1998  1999  2000  2001  2002  2003  2004  2005  2006 

Выпуск газета Сегодня №145 (1789) за 02.07.2004

ПАВЕЛ ЛАЗАРЕНКО: "АМЕРИКАНЦЫ НЕ МОГУТ СЕБЕ ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО В УКРАИНЕ ЕСТЬ СОСТОЯТЕЛЬНЫЕ ЛЮДИ"

Судьба -- дама изменчивая. Павел Лазаренко, возглавлявший украинское правительство с мая 1996 по июль 1997 года, смог убедиться на собственном опыте в непостоянстве ее предпочтений. Будучи одним из самых богатых и влиятельных людей нашей страны, он сейчас полностью утратил свои позиции на политическим Олимпе. После того, как покинул премьерский пост, Лазаренко перешел в оппозицию к действующей власти. Потом, в 1998 году, Павел Иванович был задержан в Швейцарии по обвинению в финансовых махинациях (за что впоследствии и был приговорен к 18 месяцам лишения свободы и штрафу около $7 млн).

После освобождения под залог из швейцарской тюрьмы он решил отыскать свое счастье за океаном. Но и тут его ждала неудача. В феврале 1999 года Лазаренко прибыл в нью-йоркский аэропорт с туристической визой в украинском дипломатическом паспорте и попросил политического убежища. Однако вместо политического убежища он был арестован и против него были выдвинуты обвинения в отмывании денег, коррупции и мошенничестве на общую сумму около $114 млн. Осенью, как ожидается, американская Фемида определит дальнейшую судьбу Павла Ивановича. В случае обвинительного приговора он, вероятно, лишится всего своего имущества. Однако сам Лазаренко, оптимист по натуре, верит в благоприятное развитие сложившейся ситуации. Свои аргументы по этому поводу он рассказал читателям "Сегодня".

-- Известно, что 3 июня жюри присяжных в Сан-Франциско (Калифорния, США) вынесли вердикт "виновен" по 29 пунктам обвинения. Как вы расцениваете, насколько обоснованными были действия присяжных, и собираетесь ли вы обжаловать их решение до даты возобновления судебного процесса, запланированного на 16 сентября?

П.Л. -- На самом деле, после того, как 7 мая судьей Мартином Дженкинсом большая часть обвинений была признана недоказанной, в уголовном деле фактически осталось лишь два эпизода, один из которых касается агрофирмы "Наукова", а второй -- свидетельских показаний бизнесмена Петра Кириченко. И все!

Представьте, дают показания 42 свидетеля как обвинения, так и защиты, и никто из них не подтверждает показаний Кириченко по так называемому "вымогательству". Более того, 22 человека на суде сказали совершенно противоположное...

Аналогично обстоят дела и с обвинениями, касающимися агрофирмы "Наукова". За два с половиной месяца судебных заседаний не было приведено ни одного доказательства даже косвенной причастности Лазаренко к деятельности этого предприятия. Таковых попросту не существует. Это не голословное заявление, а факт, подтверждающийся материалами уже закончившегося судебного разбирательства. В ситуации с агрофирмой "Наукова" наиболее печальным является то, что власти, ради фабрикации доказательств против Лазаренко, не побрезговали ни издевательством над людьми, ни уничтожением недавно процветающего сельхозпредприятия.

Учитывая беспрецедентность данного дела для американской юриспруденции, поскольку присяжным пришлось давать оценку документам и свидетельским показаниям не только в соответствии с нормами американского права, но и того законодательства Украины, которое было в 1992--1996 годах, судья много чем рисковал. И в первую очередь, тем, что рассматриваемый вопрос мог оказаться слишком сложным для принятия присяжными беспристрастного вердикта.

Я и мои адвокаты были готовы к тому, что присяжные, руководствуясь не детальным анализом доказательств, а лишь эмоциями, примут обвинительный вердикт. Еще в мае в интервью украинским и зарубежным изданиям я не раз говорил, что готов отстаивать правоту на апелляционном уровне, поскольку у меня есть неоспоримые доказательства своей невиновности.

Но сегодня еще рано говорить об обжаловании решения суда. На данный момент есть лишь вердикт присяжных, но нет самого решения суда. Его еще должен вынести судья Мартин Дженкинс. А это произойдет после 16 сентября, когда суд продолжит разбирательство по моему делу и рассмотрит все, накопившиеся в течении трех месяцев, вопросы.

Прежде всего будет новый motion (рассмотрение аргументов защиты и обвинения) по Правилу 29. Согласно этому правилу судья может снять и те пункты обвинения, по которым жюри уже вынесло свое эмоциональное решение. Мои защитники рассчитывают на то, что в процессе вынесения решения судья сам отбросит многие пункты как необоснованные. Ведь вердикт присяжных -- это лишь предоставление судье права для вынесения обвиняемому конкретного наказания. Будет ли судья наказывать человека, если для этого нет достаточных улик?

Я хорошо изучил юридическую систему США и понимаю, что судья снимет лишь часть из оставшихся обвинений. И вот только после этого мы обжалуем решение в Апелляционном суде девятого судебного округа. В любом случае моя команда готова идти до конца ради доказательства моей полной невиновности перед законами Украины и Соединенных Штатов Америки.

-- И все же в Украине среди представителей оппозиции было немало людей, которые надеялись на оправдательный вердикт и даже просчитывали варианты возможного вашего возвращения в украинскую политику…

П.Л. -- Лично у меня не было особых иллюзий насчет возможности вынесения оправдательного вердикта. И совсем не по причине наличия у стороны обвинения каких-то веских доказательств моей виновности. Дело в том, что рядовой американский обыватель, а присяжные избираются именно из этой категории граждан, сегодня все еще живет в плену общественных стереотипов. Здесь если ты украинец, русский, поляк, или представитель другой пост-коммунистической страны и против тебя выдвинуты обвинения от имени правительства США, то рядовой американец обязательно займет сторону государства, особенно, если вопрос касается финансовой сферы.

Американец не может себе представить, что в Украине есть состоятельные люди, способные за легально заработанные деньги приватизировать такой гигант промышленности, как "Криворожсталь", что здесь активно развивается средний класс, а по числу миллионеров государство является едва ли не лидером среди стран Центральной и Восточной Европы. Он воспринимает мир, руководствуясь голливудским стереотипом о "русской мафии", с которой якобы ведет усиленную борьбу правительство США. А ведь эпоха "новых русских (украинцев, поляков)" закончилась где-то к середине 90-х годов прошлого века.

Но чтобы понимание этого утвердилось в массовом сознании американцев, необходимо 10, 20, 100, 1000 прецедентов! То же и касается судебной практики. Судебный процесс против меня -- это первый прецедент в США. А чтобы общество хотя бы усомнилось в правоте обвинений прокуратуры должно произойти хотя бы полсотни похожих процессов. Но все же я уверен, что нам удастся преодолеть эту инерцию стереотипного мышления и добиться справедливости.

А что касается моего возвращения в украинскую политику, то могу с полной уверенностью заявить: я из нее и не выходил!..

-- Связываете ли вы свое возможное возвращение в Украину с победой какого-то конкретного кандидата от оппозиции на президентских выборах?

П.Л. -- Для меня важны не персоналии, а победа демократии в Украине. Для меня важно, чтобы к власти пришли люди, которые не станут преследовать своих оппонентов за их политические убеждения, которые не будут рассматривать свое положение исключительно как инструмент самообогащения. И я считаю, что такие люди есть в нынешней демократической среде.

-- Со многими участниками нынешней избирательной кампании вы проработали в структурах исполнительной и законодательной власти. Насколько изменилось за эти годы ваше к ним отношение?

П.Л. -- Я бы не сказал, что за годы, проведенные далеко от родной земли у меня хоть как-то изменилось отношение к Александру Морозу, Юлии Тимошенко, или Виктору Ющенко. Относительно потенциального претендента на президентский пост от власти Виктора Януковича, то я сказал бы следующее. Я не знаю, для чего нагнетается тема судимостей Виктора Федоровича в подростковом возрасте. Возможно, это часть провокации его оппонентов в структурах нынешней власти. Я же знаю В. Януковича как крепкого хозяйственника, способного пойти на жесткие меры, если того требуют обстоятельства. Именно за эти его качества, возглавляемое мною правительство и рекомендовало Президенту назначить Виктора Федоровича руководителем Донецкой облгосадминистрации. Помню, я даже лично представлял его активу области. Сегодня мне во многом импонируют действия премьера, особенно в направлении большей прозрачности экономики. Согласитесь, ведь не каждый решится на такой смелый шаг, чтобы в год президентских выборов пойти против воли Банковой и увеличить расходную часть бюджета на 8 миллиардов гривен!

Есть, конечно, у возглавляемого им Кабинета министров определенные сложности, даже несмотря на рост экономических показателей. Но это не проблема Виктора Януковича, а системы функционирования нынешней парламентско-президентской коалиции, отдельные представители которой порой преследуют взаимоисключающие интересы.
Скажу откровенно: при нынешней системе любой премьер не может быть самостоятельным политическим игроком. И так будет до тех пор, пока мы на конституционном уровне не изменим положение дел.

Поэтому, когда в Украине в прошлом году возникла идея конституционной реформы, я заявил, что считал и считаю ее не только перспективной, но и необходимой. Это была бы гарантия сохранения демократического пути развития государства вне зависимости от того, кто завтра будет Президентом.

Сегодня есть только один универсальный вариант эффективного проведения политреформы: провести (или хотя бы начать ее проведение) до президентских выборов, но вводить в действие ее положения только после очередных парламентских выборов. Ведь тогда люди бы точно знали, какой политической силе, и какие полномочия доверяют.

Хотя, в отличие от многих представителей нынешней демократической оппозиции, я считаю, что проголосованный 23 июня в первом чтении вариант политической реформы после внесения в него ряда изменений и дополнений имеет полное право на жизнь и может уже осенью быть проголосован не 300-ми, а 400-ми голосами. Для этого отдельным политикам нужно абстрагироваться от сиюминутных политических интересов и подумать о завтрашнем дне. Ведь власть никому не дается навечно. И если сегодня ты у власти, то думай о том, каковой будет завтра твоя жизнь в оппозиции, не станешь ли ты сам жертвой вседозволенности одного человека?

-- И последнее. В Украине мало известно о вашем пребывании за океаном. Где живете, чем занимаетесь, читаете ли украинскую прессу?

П.Л. -- Пока продолжается процесс, я вынужден жить в арендованной квартире, месторасположение которой определено судом. Большую часть времени приходится отдавать работе, ведь впереди новые судебные заседания и длительный процесс достижения справедливости. Но это не мешает мне быть в курсе всех событий, происходящих в Украине. Я регулярно получаю аналитические доклады, подготовленные аппаратом партии "Громада", читаю все ведущие украинские интернет-издания, некоторые газеты. В последнее время все чаще просматриваю резонансные телепередачи. Так что, можно считать, я довольно активно отслеживаю политическую жизнь Украины и все самые важные события.


ДОСЬЕ

Павел Иванович Лазаренко родился 23 января 1953 года в небольшом селе Карповка Днепропетровской области в семье садовода. Трудовую деятельность, если верить его американским адвокатам, начинал в родном селе помощником комбайнера, а потом шофером. В 1978 году закончил Днепропетровский сельскохозяйственный институт. Занимался и научной деятельностью -- в 1996 году защитил докторскую по экономике.

После окончания института Лазаренко прошел путь от агронома колхоза им.Калинина (Новомосковский район Днепропетровской области) до председателя Днепропетровского облсовета (в1990 году).

Распад Союза не прервал его карьерный рост: с марта 1992 года он -- представитель президента Украины в Днепропетровской области. В июне 1994 г. избран председателем Днепропетровской областной рады, одновременно избран народным депутатом Украины.

Далее карьера Лазаренко вышла на национальный уровень. С сентября 1995 г. - он первый вице-премьер, а с мая 1996 года -- премьер-министр Украины. Период премьерства Лазаренко запомнился введением национальной денежной единицы -- гривни. В сфере же бизнеса у премьера были достижения несколько иного рода -- под патронатом Павла Ивановича ведомая Юлией Тимошенко корпорация "Единые энергосистемы Украины" фактически монополизировала поставки газа на большинство крупных промпредприятий страны и постепенно, опутывая бартерными цепочками, ставила их деятельность под свой контроль. Это не понравилось всем прочим молодым украинским капиталистам, которые общими усилиями сначала поспособствовали отставке Лазаренко с поста премьера (летом 1997 года), а затем отобрали и поделили между собой бизнес ЕЭСУ.

При таких раскладах Лазаренко быстро стал видным оппозиционным политиком и вместе с Юлией Тимошенко возглавил Всеукраинское объединение "Громада". На выборах 1998 года в парламент "Громада" преодолела 4% барьер (в основном за счет голосов Днепропетровской области) и экс-премьер стал депутатом, продолжив активную борьбу с "режимом". "Режим" ему отвечал тем же. Одновременно финансовыми делами Лазаренко заинтересовались и на Западе. В 1998 году Лазаренко был задержан в Швейцарии по обвинению в финансовых махинациях. После освобождения под залог из швейцарской тюрьмы он вернулся в Киев. 9 февраля 1999 г. Генпрокурор Украины потребовал от Верховной Рады лишить Лазаренко парламентской неприкосновенности. 15 февраля он покинул страну (по словам депутатов от "Громады", уехал на лечение в Грецию), а 17 февраля 310 депутатов из 450 проголосовали за лишение Лазаренко депутатской неприкосновенности и дали согласие на его арест. С Лазаренко рассталась и его ближайший соратник -- Юлия Тимошенко, создав тогда вполне лояльную Леониду Кучме фракцию "Батькивщина".

В 1999 году Павел Иванович решил получить политическое убежище в США, но в аэропарту Джона Кеннеди его арестовали и обвинили в финансовых махинациях. Летом 2001 года в суде Сан-Франциско начались слушания по этому делу. Уже этой осенью, как ожидается, председательствующий судья огласит приговор Лазаренко.

В Украине же против Лазаренко выдвигаются куда более тяжкие обвинения. Генпрокуратура обвинила его в причастности к организации резонансных заказных убийств, в частности -- Евгения Щербаня и Вадима Гетьмана. Не так давно Генеральный прокурор Украины Геннадий Васильев, отвечая на вопрос о том, что будет с Павлом Ивановичем, если у него появится желание вернуться в Украину, ответил, что все обвинения остаются в силе и экс-премьера ждет СИЗО.

Лазаренко женат. Воспитывает сына и двух дочерей. Жена -- Тамара Ивановна, родилась 20 апреля 1954 года. По профессии -- экономист.