Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Вы можете ознакомиться c изменениямы в политике конфиденциальности. Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять

Любош Михел: "Уверен, в Донецке проведут финал Лиги чемпионов"

3 ноября 2008, 11:17

Трощилов Андрей

Знаменитый словацкий судья Любош Михел рассказал Сегодня|Спорт о своем еврокубковом дебюте в Донецке, нынешней работе в "Шахтере", украинском "следе" отца и чемпионском кафе своей семьи

Любош Михел закончил с судейством и пришел в "Шахтер". Фото В.Дудуша

Любош Михел закончил с судейством и пришел в "Шахтер". Фото В.Дудуша

Знаменитый словацкий судья Любош Михел рассказал Сегодня|Спорт о своем еврокубковом дебюте в Донецке, нынешней работе в "Шахтере", украинском "следе" отца и чемпионском кафе своей семьи.

— Любош, как вам в Донецке?
— Понравилось. С 95-го года, когда я судил здесь игру "Шахтера" с "Линфилдом", город сильно изменился. Отели, рестораны, магазины... Донецк стал модерновым европейским городом.

— Тот матч наверняка хорошо помните? Ведь это был ваш дебют в еврокубках.
— А как же! Атмосфера была отличной, полный стадион, "Шахтер" победил — 4:1. Коленки немного трусились. Это где-то после 10-20 матчей при полных трибунах ты уже не обращаешь на это внимания.

— "Шахтер" вы судили потом еще дважды — "золотой матч" в Кривом Роге в 2006 году и на Кубке Лобановского. Сложно было?
— Думаю, зарубежным арбитрам — ни капли! Никакого давления, отсудил и уехал. Это местных судей потом "травят" команды, болельщики, пресса. Вот сужу чемпионат Словакии, пятьсот человек на трибунах, и все почему-то ждут моей ошибки. Чтобы на следующий день написать: знаменитый арбитр вовсе не великий! Как будто писать больше не о чем...

— Какой самый сложный матч в вашей карьере?
— Ответная игра между "Лидсом" и "Галатасараем" в Англии в 2000-м году. В Стамбуле, как известно, зарезали двух английских болельщиков, местная пресса чуть ли не к мести призывала. Представьте, ко мне было приставлено пятеро телохранителей! Они меня везде сопровождали, даже на поле выводили. Ни о чем больше с ассистентами не думали, как бы побыстрее закончилась эта игра. Слава Богу, ничего не случилось, хотя я удалил двоих игроков еще в первом тайме.

— А самая грубая ваша ошибка в судейской карьере?
— Это жизнь, без ошибок отсудить невозможно. Болельщикам это тяжело понять… Знаете, на Лиге чемпионов 25 камер со всех ракурсов, а у судьи только пара глаз и с одной стороны. Запомнил свою грубую ошибку в матче Норвегия — Румыния. Назначил пенальти за игру рукой, норвежцы сравняли счет. И только после матча на видео разглядел, что рука была не у защитника, а у нападающего!

Реклама

— Как вы все-таки оказались в Донецке? Как-то все таинственно произошло…
— Не таинственно, а быстро. Я давно знаком с врачом клуба Пако Биоска. Обратился к нему по поводу проблемы с ахиллом, но на обследовании он еще одну проблему обнаружил. Две операции я бы пережил, а вот восемь месяцев восстановления — нет. Если выпал из обоймы лучших арбитров, попробуй еще туда вернуться. Но я и так все судил: финалы ЛЧ и Кубка УЕФА, три Евро, два ЧМ. Хватит. Мотивация была только на ЧМ-2010.

— На решение уйти повлияло и предложение от "Шахтера"?
— Я не спал две ночи! Двадцать лет в судействе, все тебя знают, но как это: взять и бросить? Люди в клубе узнали, что я в Донецке, мы познакомились. Встретились сначала с Сергеем Палкиным, потом с президентом. Вернулся домой, думал еще три дня, советовался с женой, она и помогла принять решение. В большом футболе и так мог остаться — стать, например, делегатом УЕФА. Но я хочу более динамичную работу, иметь влияние на что-то.

— Что вам вменяется в обязанности?
— Все, что связано с международными матчами, в том числе и выступления молодежных команд академии. Буду послом "Шахтера" в Европе, все меня знают, передо мной все двери открыты. Если "Шахтер" хочет стать европейской командой, надо общаться с большими клубами, заявлять о себе. Я призван помочь в этом.

— Наверняка и на арбитров ваш авторитет как-то будет давить?
— Ну, в украинском чемпионате я вообще с арбитрами не пересекаюсь. А организация в ЛЧ — это не только прием судей. Это еще и всевозможные совещания. Футбол не стоит на месте, за кулисами матча происходит большая работа, не видимая зрителю.

В тренде
Тайсон Фьюри победил Уайлдера нокаутом и завоевал чемпионский пояс

— Стадион "Донбасс-Арена" уже успели изучить?
— Один из лучших стадионов, где я был. Те зрители, которые приходят на "Олимпийский", даже не представляют, какая сказка их ожидает на новой арене — акустика, удобства, просто красота. Уверен, наступит день, и здесь проведут финал Лиги чемпионов. Ринат Ахметов строит планы на 10-15 лет вперед. Этот человек — гарантия того, что футбол в Донецке будет развиваться.

— Известно, что вы играли в футбол, прежде чем стали судьей.
— Как могло быть по-другому, если мой папа Михал — футбольный тренер детской школы в Стропкове, где я родился. Уже лет 40 тренирует. По украинским меркам — деревня, 12 тысяч жителей. Я был капитаном в юношеской команде, играл на месте центрального полузащитника. Дорос до команды второй лиги, но сразу же получил тяжелую травму — порвал крестообразные связки. Две операции. Мог тренировать, диплом есть, но выбрал судейство — хотелось в поле находиться, а не за пределами.

— Расскажите о своей семье.
— Жена Данка по образованию учительница русского языка и географии, учились мы в одном вузе, только я — на факультете физкультуры. Недолго работал учителем в школе, но потом в гору пошла судейская карьера. У нас небольшой бизнес — содержим кафетерию в Прешове, где и живем. Наше "Champions Cafe" весьма популярно среди посетителей, здесь я выставляю мячи с памятных матчей, футболки знаменитых футболистов с автографами — Криштиану Роналду, Рауля, Каннаваро, Недведа, многих других. Причем футболки слегка стираные, чтобы остались видны следы борьбы. Мне говорят — уже пора музей открывать. Сейчас жена полностью занимается делами кафе, ей нравится.

— Семью в Донецк не перевозите?
— Вот это непростой вопрос. Как быть с детьми, не знаем. Сын Томаш, ему 17 лет, в следующем году заканчивает школу, собирается учиться на юриста, а дочери Бьянке всего семь лет. Если найду здесь английскую школу, то, возможно, семья переедет ко мне. В декабре решим. Наши дети не говорят на русском, они уже люди другой генерации, но за полгода вполне могут освоить.

— Зато вам знания русского пригодились, не правда ли?
— Да уж. А как вспомню, до революции 89-го года русский был главным иностранным языком, по четыре-пять дней в неделю изучали. Английский тогда не признавался вообще, но им я владею досконально, понимаю также немецкий, и языки соседних стран — Чехии, Венгрии, Польши, Украины, Словении.

— У вас русских или украинских корней случайно нет?
— В Прешовском крае немало русинов живет. А в старых документах отца в графе "национальность" было записано: украинец. Все не могу проверить эту информацию, времена были такие — граница с Украиной туда-сюда переносилась.

— Кроме всего прочего, вы депутат словацкого парламента.
— Верно. Крестьянско-демократическая партия в 2006 году выбрала меня... как бы правильно сказать... ну что ли своим лицом на предвыборной кампании. Понятно, я же известный человек, получили, кстати, хороший процент голосов. Но работа в парламенте мне, честно сказать, не понравилась — все время заседать. Скорее всего, положу мандат на стол — не для меня это, приоритетом все равно остается футбол.

— Где живете в Донецке?
— В гостинице "Прага". Совпадение, но это как-то греет душу вдали от родины. Все-таки столица страны, где я родился и жил — Чехословакии. Мне здесь очень нравится, тихо, на входе статуя знаменитого солдата Швейка. Обычно за неделю в гостиницах надоедает, но в этой — как дома.

Читайте самые важные и интересные новости в нашем Telegram

Реклама

Реклама

Новости партнеров

Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...
загрузка...