укр
Сергей Корсунский
Остров благоденствия
Главная Мировые новости
25 Июня 2010, 07:46  Версия для печати  Отправить другу
×
Пороховая бочка Кавказа http://www.segodnya.ua/img/article/2028/58_main.jpg http://www.segodnya.ua/img/article/2028/58_tn.jpg Мир Наш корреспондент побывал в Дагестане — республике, где убивают каждый день, а 30% жителей сочувствуют ваххабитам и хотят жить в России по законам шариата
Главная мечеть Махачкалы. Во время пятничного намаза сюда приходит весь город
Главная мечеть Махачкалы. Во время пятничного намаза сюда приходит весь город

Пороховая бочка Кавказа

Наш корреспондент побывал в Дагестане — республике, где убивают каждый день, а 30% жителей сочувствуют ваххабитам и хотят жить в России по законам шариата

Читайте первую часть нашего репортажа: Кавказ в кулаке у Рамзана Кадырова

На первый взгляд, от приграничного чеченского села Галайти (Ножай-Юртовский район) до дагестанского поселка Гамиях (Хасавьюрт) рукой подать — меньше 20 км. Но узкая грунтовка пролегает через лес, и быстро по ней не поедешь. В 1999 году по этому же маршруту вели свои отряды из Чечни в Дагестан полевой командир Шамиль Басаев и его соратник иорданец Хатабб.

Смотрите ФОТО ИЗ ЧЕЧНИ И ДАГЕСТАНА

— Религиозные фанатики хотели завоевать Дагестан и рассчитывали на поддержку местного населения, — рассказал мне бывший высокопоставленный работник прокуратуры республики. — Ведь еще в 1998 году граничащие с Чечней села стали ваххабитскими. Но план не сработал. Еще до того, как подоспели федералы, жители других сел оказали им сопротивление. Вышли против боевиков с берданками. Оружием, которое хранилось у них в домах со времен русско-турецкой войны! А потом вместе с российскими военными прогнали их в Чечню.

Тогда всем казалось, что больше фанатики сюда не вернутся. Но... Сейчас в Дагестане происходит один теракт за другим. Именно отсюда вышли смертницы, взорвавшие весной московское метро. И даже в официальных интервью представители власти говорят: ваххабитам сочувствует 30% населения. По сути, сегодня Дагестан является пороховой бочкой России.

Бедность. Многие семьи Дагестана живут впроголодь

СТРАХ. Разница между ухоженной и вымытой до блеска Чечней и Дагестаном чувствуется сразу при въезде в Хасавьюрт. Город-рынок (так как в Чечне нет таможни, весь импортный товаропоток идет через Дагестан; Хасавьюрт — это главная перевалочная база) встретил нас шумом машин и визгливыми голосами нищих. Практически все женщины здесь носят хиджабы. А мужчины пять раз в день бросают все свои дела, чтобы вознести молитву Богу.

— Сейчас я покажу тебе, что творится около центральной мечети, — говорит мой приятель из Чечни, который согласился отвезти меня в Дагестан. — Не поверишь, весь город там!

Действительно. Такое количество людей в украинских православных храмах можно увидеть разве что на Пасху. Как говорят местные, большинство людей просто боятся боевиков и доказывают, что они не кафиры (иноверцы).

— Рамзан Кадыров выгнал ваххабитов из Чечни, и теперь большинство из них находятся у нас, — рассказал мне уже в Махачкале один из сотрудников местной милиции. — Боевики скрываются в лесах. А их лидеры совершенно спокойно проживают в селах и городах. Сами они преступления почти не совершают, поэтому привлечь их к ответственности сложно. Но проводят с населением идеологическую работу, сеют радикальные настроения в обществе и вербуют молодежь.

Столица Дагестана. Махачкала не безопасный город

Уже в столице Дагестана Махачкале я зашла в один из универмагов. А вслед за мной в магазин вбежала юная (явно русская!) девушка в джинсах. Промчавшись мимо меня, она скользнула в примерочную кабинку. А вышла оттуда уже в хиджабе.

— Все дело в том, что родители не разрешают мне носить хиджаб, — поясняет она. — Мол, мы русские и должны выглядеть как русские. Но если я буду разгуливать в европейской одежде по городу, меня будут оскорблять. Большинство местных парней уверены: если я здесь живу, значит должна соблюдать местные традиции!

Многие русские сейчас уезжают из Дагестана. И не только русские.

— У меня подрастают две дочери, — рассказывает 40-летний инженер Рустам. — Я хочу, чтобы они были счастливы. Но здесь у них путь один — замужество и хиджаб. Поэтому мы с женой решили переехать в Краснодар. Там у нас родственники. Конечно, если бы не бесконечные теракты, мы бы еще подумали: уезжать или нет. Но в Махачкале сейчас жить попросту опасно!

В каждом номере популярного еженедельника республики "Черновик" регулярно выходит колонка о преступлениях, которые совершают террористы. В неделю не меньше 5—6 убийств! Как правило, они охотятся на госчиновников, религиозных деятелей, правоохранителей, бизнесменов и журналистов. Но часто в зону их действий попадают и случайные прохожие. Кстати, только за то время, что я находилась в Махачкале, было совершено два нападения на милиционеров. Почему Дагестан стал горячей точкой?

ПРИЧИНЫ. Официальные власти говорят о религиозном фанатизме ваххабитов. "У боевиков имеются отличные психологи, которые с помощью прекрасного знания законов ислама попросту зомбируют людей", — сказал нам один из членов дагестанского правительства. Но практически все, в том числе и власти, признают, что первоосновой все-таки является экономика. Во время первой и второй чеченских войн Дагестан оказался в блокаде — железная дорога шла через Чечню. И большинство из них стали банкротами. Еще одной статьей дохода страны гор, при СССР был туризм. Природа здесь чудесная! Но кто же поедет отдыхать туда, где промышляют боевики? В результате, республика стала дотационной. А местные жители выживают за счет торговли. Конечно, здесь есть маленькие частные мастерские, в которых, например, делают знаменитую лакскую обувь, но они ситуацию не спасают.

Президент. На Магомедсалама Магомедова все возлагают надежды

— Средний уровень зарплаты у нас — 9 тысяч рублей (300 долларов, выше, кстати, чем в Украине. — Авт.), — говорит в интервью "Сегодня" президент Республики Дагестан Магомедсалам Магомедов. — Но надо быть реалистами. В Дагестане население не живет на заработную плату. Наши люди очень предприимчивые, активные и трудолюбивые. Стараются построить дом и держать семью в достатке. Поэтому зарабатывают в теневой экономике. Я, конечно, не имею в виду преступные доходы. Например, продажу оружия или наркотиков. Речь идет о том, что народ имеет заработки, которые нельзя подвергнуть учету. Например, в торговле.

Но многие дагестанцы вообще не имеют работы. Другие целыми семьями (а они здесь многодетные!) месяц живут на полученные случайными заработками 150—200 долларов.

— Все это и приводит к тому, что молодые люди из сел легко соглашаются на предложения ваххабитов уйти в лес и стать боевиком! — продолжает мой собеседник из милиции Дагестана. — Один раз они ему предложат отвезти им продукты и заплатят за это. Второй раз. А на третий скажут: у нас есть твоя фотография. Если ты не согласишься к нам присоединиться, мы выставим ее в интернет на наш сайт, и тебя посадят. А если станешь одним из нас, будешь получать деньги (по некоторым сведениям, рядовым боевикам платят до 400 долларов в месяц) и поможешь своей семье выжить!

По словам местных высокопоставленных чиновников, по сравнению с Чечней, Дагестан получает гораздо меньше средств из федерального бюджета. Хотя увеличение дотаций могло бы помочь спасти ситуацию. Видно авторитет у Кадырова в Москве куда больший, чем у руководителей Дагестана.

КОРРУПЦИЯ. Вторая причина распространения ваххабизма — банальная коррупция. Основные доходы "лесные люди" получают не от загадочных зарубежных инвесторов (хотя и это не исключено), а от рэкета чиновников-мздоимцев! Последние платят за то, что ваххабиты не мешают им брать взятки. А также "решают вопросы" с правоохранителями, если те начинают копать под ваххабитов. Решают же "вопрос" известно как — расстреливают и взрывают.

— У нас невероятно развита клановая система, — говорит один из чиновников Дагестана, просивший не называть его фамилию в газете. — Если один человек из рода выбился в начальники, значит приведет за собой во власть всю свою родню.

— Ваххабиты просто подбрасывают своим жертвам флешку с изображением человека в черной маске, который называет сумму отката, — рассказывает оперативник из милиции Дагестана. — Если не заплатишь — будут проблемы. Например, один очень богатый человек год назад отдал им 30 тысяч долларов. А когда ему снова подбросили флешку, отказался платить. Вскоре "лесные люди" украли его 20-летнего сына, который всегда ездил с охраной! И таких случаев у нас много.

— Проблема коррупции актуальна на всем Кавказе, — отмечает первый вице-премьер Дагестана Ризван Курбанов. — Но у нас она достигла ужасающих маштабов!

Жертвами рэкета ваххабитов становятся и бизнесмены. Причем, большинство из них с этим давно смирились. И даже не пытаются защищать свои права.

БЕСПРЕДЕЛ. Третья беда Дагестана — беспредел правоохранителей.

— Наша милиция не тратит время на то, чтобы получить разрешение на обыск дома или арест человека, которого подозревают в связях с ваххабитами, — говорит глава правозащитной организации "Матери Дагестана" Светлана Исаева. — Они просто вламываются в жилища, хватают людей и увозят. А потом мы с огромным трудом находим их в одном из РОВД. Причем, избитых и покалеченных.

При этом, по данным правозащитников, часто-густо жертвами милиционеров становятся молодые парни, которые просто были знакомы с теми, кто ушел в лес. Либо неагрессивные сторонники ваххабитского течения ислама (последователей этого учения еще называют салафитами). Или же родственники боевиков.

— В нашей республике действует закон о ваххабизме, который позволяет милиции привлекать к ответственности всех без разбора, — объясняет Светлана Исаева. — Я считаю этот закон неконституционным. Потому что сама по себе вера в Бога не несет зла. Например, в Саудовской Аравии ваххабизм является государственной религией. Другое дело — религиозные фанатики, которые мучают нас терактами. Но это уже совсем другая история.

Почему милиция беспредельничает? Во-первых, для отчета перед начальством. Во-вторых, чтобы склонить задержанных к сотрудничеству. Мол, стань нашим агентом, завербуйся в ваххабиты и помоги нам их задержать. А если человек отказывается, угрожают ему убийством.

— У меня в семье произошла такая же история, — говорит Светлана Исаева. — Три года назад пропал мой 25-летний сын Иса. Просто ушел из дома и не вернулся. Он не был салафитом. Но у него были знакомые из их числа. Поэтому его неоднократно пытались завербовать в милиции. Что случилось с сыном, жив ли он, я не знаю. Поэтому многие мужчины (и даже женщины!) вынуждены уходить в лес. Хотя и не собирались.

ВЛИЯТЕЛЬНЫЙ РОД. В феврале в республике пришла к власти новая команда. По представлению президента Дмитрия Медведева Народное Собрание Дагестана утвердило на пост президента Магомедсалама Магомедова. Он сын экс-главы республики Магомедали Магомедова. В разговоре с нашим корреспондентом он признал наличие больших проблем в республике.

— Мы понимаем, что салафит далеко не всегда является экстремистом, — говорит президент. — Поэтому будем решать вопрос об отмене закона о ваххабизме. Нам также ясно, что мы не сможем победить террористов, если не справимся с коррупцией и не решим экономические проблемы. Поэтому сейчас наша команда формирует новую стратегию.

В Москве же надеются, что новый лидер республики подключит свои родовые связи.

— Дагестан очень сложный межэтнический регион, — говорит депутат российской Госдумы Андрей Воробьев. — Поэтому главное здесь — сбалансировать интересы всех народностей. Думаю, Магомедсалам Магомедов, будучи представителем очень влиятельного рода, должен справиться с этой задачей.

ИМПЕРИЯ ШАРИАТА

Официальным руководителем боевиков на всем Кавказе считается Доку Умаров. До 2007 года он назывался "президентом Чеченской республики Ичкерия", но затем он эту "республику" упразднил и объявил о создании "Кавказского эмирата" во главе с собой. Подчеркнув тем самым, что его цель уже не только и не столько независимость Чечни, сколько создание исламского государства, основанного на законах шариата. В состав этой империи должен быть включен весь Северный Кавказ и даже Поволжье. Большинство боевиков на Кавказе ныне являются ваххабитами (течение в исламе, в Дагестане их еще называют салафитами). Они декларируют свою солидарность с исламистами во всем мире (в том числе и с теми, кто воюет с США и с Израилем). Вчера США официально признали Доку Умарова международным террористом.

"МЫ БЫ ХОТЕЛИ, ЧТОБЫ ДЕВОЧКИ НЕ ПЕЛИ"

Гульнара. Говорит о требованиях "лесных людей"

"Сегодня" повстречалась с 43-летней Гульнарой Рустамовой. По данным правоохранителей, ее младший брат Рустам Рустамов был ваххабитом и подозревался в расправе над сотрудником милиции. Рустама убили в ноябре 2008 года во время спецоперации. Сама же Гульнара утверждает, что Рустам никого не убивал. А в лес ушел из-за того, что его прессовали милиционеры, поскольку муж их с Гульнарой родной сестры Динары был ныне убитый боевик Расул Макашарипов. Сама Гульнара Рустамова свою связь с сепаратистами категорически отрицает (хотя, как там на самом деле, мы, естественно не знаем).

"Главная беда Дагестана заключается в том, что здесь нарушаются права представителей салафитского течения ислама", — считает она и добавляет, что на самом деле большинство "лесных людей" не мечтают о создании независимого государства на территории Дагестана либо шариатской империи от Кавказа до Поволжья.

— Нам будет нормально, если власти разрешат наши школы и литературу, — утверждает женщина. — Позволят девочкам ходить на учебу в хиджабах. А также не будут заставлять их учиться с мальчиками, сидеть с ними за одной партой. Кроме того, мы бы хотели, чтоб на уроках рисования детей не заставляли рисовать людей (по законам ислама это запрещено. — Авт.). А на уроках музыки девочки не пели бы. Это запрещает шариат, поскольку голос девушки возбуждает мужчин.

Как утверждает Гульнара Рустамова, распространению радикального ваххабитского движения способствуют военные и правоохранители. Мол, они приторговывают оружием и лично заинтересованы в том, чтобы война на Северном Кавказе не заканчивалась.

— Успешные спецоперации позволяют им расти по карьерной лестнице, — говорит женщина. — А также хорошо зарабатывать. Рядовой милиционер получает за участие в спецоперации около 18 тысяч рублей в час (600 долларов). Но с приходом нового президента Дагестана и его команды у нас появилась надежда. Магомедсалам Магомедов — мудрый человек. Думаю, он сможет решить наш больной вопрос.

ЧТО БУДЕТ С ДАГЕСТАНОМ

Пока Россия имеет на Кавказе лишь один относительно успешный пример решения проблем терроризма — Чечня, где жесткими методами навел порядок Рамзан Кадыров. Сейчас подобный процесс идет и в Ингушетии — второй после Дагестана проблемной республике Северного Кавказа, где ситуация была серьезно запущена за последние несколько лет. Полтора года назад президентом республики по предложению президента Дмитрия Медведева стал офицер-десантник Юнус-бек Евкуров (в 1999 году именно он командовал знаменитым броском российских солдат на аэродром в Косово). Евкуров считается человеком более гибким, чем Рамзан. Старается действовать не только силой, но и путем убеждения и переговоров. Ситуация в Ингушетии все еще тяжелая, но подвижки к лучшему уже имеются.

На этом фоне Дагестан выглядит действительно самым "больным" местом Кавказа. Конечно, ситуация тут еще не столь запущенная, как в Чечне при Дудаеве в начале 90-х. Все-таки федеральный центр хоть как то, но контролирует территорию, у боевиков нет своей армии, они сидят в подполье, осуществляя диверсионные вылазки. Большинство дагестанцев совсем не хочет воевать за идеи ислама или отделение от России.

Им хочется просто спокойно жить.

Поэтому главная проблема — это не столько ваххабиты, сколько тотальный бардак и коррупция в управлении республикой. А также слабая экономика. Последнюю проблему теоретически решить можно. Поток нефтедолларов не иссякает, и потому, при желании, Москва может вылить на Дагестан золотой дождь не меньшей плотности, чем сейчас выливает на Чечню.

А вот с бардаком и с коррупцией все гораздо хуже. Дагестан — более сложный организм, чем Чечня или Ингушетия. В Дагестане проживает почти 30 народностей. Но в новой команде, которая сейчас пришла к власти в Махачкале, считают, что справятся с проблемами не хуже Кадырова.

— Дагестан — многонациональная республика, и на первый взгляд кажется, что "кадыровская" схема решения вопроса ваххабизма у нас не пройдет, — говорит чиновник. — Но мы так не думаем. Нашей республике нужен жесткий кулак. Но кулак, который умеет со всеми находить общий язык.

Станет ли таким кулаком Магомедсалам Магомедов, пока непонятно. Но ясно одно — наводить порядок нужно быстро. Иначе ситуация очень скоро выйдет из-под контроля.


×
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Автор: Золотухина Инна
Тэги: мир
Вы сейчас просматриваете новость "Пороховая бочка Кавказа". Другие Мировые новости смотрите в блоке "Последние новости"

Добавить комментарий:

Ваш комментарий (осталось символов: 1000)
Правила комментирования на сайте Сегодня.ua
Подписка: