Продолжая просмотр сайта, вы соглашаетесь с тем, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь
Сделать стартовой
27,01
30,55
УКР

Почему застопорилась большая приватизация: интервью с Максимом Нефьодовым, часть 3

"Суды запретили Минэкономики и ФГИ предпринимать какие-либо действия, мы полностью сейчас остановлены"

Максим Нефьодов. Фото: сайт "Сегодня"
Максим Нефьодов. Фото: сайт "Сегодня".
Почему застопорилась большая приватизация: интервью с Максимом Нефьодовым, часть 3 //smm.ollcdn.net/i/image_610x343/media/image/5c6/d88/ea9/5c6d88ea9a66f.jpg //smm.ollcdn.net/i/image_150x100/media/image/5c6/d88/ea9/5c6d88ea9a66f.jpg Экономика "Суды запретили Минэкономики и ФГИ предпринимать какие-либо действия, мы полностью сейчас остановлены"

В прошлом году в Украине был принят новый закон о приватизации государственного и коммунального имущества. Ожидалось, что он даст старт масштабному процессу, сопоставимому чуть ли не с размахом приватизации 90-х. В 2018 году в бюджет планировалось получить от приватизации 21 миллиардов гривен. Однако по факту было получено всего 203 миллиона.

О причинах таких результатов и перспективах сайту "Сегодня" рассказал первый заместитель министра экономического развития и торговли Украины Максим Нефьодов.

Читайте также на сайте "Сегодня" первую и вторую части интервью с Максимом Нефьодовым.

- В свое время вы прогнозировали успешную малую приватизацию, в частности, что выставленные 1300 объектов будут проданы в течение нескольких месяцев. Сколько объектов по факту проданы в 2018 году? Как Вы оцениваете результаты минувшего года в плане малой приватизации?

- Малая приватизация – то есть приватизация активов, оценочная стоимость которых меньше 250 млн грн – запущена и проходит, на мой взгляд, очень успешно. Уже успешно проданы 593 объекта, мы получили почти 809 млн грн, причем в 75% аукционов было увеличение стартовой цены.

Когда мы запускали приватизацию, в реестре было 1300 объектов, сейчас – 1647, не считая тех, что уже проданы. И объекты постоянно добавляются.

- А какой процент успешных продаж?

- Сейчас у нас продается практически все, что выставляется на аукцион. Процентов 90. Потому что система продаж построена таким образом, что за один или за несколько циклов объект будет продан. Если объект не продается сразу, проводим голландские аукционы, которые идут на снижение цены. Если процесс продажи уже начался, он занимает где-то 3,5 месяца, и по результату с 90%-ной вероятностью объект будет продан. Исключение составляют только самые проблемные объекты.

- Можно ли сделать процесс еще более активным и что этому мешает?

- Мы столкнулись с тем, что процесс выставления объектов на приватизацию происходит очень медленно. Есть, например, города, которые до сих пор не выставили ни одного объекта. Например, Киев только недавно объявил первый аукцион – на один из подвалов.

Поэтому мы призываем все органы власти ускорить этот процесс.

Фото: "Сегодня"

- Сколько всего объектов может быть выставлено на малую приватизацию?

- Думаю, в списке может быть и 15 тысяч объектов. У нас нет полного перечня того, чем владеет государство на центральном или муниципальном уровнях. Каждый орган власти, каждый город или село постепенно вносит в этот реестр те объекты, которые, по их мнению, могут быть выставлены на приватизацию.

Премьер Украины Владимир Гройсман о большой приватизации

- Вы говорили, что в управлении Кабинета министров находится 3400 госпредприятий, большинство из которых не работают или работают в убыток. Сколько из этого числа приватизированы?

- Пока только 27 предприятий. Большая часть госпредприятий запрещены к приватизации. Часть находится в состоянии банкротства, реорганизации и т.д. Активно работают где-то 1500 компаний.

Попутно скажу, что недавно мы запустили отдельно электронную базу отчетности по госпредприятиям и планируем, что через несколько месяцев она тоже станет доступна общественности. Сейчас делаем отдельный портал по госпредприятиям, чтобы люди видели, какими компаниями владеет государство.

Но приватизация – это больше, чем госкомпании. У нас одно село продало даже свою статую Ленина. Уже какую-то копейку заработало в бюджет, так что можно только приветствовать такую инициативу. Хотя, конечно, это курьез. В основном муниципальные власти продают или недвижимость, или небольшие компании. И иногда получают довольно существенные средства от приватизации.

Например, Львов побил абсолютный рекорд по стоимости квадратного метра проданной недвижимости. Они продали один объект, где стоимость квадратного метра составила 7 тыс. долларов. Для Львова это точно абсолютный рекорд продаж – хоть государственных, хоть частных. Думаю, и в пределах страны в целом. Это было нежилое помещение на 1-м этаже в здании на площади Рынок.

- А можете назвать рекордсменов по количеству объектов, выставленных на приватизацию и проданных?

- Рекордсменом по количеству выставленных на приватизацию объектов сейчас является Львов. Они провели уже 61 успешный аукцион. На втором месте – региональное отделение Фонда госимущества по Винницкой области – 34 успешных аукционов. На третьем месте – село Ланна Полтавской области: 29 успешных аукционов. Объявленная стоимость выставленного на эти аукционы имущества села Ланна составила 704 тыс. грн. И для села это очень хорошо.

- В бюджете каждый год закладывается определенная сумма, которую планируется получить от приватизации. Но пока ни разу этот план не удалось выполнить. В 2016-м и 2017-м – по 17 млрд, в 2018-м – 20, на этот год снова 17 млрд запланировано получить от приватизации.

- Эта сумма предусматривает в основном продажу объектов большой приватизации. Мне не хочется сейчас критиковать Фонд госимущества, который занимается этим, но с большой приватизацией у нас действительно большие проблемы.

Например, все конкурсы на отбор советников, которые прошли еще в начале августа, были заблокированы судами. По каждому из объектов. Потому что в каждом конкурсе одна из компаний решила, что в ходе конкурса были нарушены ее права. Если бы мы шли по графику, в марте мы бы вышли уже на аукционы. Но пока ждем решения судов. Если бы они уже были, хоть какие-то, мы могли бы в худшем случае объявить конкурс заново, в лучшем – работать с теми советниками, которые были выбраны раньше. Хотя мы предложили этим людям работу 9 месяцев назад, будут ли они теперь готовы выполнять ее – неизвестно.

Для меня ситуация с большой приватизацией – печальный пример того, что реформы нельзя проводить "на острове". То есть нельзя делать приватизацию независимо от того, что происходит с судебной реформой или реформой правоохранительной системы. Очень хотелось бы, чтобы судебная реформа проходила быстрее и у нас вообще не было в стране такого понятия, как "заблокировано судом".

Фото: "Сегодня"

В конце концов, если люди считают, что их права нарушены, по такому, мне кажется, не очень сложному вопросу, как рассмотрение интересов в конкурсе – мне кажется, вынести какое-то судебное решение можно было гораздо быстрее. А у нас до окончательного решения еще очень далеко.

- Значит, сумма, заложенная в бюджет, вряд ли наберется и в этом году.

- Я бы предлагал все-таки не концентрироваться на сумме денег. На самом деле для бюджета это не такие уж значительные суммы. У нас бюджет – больше триллиона, а речь идет о 17 миллиардах. Это меньше 2%.

Конечно, деньги никогда не помешают, их всегда найдется, на что потратить: на оборону, медицину, образование. Но когда мы говорим о приватизации, наша главная цель – привлечь инвестора. Потому что от этого плательщики налогов получат значительно больше. Люди смогут нормально работать на предприятии, будет обновлено производство, поднимется зарплата, вырастут налоговые отчисления в бюджет. Т. е., если предприятие будет вести нормальную деятельность, долгосрочный эффект от этого будет значительно большим, чем один или два миллиарда, которые мы можем получить от этого краткосрочно.

Я очень хочу, чтобы хотя бы 1-2 объекта большой приватизации мы в этом году все-таки довели до логического завершения. Но ждем решения судов. Это ведь у нас независимая ветвь власти. А она запретила Минэкономики отдельно, Фонду госимущества отдельно что-либо делать, предпринимать какие-либо действия. Мы полностью сейчас остановлены. Поэтому сделать какие-либо прогнозы невозможно. Тем более, это пока решение только суда первой инстанции.

- Планируется ли выставлять в этом году новые объекты большой приватизации?

- в списке объектов, разрешенных к большой приватизации, сейчас 22 объекта. И практически все объекты, которые реалистично продать, уже выставлены – 12 объектов. Из этого списка пока не выставлены только компании, которые находятся в очень сложном финансовом положении, и мы не можем даже успешно провести конкурс советников (никто не берется их продать). А еще облэнерго, продавать которые сейчас, до решения ситуации с RАВ-тарифами, просто нет смысла, иначе это будет, наверное, наиболее неэффективная продажа со стороны государства. Ждем, пока НКРЭКУ определится с размером этих тарифов, после чего, наверное, цена этих объектов может очень существенно возрасти.

В Верховной Раде лежит законопроект о расширении перечня разрешенных к большой приватизации объектов. Когда он будет принят – да, появятся новые объекты, которые можно будет готовить к приватизации. Но сейчас на это сложно строить планы.

Читайте самые важные и интересные новости на наших страницах Facebook, Twitter, Telegram

Вы сейчас просматриваете новость " Почему застопорилась большая приватизация: интервью с Максимом Нефьодовым, часть 3". Другие Новости экономики смотрите в блоке "Последние новости"

АВТОР:

Александра Романюк

Источник:

Сегодня

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Орфографическая ошибка в тексте:
Послать сообщение об ошибке автору?
Сообщение должно содержать не более 250 символов
Выделите некорректный текст мышкой
Спасибо! Сообщение отправлено.
Загрузка...