укр
Главная Расследования
13 Ноября 2012, 15:11  Версия для печати  Отправить другу
×
Бывший опер УБОП Виктор Герасимов: "Главарь "оборотней" Гончаров предлагал мне заняться выбиванием долгов" http://www.segodnya.ua/img/article/3974/22_main.jpg http://www.segodnya.ua/img/article/3974/22_tn.jpg Расследования Стоявший у истоков разоблачения милицейской банды оперативник рассказал "Сегодня", почему первым заподозрил Игоря Гончарова, как ходил к нему с диктофоном и предложением "потрясти" кокаинового торговца и об операции "Снегири"
<p>Виктор Герасимов. Написал книгу о банде «оборотней» и их возможной связи с делом Гонгадзе</p>
Виктор Герасимов. Написал книгу о банде «оборотней» и их возможной связи с делом Гонгадзе

Бывший опер УБОП Виктор Герасимов: "Главарь "оборотней" Гончаров предлагал мне заняться выбиванием долгов"

Стоявший у истоков разоблачения милицейской банды оперативник рассказал "Сегодня", почему первым заподозрил Игоря Гончарова, как ходил к нему с диктофоном и предложением "потрясти" кокаинового торговца и об операции "Снегири"

Апелляционный суд столицы несколько месяцев назад огласил приговор "оборотням" — членам одной из самых известных в Украине банд, возглавляемой ныне покойным подполковником милиции Игорем Гончаровым (на счету банды, куда входили правоохранители и их пособники, 11 убийств, ряд похищений с целью вымогательства и других преступлений). А недавно на прилавках магазинов появилась документальная повесть экс-замначальника управления ГУБОП МВД Украины подполковника Виктора Герасимова "…Мы были перстом божьим". В этой книге бывший оперативник рассказал историю расследования дела банды и описал без прикрас современную систему органов внутренних дел. Он также попытался ответить на вопрос, который давно волнует общество: существует ли связь между милицейской преступной группировкой и исчезновением журналиста Георгия Гонгадзе?

— Виктор Петрович, если я не ошибаюсь, работу над книгой вы закончили давно. Почему она вышла в свет только сейчас и почему вообще вы решили опубликовать воспоминания?

— До окончания судебных слушаний и оглашения приговора я не имел права разглашать информацию о деле. Поэтому был вынужден ждать. Если помните, суд над членами группировки тянулся 7 лет. Отмечу, что делу этой банды я посвятил большой период своей жизни. И все это время в СМИ публиковалась недостоверная информация об обстоятельствах расследования, оперативно-следственной группе и членах самой преступной группировки. В основном, это происходило из-за того, что некоторые мои бывшие коллеги хотели заработать на этом резонансном деле дополнительные "звездочки на погоны" и поощрения. При этом имели лишь косвенное отношения к ликвидации преступной группы и расследованию. В результате я пришел к выводу, что обязан рассказать правду.

— Тогда давайте начнем с самого начала. Как появилось дело  "оборотней"?

— Изначально речь о банде не шла. Еще в 2000 году отдел по борьбе с бандитизмом столичного УБОП (в просторечье "бандитский отдел") проводил оперативные мероприятия по делу об исчезновении бизнесмена Михаила Гельфанда, который был похищен в ночь с 31 августа на 1 сентября того же года. Я тогда в отделе еще не работал. Но знаю, как развивались события. Сначала одному из оперов удалось получить информацию о том, что к похищению предпринимателя могут быть причастны жители Киевской области с криминальным прошлым. Затем в Броварах был задержан некий Радченко (его голос, по данным экспертизы, совпал с голосом похитителя, который на аудиозаписи требовал выкуп за освобождение предпринимателя). А также были установлены еще двое подозреваемых — Свердлов и Вознюк. Но Радченко отказался давать против них показания, и органы не смогли ничего им предъявить. В результате, воспользовавшись ситуацией, Свердлов и Вознюк покинули страну (последний, кстати, до сих пор находится в бегах). А Радченко предстал перед судом и получил в виде наказания более пяти лет лишения свободы. После чего оперативно-розыскное дело списали в архив.

— Получается, что дело о милицейской банде могло и не появиться?

— Если бы не простая случайность, так бы и было. Весной 2001 года я перешел в "бандитский отдел" из Печерской межрайонки УБОП  Киева. А спустя какое-то время всем сотрудникам велели прийти на субботник и убрать в своих кабинетах. Тогда-то я краем глаза и увидел, как один из оперов выносит из кабинета рулон ватмана. Поскольку на этом ватмане была изображена одна из схем связей подозреваемых (такие схемы делают, чтобы было проще анализировать накопленные материалы), я заинтересовался и попросил коллегу дать мне ее посмотреть.

— А к какому преступлению относилась эта схема?

— Как раз к делу о похищении Михаила Гельфанда. На схеме были телефонные переговоры Свердлова. Ведь тогда все думали, что именно он руководил похищением бизнесмена. А также там был номер мобильного телефона, который значился как не установленный. Но мне этот номер был знаком…

— Постойте! Вы, наверное, ранее работали в Радянской межрайонке УБОП  Киева вместе с Игорем Гончаровым, позже признанным главарем банды?

— Совершенно, верно. И номер своего мобильного телефона он мне дал лично.

— И вы сразу заподозрили своего бывшего коллегу?

— Нет, конечно. Но у меня появились смутные догадки. Поэтому я решил посмотреть еще и оперативно-розыскное дело. А в нем обнаружил фотографию подполковника милиции, замначальника отдела следственного управления столичного УМВД  Василия Гайдая, который фигурировал как "связь" Свердлова. И вот тогда я действительно задумался. Поскольку знал, что Гайдай дружит с Гончаровым и часто заглядывает к нему на работу. 

— Разве это повод для подозрений? Если я не ошибаюсь, Василия Гайдая пытались привлечь к ответственности по делу об исчезновении бизнесмена Гельфанда еще до вашего появления в отделе. Но так ничего и не добились…

— Верно, пытались. Даже обыск у него в квартире проводили! И ничего не нашли. Но дело в том, что было еще одно обстоятельство, которое заставило меня заподозрить Игоря Гончарова. Еще во времена совместной работы он не раз предлагал мне злоупотребить служебным положением и незаконно подзаработать. Проще говоря, выкрасть человека, который кому-то должен крупную сумму и "выбить" из него деньги. После чего отдать половину тому, кому он задолжал, а остальное оставить себе. Более того, Игорь намекал, что у него есть люди, которые могут вместе с нами провернуть подобное "дельце"… Кстати, результаты обыска у Василия Гайдая тоже вызывали сомнение. Опера, которые его проводили, жаловались мне, что подполковника кто-то предупредил. Мол, он открыто над ними издевался! Узнав об этом, я в шутку предположил, что в нашем отделе есть бандитский "источник". А позже выяснилось, что я оказался прав — один из сотрудников отдела действительно работал на Игоря Гончарова. Кроме того, у него еще была пара "доверенных лиц" в аппарате городского УБОП! Но к уголовной ответственности эти люди  не привлекались — просто ушли на пенсию.

— Вы доложили о незаконных предложениях Гончарова начальству в Радянском районе?

— А какой смысл в этом был в то время?! Общеизвестно, что с начала 90-х таким образом в милиции "зарабатывали" многие. И руководство об этом догадывалось. Почему закрывали глаза? А как иначе, если в то время зарплата у милиционеров была в эквиваленте от 15 до 20 долларов США?!

— А своему шефу в УБОП Сергею Хамуле о своих подозрениях в отношении Гончарова и Гайдая вы тоже не говорили?

— Как раз наоборот, практически сразу ему все рассказал. Похищения людей в то время происходили часто, и похитители всегда были на два шага впереди правоохранителей. Как будто знали, каким образом мы будем действовать. Так что уже тогда можно было предположить, что мы имеем дело с нашими коллегами.

— И как Сергей Хамула отреагировал?

— Не поверил. Слишком фантастической казалась ему моя версия. Тогда я предложил ему нарисовать еще одну схему, на которой были бы изображены телефонные переговоры Игоря Гончарова в момент исчезновения Гельфанда. Так мы и сделали. А схема показала, что преступлением руководил не Свердлов, а Гончаров.

— И этого было достаточно, чтобы завести оперативно-розыскное дело?

— Да. И назвал я его "Снегири" (у этих птичек грудка красная — словно милицейские петлицы образца СССР). Но на душе было неспокойно. Все-таки речь шла о коллеге. Тогда мы предприняли еще один шаг. Нацепив на себя диктофон, я отправился к Игорю Гончарову и рассказал ему легенду об одиноком наркоторговце с килограммом кокаина, чтобы посмотреть, как он будет реагировать. Не поверите, но результат превзошел все наши ожидания! Подполковник тут же решил, что нужно отобрать товар у "барыги" и выгодно его перепродать. Более того, начал разрабатывать план этой операции и давать мне инструкции…

— Наверное, после того как появилось ОРД "Снегири", создали и опергруппу по делу?

— Конечно. В нее входили я и мой напарник Игорь Прикладовский. А руководил нами Сергей Хамула. При этом в "бандитском отделе" о том, чем мы занимаемся, никто не знал.  Ведь для начала нам было необходимо установить все источники Игоря Гончарова в подразделениях киевского УБОП. От этого зависел успех оперативной разработки.

— О том, что было потом, уже много написано в СМИ — всего за год вам удалось задержать почти всех участников банды. А вы лично даже привезли из Москвы беглого Свердлова. Но о личности Игоря Гончарова почти ничего не известно. Расскажите о нем.

— Начну с того, что я перешел из Печерского розыска в 21-й межрайонный отдел Радянского района осенью 1996 года. В то время я был молодым капитаном. А Игорь Гончаров — подполковником и замначальника отдела. Он работал в УБОПе едва ли не со дня его основания и умел создавать вокруг себя особую ауру. Поэтому для меня (так же, впрочем, как и для других моих сверстников) являлся безусловным авторитетом. И лишь во время следствия я понял, с кем имел дело. Понимаете, Гончаров совершал преступления не только ради денег (хотя они, безусловно, имели для него огромное значение). Прежде всего, он стремился удовлетворить собственные амбиции и получить удовольствие о того, что может распоряжаться судьбами не только жертв, но и членов банды. Однажды (это было еще во времена нашей совместной работы) он спросил у меня о том, приходилось ли мне убивать? Я ответил — нет. И, представьте себе, он мне посочувствовал! Мол, ты не знаешь, какой это "кайф" — убивать: когда убиваешь — чувствуешь себя Богом! Уже во время следствия члены банды дали показания, что почти всех жертв Игорь Гончаров задушил лично…

— После задержания экс-подполковник сотрудничал со следствием?

— Нет. Он отрицал свою вину и морочил нам голову. Поэтому, в конце концов, мы перестали его допрашивать. Зачем, если на первом этапе со следствием сотрудничали другие члены банды?

Продолжение интервью читайте на segodnya.ua в ближайшее время: о том, как Гончаров пытался бежать из СИЗО , и о том, был ли он знаком с Алексеем Пукачем


×
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Автор: Золотухина Инна

Добавить комментарий:

Ваш комментарий (осталось символов: 1000)
Правила комментирования на сайте Сегодня.ua
Подписка: