укр
Светлана Панаиотиди
Территория добра
Главная Криминальные новости
11 Октября 2007, 08:59  Версия для печати  Отправить другу
×
Исчез навсегда http://www.segodnya.ua/img/article/751/52_main.jpg http://www.segodnya.ua/img/article/751/52_tn.jpg Происшествия и криминал Речь идет об исчезновении с элитной дачи в Конча-Заспе 7 ноября 1970 года Евгения — сына могущественного секретаря ЦК и члена Политбюро ЦК Компартии Украины Николая Борисенко. Мы покажем все фантастические "изгибы" следствия и фактически раскроем тайну исчезновения. Следите за "Сегодня"!
С Брежневым и Щербицким. Николай Борисенко (крайний справа) принадлежал к высшей элите страны. Фото из архива семьи Борисенко
С Брежневым и Щербицким. Николай Борисенко (крайний справа) принадлежал к высшей элите страны. Фото из архива семьи Борисенко

Исчез навсегда

Речь идет об исчезновении с элитной дачи в Конча-Заспе 7 ноября 1970 года Евгения — сына могущественного секретаря ЦК и члена Политбюро ЦК Компартии Украины Николая Борисенко. Мы покажем все фантастические "изгибы" следствия и фактически раскроем тайну исчезновения. Следите за "Сегодня"!

Сегодня мы начинаем серию публикаций в рамках масштабного журналистского расследования самого загадочного происшествия в Украине за последние десятилетия ХХ века.

РАСКРЫВАЕМ ТАЙНУ

Вчера Евгению Борисенко исполнилось бы 57 лет. Забегая вперед скажем, что судьба 20-летнего (на момент исчезновения) Жени так и осталась неизвестной, хотя в результате журналистского расследования "Сегодня" (частичные результаты его мы публиковали несколько лет назад) можно сделать определенный вывод о случившемся. Наше расследование основано на тщательном изучении материалов 65-томного уголовного дела (оно хранится в архиве прокуратуры Киева), а также на эксклюзивных беседах с многими людьми. За это время родные Жени не раз переходили от надежды к отчаянию, потому что в деле возникали самые невероятные версии, говорящие как о том, что парень жив, так и о его фантастической гибели. Но во второй половине 70-х жуткое преступление, случившееся в Киеве (мать убила маленькую дочку), дало толчок самой вероятной версии, получившей 99% доказательств, кроме главного — останков Евгения так и не обнаружили. Основным подозреваемым был (и остается, по крайней мере для следователя-"важняка" Валентины Серпокрыловой и для брата Жени — Геннадия Борисенко) киевский милиционер Павел Могильный. Такого же мнения придерживался при жизни и видный украинский ученый-криминалист, автор ряда книг по уголовному праву Яков Нагнойный, о чем сам говорил автору.

Увы, сегодня нет в живых и Могильного, так что, похоже, тайну захоронения Жени он унес в собственную могилу (извините за невольный "черный" каламбур). Однако "Сегодня" с большой долей достоверности удалось восстановить ход событий и решить загадку почти 40-летней давности. Добавлю также, что судьба Жени автору этих строк небезразлична в личном плане — мы с ним учились когда-то вместе в институте, дружили. Последний раз виделись в Киеве летом 1970-го года, за три месяца до исчезновения Евгения (позже автор попал в круг свидетелей по делу и не раз допрашивался сотрудниками КГБ, милиции и прокуратуры).

Из постановления о возбуждении уголовного дела, датированного 8 ноября 1970 года и подписанного первым заместителем прокурора УССР М.Самаевым: "Вечером 7.11.70 года в домике номер 4 на территории дома отдыха "Конча-Заспа" (охраняемый городок для украинской элиты из ЦК КПУ и Совмина УССР. — Авт.) собрались за праздничным столом, чтобы отметить годовщину Октября, Борисенко Евгений, Лукьянов Александр, супруги Семичастные, супруги Зарудные и знакомая Борисенко Евгения — Ярлыкова Любовь. После 22 часов молодые люди разошлись, а Борисенко Евгений исчез... При осмотре домика оказались разбитыми стекла двери на веранду из спальни, обнаружены пятна, похожие на кровь, на постельных принадлежностях, на полотенцах..."

НАЧАЛО. Производство предварительного следствия было поручено бригаде опытных профессионалов под руководством следователя по особо важным делам при прокуроре УССР Евгения Макашева. Придали бригаде и молодые силы, в частности, стажера прокуратуры Киева Сергея Винокурова. Ныне Сергей Маркиянович — государственный советник юстиции первого класса, первый заместитель Генпрокурора Украины. Вот что рассказал он автору этих строк.

"Под утро 8 ноября, когда у меня уже заканчивалось дежурство по горпрокуратуре, поступил приказ прокурора Киева Линчевского: выехать в Кончу-Заспу, в распоряжение Макашева. Там, в дачном городке, мы безвыездно провели трое суток. Я лично удостоился чести осмотреть содержимое помойного ведра на кухне дачи Борисенко... Помню, перекладываю пустые банки из-под деликатесов, а Макашев, глядя на это, говорит: "Как же клевещут недруги на советский строй! Врут, будто у нас нет в продаже икры, крабов, тресковой печени..." Где-то на 3—4 день Макашев докладывал результаты расследования лично Щербицкому (первому секретарю ЦК КПУ, фактически "хозяину" Украины. – Авт). И предложил перегородить часть находящегося рядом озера и выкачать воду (водолазные работы уже вести было нельзя, ибо установился лед). Не исключено, что мы нашли бы тело Жени. Но начальство рассудило иначе..."

Кто же сидел за столом на даче Борисенко? Олег Семичастный (с женой) — сын Владимира Семичастного, бывшего главы КГБ СССР (передавшего в 1967 году этот пост Андропову и ставшего, в том числе на момент нашего повествования, заместителем председателя Совмина УССР). Александр Лукьянов — сын Бориса Лукьянова, министра лесного хозяйства УССР. Супруги Зарудные, Александр и Наталья, тоже из очень известной в Киеве семьи драматурга и писателя, сценариста Николая Зарудного. "Золушкой на балу" была лишь 18-летняя Люба Ярлыкова, лаборантка НИИ гигиены питания, с которой Женя Борисенко случайно познакомился на улице за пару дней до описываемых событий.

"ЖЕНЯ КРИЧАЛ, ЧТО ВОЗЬМЕТ КАРАБИН И ВСЕХ ПОУБИВАЕТ..."

На первом допросе Люба Ярлыкова показала: "Борисенко заехал за мной на черной "Волге". Прихватили также Зарудных. По дороге Женя говорил, что днем на параде выпил бутылку коньяка, но по нему не было видно. На даче мы с Наташей стали накрывать на стол, а Евгений с Сашей Зарудным пошли встречать Лукьянова и приехавшую пару, Олега и Наталью (Семичастных. — Авт.)...

Сели за стол. Сначала Женя вел себя нормально, но после 2—3 рюмок стал неузнаваем. Начал говорить всем гадости, потом швырнул в открытую дверь рюмку, за ней — бутылку... Лукьянов вскочил, схватил Евгения за руки и потащил в ванную. Но тот вырвался, принялся бегать по комнатам и все крушить. С него стащили туфли, пытались уложить в постель, однако это не помогло: Женя кричал, что сейчас возьмет карабин, всех поубивает, повесит и т.д...

Скандал длился довольно долго. Семичастные ушли (на их расположенную рядом дачу приехали родители), остались Зарудные, Лукьянов и я. Зашел было сосед, но Женя швырнул в него кресло. С ним случилась истерика, и нам ничего не оставалось, кроме как уйти. Лукьянов остался, сказав, что не может бросить Женю в таком состоянии одного. Где-то в начале одиннадцатого мы с Зарудными вышли на улицу, подождали машину, заказанную Женей, но она не пришла. Тогда решили выйти на трассу... В это время на крыльце показались Борисенко и Лукьянов, закрыли дверь. Женя был в пальто. Все двинулись в сторону ворот, Евгений, по-моему, шел сзади. Когда подошли к развилке трех дорог, еще на территории городка, Женя прошел мимо нас и направился куда-то в кусты. Мы его окликнули, но он не остановился...

В это же время в сторону дачи №4 прошла "Волга", номер 02—04 КИА. Мы поняли, что это машина Борисенко и предположили, что Женя, увидев ее, вернется к домику, сядет и на обратном пути подберет нас. Поэтому пошли к воротам. Там действительно дождались упомянутую машину, но Жени в ней не было. Водитель сказал, что в Киев не едет и свернул налево, по территории городка. Позже "Волга" вновь вернулась к воротам и выехала на трассу, однако нас взять с собой шофер отказался. Тогда мы приняли предложение Лукьянова переночевать у него на даче. А утром узнали, что Женя исчез..."

"СЧИТАЮ, ЧТО ЕВГЕНИЙ ЖИВ, ЗАНЯЛ ДЕНЕГ И УЕХАЛ ДАЛЕКО..."

Примерно то же самое, с вариациями подробностей, рассказали следователям и другие участники вечеринки. Территорию дачного городка тщательно прочесали, несколько раз применялись служебные собаки. Проводник Алексей Тромса и пес Вольный, понюхавший старые туфли Евгения, нашли было след. Он довел до внутренней стороны забора, а снаружи обнаружились признаки того, что кто-то спрыгнул в этом месте с ограждения (эти следы видел и брат Жени Геннадий Борисенко, о чем сам рассказал "Сегодня". — Авт.). Собака вновь взяла след и привела на обочину трассы Обухов — Киев. Дальше — все... Зато экспертиза показала, что на верхней части забора обнаружены текстильные волокна, идентичные по цвету и природе с волокнами верха кепки Евгения (она была пошита из того же материала, что и пальто). Очевидно, через ограду он все-таки перелезал...

УЕХАЛ ИЛИ СБИТ МАШИНОЙ? К утру на даче собрались не только сановные родственники участников застолья и члены следственной бригады, но и высокопоставленные чиновники ЦК КПУ, МВД, КГБ, прокуратуры, даже Минобороны (это важно, к вопросу о присутствующих мы еще вернемся). Все высказывали свои предположения и... мешали следователям. Но и у тех поначалу версий хватало, к тому же они были обязаны прислушиваться к "высоким" мнениям. Забегая вперед, расскажем, что считал по поводу случившегося министр лесного хозяйства УССР Борис Лукьянов, допрошенный 31.01 71 года:

"Слыхал я и о том, что якобы мой сын укокошил Евгения, а потом куда-то девал его труп. (Забегая вперед, скажем, что в эту версию, что виноват Лукьянов-младший, долго верила мама Евгения, Мария Максимовна. — Авт.) На такие выдумки ума не надо. Но я лично считаю, что Евгений жив. Полагаю, что он обдумал свое поведение на даче и потерял охоту являться домой для отчета перед родителями. Прошел до забора, перелез через него, добрался до Киева и уехал в Чернигов. Там у знакомых одолжил денег и уехал куда-нибудь к живущим подальше приятелям... Александр сам тяжело переживает исчезновение Евгения. Да и я ему неоднократно говорил, что моральная ответственность за случившееся лежит на всех участниках вечеринки... Хотя, если объективно, то Евгений был хозяином на вечеринке и было бы дико требовать, чтобы гости связали его и положили вытрезвляться..."

Поскольку было очевидно, что Женя покинул территорию дачного городка, одной из первых серьезных версий стала такая: его, нетрезвого, сбила машина. И вскоре версия получила, вроде бы, блестящее подтверждение. На передке "Волги", приезжавшей за Евгением поздно вечером, обнаружились следы человеческой крови и волосы! Подозрение пало на водителя черной "Волги" (ГАЗ-21 госномер 02-04 КИА ) из гаража ЦК КПУ Анатолия Загуру. Именно он приезжал на дачу за Евгением и вернулся пустым, доложив, что Борисенко-младший так и не объявился.

"МЕНЯ МОЖЕТ СПАСТИ АНОНИМКА ОТ ИМЕНИ ПРЕСТУПНИКА..."

Привозил Женю и приятелей на дачу другой водитель, но вечером диспетчер передала заказ (Конча-Заспа, первые ворота, четвертый домик, Борисенко, 23 часа) Анатолию Загуре. Тот, объясняя, почему задержался на даче и никого не привез, ответил, что ездил за Женей, ждал его возле домика, уезжал звонить диспетчеру, снова подъезжал к домику и только после второго звонка в гараж направился на базу. По пути видел двух девушек с парнями, но среди них не было Жени, потому отказался везти их в Киев.

Поскольку на "Волге", закрепленной за Загурой, спидометр показывал больший километраж, чем указано в путевом листе, возник вопрос: где ездил? Может, труп отвозил спрятать? Загура объяснил тем, что заезжал домой за походным ужином, взял хлеб с колбасой. Супруга подтвердила. Но потом муж поставил ее в дурацкое положение, изменив показания и заявив, что домой не заезжал, а просто "левачил", но сознаться в том боялся. Пришлось и жене признать, что говорила неправду по просьбе мужа.

В ИТОГЕ ДЕЛО РАЗВАЛИЛОСЬ. Подозрения относительно Загуры усиливались. А тут еще подоспели результаты экспертизы: на машине имеются следы удара, кровь и волосы. Загуру арестовали, предъявили ему обвинение в том, что сбил Евгения Борисенко и спрятал труп. Сроки содержания под стражей несколько раз продляли, мотивируя тем, что на свободе подозреваемый активно пытался мешать следствию, вводя его в заблуждение. Впрочем, Анатолий и сидя в изоляторе не оставлял таких попыток. Как-то ухитрился передать жене Раисе письмо для товарища по гаражу Владимира Химченко. "Малява" попала по назначению, но Химченко испугался ответственности и передал бумажку в прокуратуру. Это весьма любопытный документ. Стиль просто ленинский...

"Володя, положение крайне серьезное, судя по всему, за тобой ходят по пятам, следят за квартирой и, разумеется, за телефоном. Будь предельно осторожен. Прекрати мгновенно и окончательно всякие отношения с Раей и другими членами моей семьи... Володя, единственное, что меня может спасти, это анонимное послание от имени преступника, лучше отпечатанное на машинке и посланное лучше не из Киева. В нем должна быть главная деталь, что труп находится в озере на даче "Конча-Заспа" в районе неизвестной преступнику купальни, так как он был там единожды. Преступление совершено им, скажем, из личных счетов или ревности. Смотри сам, как лучше. Тебе там больше должно быть известно, как и что слышно по делу. Единственное, что анонимка должна быть написана серьезно и убедительно. Не на адрес прокуратуры, а только на имя Борисенко. Это мое последнее письмо, больше я писать тебе не буду, да и незачем... Володя, постарайся это выполнить непременно... Другого выхода нет. Я здесь, как Джек Руби. Петля уже одета, осталось только вздернуть. И, по-моему, уже подзатягивают." (Историю, однако, Загура знал не очень хорошо: убийцу Ли Харви Освальда, который застрелил президента США Джона Кеннеди, по имени Джек Руби, не вешали. — Авт.).

Позже Загура утверждал, что свои "малявы" передавал через неизвестных ему арестованных, с которыми сидел в одной большой "хате" на 18 постояльцев. Концов так и не нашли...

Да и дело "Загура — убийца Борисенко" стало разваливаться. Экспертиза дала однозначное заключение: кровь и волосы на машине принадлежат не Жене. А кому? Оказалось, Загура действительно вовсю "левачил" на цековской "Волге". И во время одной из таких поездок, торопясь, 22 октября 1970 года сбил на Красноармейской некую Ольгу Кравец, причинив легкие телесные повреждения. Правда, оказал ей помощь, а потом откупился, потому женщина никуда не заявляла. За этот наезд Загура и пошел под суд. Остальные подозрения так в доказательства и не превратились, посему уголовное дело о причастности его к исчезновению Борисенко было прекращено.

В следующий четверг вы прочитаете, как имя Жени использовали в своих целях аферисты и сумасшедшие; как люди признавались, что убили его на берегу сибирской реки и спустили под лед, что тело расчленили и разбросали по вагонам товарняка, что видели пропавшего, торговавшего на ж.д. станции солеными огурцами... Отрабатывались сотни версий, были допрошены тысячи человек -- шел самый масштабный розыск во всем СССР!


×
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Вы сейчас просматриваете новость "Исчез навсегда". Другие Криминальные новости смотрите в блоке "Последние новости"

Добавить комментарий:

Ваш комментарий (осталось символов: 1000)
Правила комментирования на сайте Сегодня.ua
Подписка: