укр
Віталій Квітка
Свято імені нас
Главная Последние новости Украины
10 Августа 2007, 07:00  Версия для печати  Отправить другу
×
Наш космонавт первым освоил орбитальную станцию "Салют", которая имела на своем борту авиационную пушку http://www.segodnya.ua/img/article/661/16_main.jpg http://www.segodnya.ua/img/article/661/16_tn.jpg Украина Один ее залп перерезал пополам 200-литровую металлическую бочку.
Фото из архива Г.Пономарева
Фото из архива Г.Пономарева

Наш космонавт первым освоил орбитальную станцию "Салют", которая имела на своем борту авиационную пушку

Один ее залп перерезал пополам 200-литровую металлическую бочку.

Двенадцатого августа исполняется 45 лет с начала первого в мире группового пилотируемого космического полета: советских кораблей "Восток-3" (командир Андриан Николаев) и "Восток-4" (командир Павел Попович), о котором с восхищением писала пресса всего мира. Спустя 12 лет, в 1974-м, Попович снова побывал в космосе, совершив с Юрием Артюхиным длительный, по тем временам, 16-суточный полет на орбитальной станции "Салют-3". Но мало кто знает, что под именем мирного гражданского "Салюта" скрывалась военная орбитальная станция "Алмаз", предназначенная для сбора секретной информации прежде всего о военной мощи Соединенных Штатов. Последнее не противоречило международному космическому праву, ибо по нему границы государства распространяются на высоту не более 100 км, а станция летала намного выше.

ПРОФИЛЬ:

Имя:Павел Попович
Родился: 5 октября 1929 г. в
г. Узин Киевская обл.
(Украина)
Сын крестьянина, техник-строитель, военный летчик, летчик-космонавт, два полета в космос (1962 и 1974 гг.), дважды Герой Советского Союза, генерал-майор. А еще – заслуженный мастер спорта СССР и просто душа-человек, певец с хорошим голосом, прекрасный рассказчик с изумительным чувством юмора. Так в нескольких словах можно описать космонавта №4 и первого украинца, побывавшего за пределами Земли. В группе первых кандидатов в космонавты он был старшим, товарищи величали Павла Романовича "добрый человек из Звездного" за хлебосольство и гостеприимность. Его именем названы горный хребет в Антарктиде и малая планета в космосе.

ПУШКА ПОД "БРЮХОМ"

Впервые в истории космический корабль был вооружен – снаружи под его "брюхом" установили модифицированную автоматическую авиационную пушку НР-23 калибра 23 мм. Наводилась она на цель поворотом станции. Испытание оружия в открытом космосе прошло успешно: выпущенная в белый свет, как в копейку, очередь положила начало милитаризации Вселенной землянами.

Ведь для уничтожения космической станции надо совсем немного: даже одна-две пробоины в корпусе разгерметизируют корабль и смерть его экипажа после этого – дело времени. А во время наземных испытаний на дальности стрельбы более 1 км залп из пушки перерезал пополам 200-литровую металлическую бочку.

Впоследствии более совершенную военную станцию "Алмаз-3" (в СМИ – "Салют-5") собирались вооружить ракетами "космос-космос", имевшими дальность стрельбы – более 100 км. Это намного больше, чем у космической пушки, стрелявшей всего на 3 км. Но передумали, ведь атаковать кого-либо "Алмаз" не мог – какой смысл использовать вместо космического истребителя огромную пилотируемую станцию массой около 20 т? Основная задача оружия – уничтожение военных спутников-инспекторов, способных сводить с орбиты интересующие объекты с последующей их посадкой и спутников-перехватчиков, могущих уничтожить станцию, например, с помощью небольшого ядерного взрыва. А когда у американцев не получилось создать такие спутники, от установки пушек и ракет на военные станции отказались.

"КОСМИЧЕСКИЕ "НЕГРЫ"

Но у "Алмаза" осталось главное оружие – 14 фотоаппаратов, в том числе и длиннофокусный, с диаметром линзы 2 м, способный не только рассмотреть, например, бортовые номера самолетов, стоящих на палубе авианосцев США, но и подробно фотографировать местность. Радиолокаторы и другие приборы, установленные на "Алмазе", зондировали ее, снимая электронную карту. При наложении друг на друга особым способом оптического и электронного изображений одной и той же местности получалось ее цифровое изображение, понятное, например, вычислительной машине крылатой ракеты, идущей на цель. Именно их обслуживанием: наведением в нужную точку, зарядкой пленки и ее проявкой в основном занимались Попович с Артюхиным на "Салюте-3" и другие экипажи на более совершенном "Салюте-5". Работали в прямом смысле слова, без сна и отдыха – этакие "космические негры". Ведь постоянно требовалось то заснять какой -то важный объект НАТО, то проявить пленки, то перезарядить камеры.

В конце полета отснятые пленки в специальной капсуле были сброшены на землю в одном из пустынных районов Казахстана. Причем одновременно отрабатывалась и другая задача: ведь вместо 360-килограммовой капсулы можно было бы сбросить и атомную бомбу. Кстати, всех поразила точность сброса капсулы – она практически не отклонилась от заданного места приземления. Увы, более чем двухнедельная работа на износ серьезно подорвала здоровье 44-летнего Павла Поповича и больше в космос его не пустили. Впрочем, как и Юрия Артюхина, скончавшегося в 1998 году. Конечно, обо всем этом не писали газеты.
С развитием беспилотных средств пилотируемая разведка из космоса во многом утратила свое значение, проект закрыли. Лишь после смерти в 1984 г. министра обороны СССР Устинова, не переносившего конструктора "Алмазов" Владимира Челомея, удалось запустить беспилотный "Алмаз" – теперь это был спутник радиолокационной разведки.

ТРИ "АЛМАЗА"

Всего в СССР было запущено три военные космические станции "Алмаз". Первую назвали для СМИ "Салют-2" – ее судьба оказалась неудачной: через несколько суток полета станция саморазрушилась в космосе, а обломки сгорели в атмосфере. Вторая – "Салют-3" – просуществовала полгода, занимаясь сбором разведанных. Третья именовалась "Салют-5" и отработала в космосе три года и 40 дней, сменилось 2 экипажа. Именно на ней собирались установить две ракеты "космос-космос".

УКРАИНСКО-ЧУВАШСКАЯ ДРУЖБА НА ОРБИТЕ

Когда в мае 1959 года в СССР начали формировать первый отряд космонавтов, из почти 3500 летчиков первоначально отобрали 347 молодых офицеров в звании от лейтенанта до капитана, ведь предельный возраст для кандидатов был 35 лет. Все комисси прошли 20 человек, которых и зачислили в созданный Центр подготовки космонавтов 7 марта 1959 года. Отряд разделили на две части – ударную шестерку, показавшую самые высокие результаты и вторую группу из 14 человек. В шестерку вошли: Юрий Гагарин, Герман Титов, Григорий Нелюбов, Валерий Быковский, Андриан Николаев и Павел Попович. Впрочем, это еще не значило, что именно они и полетят в космос – Нелюбов так и не полетел вовсе, возможно потому, что имел жесткий независимый характер, не лебезил перед начальством и позволял себе "маленькие слабости".

Конкуренция за право стать первым была жесточайшая, причем не последнюю роль играли не только успехи в обучении, но и другие факторы: так называемые "политические соображения", благосклонность начальства, внешняя привлекательность (вспомним знаменитую гагаринскую улыбку) и даже национальность. Четверо в отряде были русскими, Николаев – чуваш, Попович – украинец. Сто шансов к одному, что первым в космос полетит кто-то из русских. Все видели, что руководитель отряда космонавтов генерал Николай Каманин и Главный конструктор Сергей Королев благоволили к Гагарину. Зимой 1961 г. среди космонавтов провели опрос – каждый должен был написать фамилию того, кто достоин полететь первым.

Больше всех голосов набрал Гагарин, затем Титов и Нелюбов. А прямодушный Николаев как-то заявил Королеву: "Я понимаю,что в космосе первым должен быть русский, а когда же чуваш?" В итоге, по воспоминаниям Поповича, Главный распорядился, что первым стартует Гагарин, вторым – Титов. Затем – групповой полет "Востока-3", которым командует Николаев и "Востока-4", на нем полетит Попович.

"Будете в космосе демонстрировать перед всем миром дружбу народов СССР", – сказал Королев. Политбюро одобрило столь политически грамотный выбор. Пятым стал Быковский, а Нелюбова, опять-таки из-за показухи, отодвинули, заменив на первую в мире женщину-космонавта, "ткачиху и комсомолку Валю Терешкову", как тогда писали газеты.
Николаев стартовал 11 августа 1962 г., Попович на день позже. Баллистики настолько точно рассчитали траекторию, что после выхода на орбиту "Восток-4" оказался в 4-5 км сзади от "Востока-3" и в ответ на слова Николаева: к Поповичу "Беркут", я – "Сокол", ты меня слышишь?", последний заорал на весь космос: "Андрюша, я тебя вижу! Ты – справа от меня, как маленькая Луна!"

ДОБРЫЙ ЧЕЛОВЕК ИЗ ЗВЕЗДНОГО

Автор этих строк прослужил 29 лет на космодроме Байконур. Начал службу лейтенантом в 1960 г. в испытательной части на космодроме Байконур, которая и запустила 12 августа 1962 г. со стартовой площадки №1 Павла Поповича, и закончил командиром отдельной инженерно испытательной части, полковником. Неоднократно общался с Поповичем. Конечно, дистанция между испытателями и космонавтами была всегда, ибо они считались земными "небожителями". Тем не менее первое, что поражало в Павле Поповиче – его скромность, неконфликтность в отношениях с любыми людьми и чисто украинское чувство юмора – мягкого, добродушного, но тем не менее острого.

Космонавт №4 не любил фотографироваться, поэтому в иллюстрациях книг на космическую тематику было очень мало его снимков – раз-два и обчелся. Молодой Попович всегда выглядел лихим асом – сдвинутая набок летная фуражка, безукоризненно отглаженная военная форма, красивая, я бы сказал, солнечная улыбка, действовали на всех так, что общение с ним было просто приятным.. А еще его называли "Добрый человек из Звездного" – за гостеприимность и хлебосольность. Квартиру Поповичей в Звездном городке соседи окрестили "Домом крестьянина" – в советские времена во многих городах были такие недорогие гостиницы недалеко от вокзала. Друзья постоянно подшучивали: "Паша! Как у тебя в квартире пол-Украины размещается?"

Приведу еще несколько малоизвестных фактов из жизни нашего знаменитого земляка.
Он прекрасно знал немецкий язык, которому в детстве его обучил немецкий офицер, квартировавший у Поповичей в Узине во время оккупации. "Методика" у фашиста была своеобразная. Он задавал Павлу вопрос на немецком и, если не получал правильного ответа, то бил мальчика по рукам офицерским ремнем.
Попович, приехав домой в 1946 г. после окончания 1-го курса ремесленного училища, где ученики были на полном гособеспечении, привез семье пять сэкономленных буханок хлеба – огромная роскошь по тем временам.
Попович имел прекрасный вестибулярный аппарат среди космонавтов.

Когда его проверяли на спецкресле типа качелей, раскачивающихся только в горизонтальной плоскости, плавно перемещающихся взад-вперед, Попович постоянно подшучивал над врачом из Института авиационной и космической медицины Иваном Бряновым, пытавшимся таки "укачать" испытуемого и вызвать расстройство вестибулярного аппарата: "Иван Иванович, вы еще не устали?" Брянов объявлял перерыв и вновь пытался "укачать" Поповича, но всегда безуспешно.
Став космонавтом, не всегда следовал инструкциям, считая их "не догмой, а руководством к действию", что не раз выручало в космосе. Так во время ручной стыковки к станции "Алмаз" ("Салют-3"), когда корабль начал уходить вправо, Попович, не задумываясь, снял (отвинтил) перчатки скафандра, чтобы руки лучше чувствовали рукоятки управления кораблем. Но в такой ситуации космонавт подвергал себя смертельной опасности в случае разгерметизации корабля во время его стыковки со станцией.

На протест бортинженера Юрия Артюхина о неправомочности таких действий Попович ответил: "Ты спасешься и скажешь, что я на это пошел добровольно". И идеально состыковал "Союз" с "Алмазом", точно введя штангу стыковочного устройства в приемную воронку. А спустя пару суток работы на станции, не задумываясь, отключил "тревожную" сирену, которая "засбоила", начала постоянно реветь, сигнализируя о мнимых неполадках на станции, и мешала не только отдыхать, но и работать, методом короткого замыкания. В этом поступке был весь Попович. Хотя, случись настоящее ЧП, космонавтам могло не поздоровиться.

КОНЬЯК ПОД ЗАМКОМ

Не так давно, отмечая в кругу друзей очередную годовщину полета к станции военного назначения "Алмаз", космонавт Виталий Жолобов, также побывавший там, вспомнил эпизод с полетом Павла Поповича. Всем в отряде космонавтов было хорошо известно, что космонавт №4 любит хороший коньяк. Имевший друзей везде, он уговорил людей, снаряжающих орбитальную станцию запасами питьевой воды, продуктами питания и т.п., "незаметно, но качественно уложить для него с Юрием Артюхиным бутылочку коньячка, чтобы он, Попович, мог на орбите вспомнить добрых людей".
Увы, после стыковки "Союза-14" с "Алмазом" обнаружилась негерметичность в переходном отсеке к станции. Это могло привести к отстыковке и досрочному завершению полета.

Расстроенный Попович, очевидно забыв, что магнитофон на корабле включается автоматически от звука голоса, обнародовал на весь Центр управления полетами свое "острое желание накатить стакан" и огорчение по поводу отсутствия бутылки под рукой. Ибо бутылка-то была, но в станции, куда перейти в тот момент было нельзя без разрешения генерального конструктора Владимира Челомея. А тот раздумывал, насколько это опасно для экипажа. За такие "желания" могли и наказать, поэтому позже, после перехода в станцию, Попович вслух для начальства сокрушался, что у них нет даже шампанского, дабы отметить новоселье.

ОПИСАННОЕ КОЛЕСО "ЛАЗ"а

И до сего дня у российских космонавтов есть забавная традиция, которую заложил почти полвека назад Главный конструктор Сергей Королев. Не доезжая примерно около километра до стартовой площадки, сопровождающие космонавтов в поездке их товарищи обязательно выполняют ритуал "на счастье": выходят из автобуса и щедро "орошают" одно из его задних колес. Шаманство? В некотором роде да, оно самое. Его можно принимать, можно осуждать, но так было и есть, кстати, по жизни.

Летчики, моряки и ракетчики являются в большинстве своем достаточно суеверными людьми в том плане, что они, имея дело с такими грозными стихиями, как космос, небо и море, неоднократно сталкивались с явлениями, против которых человек бывает бессильным. Причем, у каждого – свои способы отпугнуть нечистую космическую силу, описан (пардон за каламбур) один из них. Нечистая, наряду с чистой космической силой в среде испытателей считаются узаконенными терминами, которые объясняют необъясняемые порой с технической точки зрения моменты в работе космической техники – но это отдельная история.

КОСМИЧЕСКИЕ КАРЛСОНЫ

Бытовой отсек станции "Алмаз" (его диаметр до 4 м), в котором космонавты проводят одни из лучших часов своего полетного времени, прост, как правда. Ощущение пола и потолка достигнуто так: верх окрашен в светлый цвет, а пол (низ) – в более темный. Два лежака – стационарный и откидной, обеденный стол, к которому выведена холодная и горячая вода. Здесь же – подогреватели пищи и бортовой ее запас в специальном контейнере. Все это в тубах, консервных баночках и полиэЁЎ_ ЁЎ_ х мешочках.  На каждый день космонавты делают суточную раскладку проднабора – на завтрак, обед, ужин, причем каждый исходит из индивидуального вкуса, но с обязательным учетом количества калорий. На другом борту отсека – шкаф с отделениями для магнитофона, приемника, маленькой библиотеки, шахмат. Отдельно хранится белье и салфетки. В другом отделении – медаппаратура для исследований и спортивные тренажеры. Напротив лежака – пылесос "Ракета", который не только убирали пыль но и с легкой руки Поповича сделали средством развлечения – в невесомости на нем можно было передвигаться по станции. Представьте себя летящим на пылесосе – сразу поймете Карлсона и позавидуете ему!


×
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Автор: Александр Панченко
Вы сейчас просматриваете новость "Наш космонавт первым освоил орбитальную станцию "Салют", которая имела на своем борту авиационную пушку". Другие Последние новости Украины смотрите в блоке "Последние новости"

Добавить комментарий:

Ваш комментарий (осталось символов: 1000)
Правила комментирования на сайте Сегодня.ua
Подписка: