Однако документ не прошел Раду. Опасались, что НБР "станет послушным орудием в руках власти", "Ввергнет страну в пучину репрессий наподобие 1937 года, когда людей хватали без суда и следствия"", "Будет монстром, который подомнет ГПУ, МВД, СБУ и ГНА", и указ забыли. Через несколько лет группа депутатов пыталась реанимировать проект, но безуспешно. В 2012-м о нем вспомнил руководитель Главка по судоустройству АПУ Андрей Портнов. Он озвучил нынешнее название — ГБР, заявив, что по новому УПК к этому органу перейдут следственные функции прокуратуры. Директором был готов стать Виктор Шокин, разработавший сразу два варианта нового-старого органа. Затем ситуация вновь поменялась. Летом 2015-го ВР приняла законопроект №2114 о Госбюро расследований авторства нардепа Андрея Кожемякина в первом чтении. В ноябре документ был проголосован во втором. В январе нынешнего года закон подписал Петр Порошенко. С 1 марта он вступил в силу.

Главу ГБР назначит президент по представлению премьера.

Как сказано в законе, ГБР — центральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоохранительную деятельность с целью предотвращения, выявления, пресечения, раскрытия и расследования преступлений, совершенных должностными лицами, занимающими особо ответственное положение (первая-третьи категории госслужбы), судьями, правоохранителями (кроме случаев, отнесенных к подследственности детективов Национального антикоррупционного бюро), служебными лицами НАБУ, руководителями и сотрудниками Специализированной антикоррупционной прокуратуры (кроме случаев, когда досудебное следствие этих преступлений отнесено к компетенции детективов подразделения внутреннего контроля НАБУ), а также лицами, совершившими воинские преступления (кроме предусмотренных статьей 422 УК Украины — разглашение сведений военного характера, составляющих гостайну, утрата документов либо материалов, содержащих такие сведения). Согласно закону директора Бюро назначает президент по представлению премьер-министра на основании выводов конкурсной комиссии.

Итак, в стране появился еще один орган, призванный победить коррупцию, взяточничество, прочие язвы, разъедающие общество изнутри. Руководство страны не раз заявляло о незыблемости курса на борьбу с преступностью. ГБР, наряду с НАБУ, Специализированной антикоррупционной прокуратурой, Нацагентством по предотвращению коррупции, Нацсоветом по вопросам антикоррупционной политики при президенте, прочими органами, казалось бы, должно было бы уже приносить результаты. Но увы...

ЗАРПЛАТА ГЛАВЫ БЮРО — ОТ 40 ТЫСЯЧ ГРИВЕН, СЛЕДОВАТЕЛЯ — ОТ 22 ТЫСЯЧ В МЕСЯЦ

Конкурс на замещение должностей директора ГБР и его заместителей был объявлен 10 мая. В состав отборочной комиссии, во главе с заведующим кафедрой юрфака КНУ имени Тараса Шевченко Романом Майдаником, вошли по три человека — от президента, Кабмина и Рады. Заявки на участие подал 81 номинант. После изучения документов и несоответствия некоторым критериям (в частности, отсутствия необходимого стажа работы на руководящих должностях, юридического образования, несоблюдения прочих требований) 20 кандидатам было отказано. Главные условия: гражданство Украины, дееспособность, возраст не моложе 35 лет, высшее юридическое образование, стаж работы в сфере права не менее 10 лет, опыт руководящей работы не менее 5 лет, владение государственным языком, аполитичность (нельзя пребывать в любой из партий), безупречная репутация, здоровье и другое. Директор и его замы назначаются на 5 лет, но не могут занимать эти должности более двух сроков подряд. Зарплата главы Бюро — 40—44 тысячи гривен. Следователя — 22—23 тыс. Штатная численность Бюро — около 1500 человек.

ЭФФЕКТА НЕ БУДЕТ?

Виталий Касько, экс-заместитель генпрокурора:

— Считаю, что комиссия по отбору главы ГБР подконтрольна власти и будет принимать только согласованные с нею решения. А само Бюро будет находиться под процессуальным руководством нынешней, нереформированной прокуратуры, без которой не сможет работать самостоятельно. Этот инструмент без комплексной реформы правоохранительной и судебной системы никакого эффекта не даст.

Валентина Теличенко, адвокат:

— Уголовно-процессуальный кодекс предусматривает разную подследственность для ГБР и НАБУ. Будут они автономны либо войдут в одну структуру, на мой взгляд, не принципиально. ГБР создается после НАБУ, и в организации его работы необходимо учесть то, с чем столкнулись ранее. Дискутировать о ГБР бессмысленно. Но присмотреться, что происходит с НАБУ, стоит. В той модели, которая предусмотрена, оно не может сделать больше, чем определено законом. Даже ресурсов не хватает на подлежащие расследованию дела. И к ГБР это имеет отношение. Расследование будет успешным и иметь судебную перспективу только при наличии высокопрофессионального уровня следователей. Но им будут противостоять опытные адвокаты...

Олег Веремеенко, юрист:

— Реформы в правоохранительных органах следовало начинать с судов. Но у нас есть только здания с табличками "Суд". И некому дать правовую оценку ни полицейскому, ни прокурорскому беспределу, которого хватает. Наплодите хоть 25 бюро и агентств по борьбе с коррупцией, позовите специалистов ФБР, натренируйте детективов, но если суды заточены на взятки, то все это впустую. Ничего серьезного мафии не угрожает. Есть, правда, НАБУ. Но у него сейчас свои разборки с ГПУ.

"НАЧАТЬ НАДО С ВЕРХОВ"

Мы попросили высказаться участников конкурса на замещение должности главы Бюро и его заместителей.

— Государственное бюро расследований, как его трактует соответствующий закон и каким вижу я, — основной следственный орган в стране, — говорит экс-начальник Главного следуправления СБУ Василий Вовк. — Своим аппаратом он должен перекрывать все следствие. И тут у него непочатый край работы. Часто правоохранительные органы подменяют борьбу с коррупцией отловом мелких чиновников из сельсоветов, райадминистраций. Это тоже надо. Но рыба, как говорят в народе, портится с головы. Стало быть и начинать нужно с самого верха. Появилась, к примеру, информация, что у высокопоставленного служащего есть недвижимость за границей, и нажита она неправедным трудом. Без промедления поручите проверку НАБУ, СБУ, ГБР, и результаты проверки огласите публично, чтобы люди знали, правда это или фейк. Опросите и чиновника — что он скажет. Не хочет говорить — пусть напишет, и вы этому объяснению тоже дайте ход. Законно человек приобрел, готов отчитаться — прятаться не будет и все выложит начистоту. Ну а есть что скрывать — освободи место. И проверяющие будут тобой дальше заниматься. Может, и на срок накопают. Каждый госслужащий должен чувствовать неотвратимость наказания, и со стороны ГБР тоже. За годы независимости практически не было громких судебных приговоров с конфискацией огромных активов известных людей. Попытки вернуть миллиарды Януковича, Арбузова, Клименко, Курченко, Ставицкого, прочих предпринимаются через украинские суды, но при этом не учитывают международный опыт. В других странах практика такая: не явились в суд, не предоставили доказательств, не смогли объяснить происхождение активов — конфискация в доход государства. И будь здоров! С чего бы я начал, если б возглавил Бюро? С трех вещей: кадрового корпуса, технического обеспечения и независимой регистрации производств на основании сообщений в прессе. Появилась публикация об офшорах, где задействованы высшие должностные лица, — зарегистрировать производство, немедленно назначить проверку, расследовать и потом публично доложить о результатах. Не волокитить дело в расчете на то, что о нем забудут, а делать все открыто. И тебе поверят, и авторитет Бюро вырастет.

"СЛЕДСТВИЕ — МОЙ КОНЕК"

Своим мнением делится бывший следователь налоговой милиции Киева, участница миротворческих миссий ООН в горячих точках Ирина Нижинская.

— Следователем мечтала стать с детства, много читала и любила решать сложные задачи, — говорит она. — По окончании юрфака Киевского университета имени Тараса Шевченко пришла в налоговую милицию. Видела, как много проблем осталось в наследство от советского прошлого. Решила писать кандидатскую диссертацию на тему о возмещении ущерба, причиненного служебными лицами дознания и предварительного следствия. Руководство было не в восторге. Но все же защитила. Тогда, в конце 1990-х, старшие коллеги шутили, что средний возраст жизни следователя — несколько месяцев, а если проработал хотя бы год, то уже "дед". Потом судьба забросила меня в миротворческий контингент в Боснии и Герцеговине, где тоже прошла суровую школу, работая, как говорится, на износ. Сначала в отделе внутренних расследований, а через несколько месяцев после создания нового подразделения (СТОП — спецпроект по расследованию преступлений, связанных с торговлей людьми) стала командиром группы в центральном аппарате миссии. Было все: сутками на ногах, угрозы, благодарности, слезы родных освобожденных девушек, проклятия сутенеров. По нескольку суток не спали, еле держались на ногах... Была награждена семью медалями ООН и специальных военных подразделений. Солидный опыт получила и в других миротворческих контингентах. Но где бы ни была, Украину не забывала. И предыдущую работу тоже. Потому, узнав о конкурсе, решила принять в нем участие. Кто-то есть из "старой системы", кто-то в ней никогда не работал. Считаю, у меня неплохие шансы. Если бы пригласили в конкурс на главврача, отказалась бы. А следствие — мой конек, хочу принести пользу своими знаниями. Создание ГБР — веление времени. Правоохранительная система себя скомпрометировала. Но что взамен? Резонансное убийство некому расследовать, просим помощи у ФБР, Европола, обещаем вознаграждение за любую информацию... Надеюсь, Бюро станет реально мощным механизмом в борьбе с преступностью и самыми опасными ее проявлениями.

"ДИРЕКТОР И ЗАМЫ — К КОНЦУ ГОДА"

Замминистра юстиции считает, что Бюро расследований не должно быть подконтрольно, как и НАБУ, и САП

new_image4_119

Наталья Севостьянова. По поводу ГБР настроена оптимистически.

На вопросы "Сегодня" ответила первый заместитель министра юстиции, член конкурсной комиссии Наталья Севостьянова.

— Любой правоохранительный орган в неумелых руках и при отсутствии политической воли может быть органом репрессий, — говорит Наталья Илларионовна. — Государственное бюро расследований — новый орган, куда на конкурсной основе будут отобраны руководство и основной состав, станет независимым органом эффективного расследования. Да, функции следствия перейдут ему от Генпрокуратуры, чем, конечно, довольны далеко не все. Поэтому и предпринимались усилия, чтобы отсрочить вступление в силу закона, пересмотреть некоторые его положения... Но, вопреки всему, я с оптимизмом оцениваю перспективы Бюро. Надеюсь, как НАБУ и Специализированная антикоррупционная прокуратура, оно также проявит себя с положительной стороны, заслужив доверие общества.

— Генпрокуратура, надо понимать, теперь будет вынуждена делиться своими следователями с ГБР?

— Не то чтобы делиться. В ГБР придут новые следователи. Другое дело, что в конкурсе принимают участие и сотрудники прокуратуры. Закон устанавливает определенные квоты, чтобы все прокурорские следователи скопом не перешли на работу в новый орган. В любом случае там будет более половины новых людей, которые до этого не работали в прокуратуре. Лучшие — пройдут.

— А как, собственно, ГБР, НАБУ, ГПУ, САП будут делить между собой поле борьбы с коррупцией? У нас ведь как? Создается один орган — поднимается шум, что это монополист, что это породит злоупотребления. А если несколько структур — то у семи нянек дитя без глаза...

— Ну, смотрите: подследственность сегодня действительно разделена между многими органами. Это нормальная практика. Когда заработает ГБР, система будет такая. Нацполиция будет расследовать преступления общеуголовной направленности. К ГБР от Генпрокуратуры перейдет основной массив дел, которые пока находится там. А НАБУ будет расследовать дела относительно только топ-чиновников. Преступления и правонарушения, совершенные детективами НАБУ, будет расследовать ГБР. Поэтому, в основном, все сбалансировано.

— Юрист-криминолог Анна Маляр с этим не согласна, утверждая, что руководство ГБР останется практически бесконтрольно и будет творить все, что захочет, и это повлечет злоупотребления...

— Вы считаете, что орган расследования должен быть кому-то подконтролен? Наоборот! Артем Сытник или Назар Холодницкий никому не подконтрольны. Но это свидетельство того, что их органы показывают высокие результаты в работе.

— Это понятно. Но некоторые прокуроры, оказавшись неприкасаемыми, чувствуя бесконтрольность, идут на прямые нарушения закона, а некоторые попадают в прямую зависимость от власти...

— Очень много зависит от механизма назначения. В данном случае в ГБР объявлен конкурс, и если кто-то победит, он будет понимать, что это произошло не по звонку или другим субъективным причинам, а только в силу профессиональных и личных качеств.

— Что, кстати, с самим конкурсом? На каком он этапе? Применяете ли уже полиграф для тестирования?

— После того, как после первого этапа конкурса часть кандидатур была отклонена, мы отфильтровали тех, кто подал неполный пакет документов...

— Это порядка 20 человек?

— Да, и около 60 продолжат участие во втором этапе конкурса. Теперь будет тестирование. Вместе с экспертами Совета Европы мы разрабатываем тесты, отличные от НАБУ и прокуратуры. Эти тесты на общие и профессиональные знания законодательства. Потом пройдут собеседования. Тех, кто выйдет в финал, ожидает проверка на полиграфе. После чего прошедшие детектор лжи будут рекомендованы на те или иные должности. Сейчас отбираются кандидаты на три ключевые позиции — глава ГБР, первый заместитель и просто зам.

— Но есть уже наиболее вероятные претенденты, которые имеют предпочтение? Некоторые говорят, что директором ГБР якобы станет нынешний главный военный прокурор Анатолий Матиос...

— Ответственно могу заявить, что лично я ни с кем из конкурсантов не общалась и оценивать уровень подготовки каждого, как и шансы выйти в финал, естественно, не могу. Сейчас они для нас все одинаковы. Есть, конечно, фигуры более известные, есть неизвестные. Но я бы не стала говорить, что у первых шансов на победу больше. Опыт проведения других конкурсов показывает, что часто побеждают как раз те, о ком до этого знали мало...

— Так когда ожидать финал? И когда результаты конкурса, наконец, выкристаллизуются?

— Думаю, до конца года у нас уже будут директор Бюро и два его заместителя... Возможно, в ноябре. Ну а уже от них зависит дальнейшая работа ГБР. Надеюсь, все получится...

Вы сейчас просматриваете новость "Что такое ФБР по-украински: ГБР заберет часть работы у прокуратуры и станет плечом к плечу с НАБУ". Другие Интересные истории смотрите в блоке "Последние новости"

Автор:

Александр Ильченко

Источник:

"Сегодня"

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии

осталось символов: 1000 Правила комментирования