Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Вы можете ознакомиться c изменениямы в политике конфиденциальности. Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять

"Сам факт "нормандской встречи" – это уже победа Украины": интервью с Андреем Ермаком

5 декабря 2019, 12:05

"Думаю, что уже ни у кого нет сомнений, что президент Зеленский не согласится, чтобы на него давили и что-то требовали"

Андрей Ермак

Андрей Ермак / Фото: Сегодня

С чем Украина едет на переговоры в "нормандском формате", как президент Владимир Зеленский планирует защищать национальные интересы, что является главными целями украинской власти на Донбассе сегодня – об этом советник президента Андрей Ермак рассказал журналистам "Сегодня".

- Как украинская сторона готовится к встрече в "нормандском формате"?

- Я считаю, что это очень важный момент в истории нашей страны, это очень важные переговоры, поэтому, безусловно, идет очень тщательная подготовка к ним. Готовится вся команда, готовится президент. На сегодня у нас будет несколько планов развития событий. Безусловно, результат этих переговоров зависит не только от нас, но, как вы знаете, Украина выполнила все условия, которые были достигнуты для того, чтобы эта встреча состоялась. Между прочим, я хочу сказать, что сам факт этой встречи – это уже победа, потому что три года лидеры не встречались в "нормандском формате", но сейчас эти переговоры имеют шанс возобновиться.

Если говорить о программе максимум и программе минимум, то программа максимум предусматривает какой-то действенный план с реальными сроками – это план окончания войны и план восстановления нашей территориальной целостности и возвращения всех наших территорий, всех наших пленных, фактическое прекращение войны, которая сегодня, к сожалению, продолжается. Я считаю, это большое достижение, что, наконец, человеческая жизнь стала приоритетной ценностью любого политического действия команды президента Зеленского и нашего правительства. Это доказывают и 35 пленных, которых мы вернули. И так же точно жизнь каждого украинца для нас является наибольшей ценностью. Наше государство должно вернуть все, что мы потеряли в последние годы.

Программа минимум – я считаю, что здесь на первом месте также должно стоять прекращение боевых действий, которое приведет наконец к тому, что мы перестанем терять наших ребят, которые сегодня защищают Украину. Во-вторых, это четкая договоренность об обмене и возврате всех наших пленных, которые сегодня находятся и на неподконтрольных территориях, и на территории России. Также я считаю, что программа минимум – это получить четкий сигнал, какие дальнейшие шаги будут происходить относительно выполнения "Минских договоренностей". Еще хочу подчеркнуть, что мы, безусловно, рассматриваем все только в интересах Украины и наших людей.

- Есть ли уже списки пленных, и что Вы можете сказать об итоговом коммюнике, которое, как сказал Дмитрий Кулеба, не будет иметь юридической силы?

- Я могу вам сказать, что списки людей постоянно обсуждаются. Списки поступают фактически каждые две недели, и они постоянно уточняются. Я не хотел бы сейчас говорить о конкретных цифрах, потому что они уточняются все время – потому, что, например, что-то не подтверждает та сторона. А мы настаиваем, что сегодня одно из самых важных событий, которое должно произойти – это получение возможности поиска людей на той территории нашими специалистами – а для этого нужно иметь возможность приехать в любое место, с чем сегодня, как известно, к сожалению, есть определенные трудности. Но, я считаю, что это также будет предметом переговоров. Думаю, что до 9 декабря мы с нашей стороны будем иметь все необходимые цифры и факты, будем их отстаивать, потому что ведется постоянная работа по уточнению списков как Минской группы, так и группы, работающей с родителями тех, кто, по нашей информации, находится на той территории. Хотя та сторона, бывает, и не подтверждает этого. Но мы будем настаивать на своем и будем защищать каждого украинца, о котором мы располагаем информацией, что он находится там.

Реклама

Как вы знаете, процесс переговоров финализирует подписание такого документа, как коммюнике, в котором говорится, о чем говорили стороны, о чем они договорились, но это не международный договор. В то же время, этот документ открывает возможности для дальнейших международных действий, которые уже будут иметь какие-то последствия с точки зрения международного права. Еще хочу отметить, что президент едет на эти переговоры с открытой позицией, о которой общество информировано. Хочу вас заверить, что президент Зеленский никогда не подпишет ни одного документа, который может предать не только 73% тех, которые проголосовали за него, но и 100% наших граждан, для которых сегодня это очень важный вопрос. Я в этом уверен. Потому что эта война касается каждого украинца. Я могу сказать, что мою семью также непосредственно затронула эта война.

- Можете ли вы выделить так называемые "красные линии", потому что в обществе постоянно поднимаются волны, и "формула Штайнмайера" это показала? И готова ли Украина к жестким переговорам с Россией?

- Я слышу и читаю много критики в наш адрес, но хочу сказать, что на сегодняшний день ни президент Зеленский, ни кто-либо из нашей команды не подписал ни одного документа. Поэтому, если говорить честно, сегодня нас критиковать не за что. Все документы, которые существуют в пределах Минских договоренностей и "нормандского формата", это все подписывали люди, которые занимали эти должности до нас. Поэтому мы получили документы, которые имеют определенные недостатки, и недостатки очень серьезные, но эти документы подписаны от имени нашего государства. Мы не отказываемся от этого.

Кстати, у меня была очень интересная встреча в комитете Верховной Рады на прошлой неделе, на которую были приглашены представители движения "Нет капитуляции" – там присутствовал уважаемый профессор Василенко. Мы очень хорошо пообщались, и, изучая их документы, я им с самого начала сказал: "ваша позиция процентов на 90% совпадает с нашей, но есть такой вопрос: почему ваше движение появилось не пять лет назад, а только сейчас?" Но это риторический вопрос.

Безусловно, мы готовы к серьезным переговорам, и я думаю, уже ни у кого нет сомнений, что президент Зеленский не согласится, чтобы на него давили и что-то требовали.

В тренде
В Украине впервые отпустили на свободу приговоренного к расстрелу убийцу

Я считаю, что сегодня у нас есть, во-первых, четкий план и четкое понимание того, как все должно происходить. И мы видим, что в конце этого процесса должны состояться местные выборы на территориях, которые сегодня неподконтрольны Украине. Но эти выборы должны состояться только по законодательству Украины, которое включает в себя многие элементы. Например, это невозможно при наличии каких-либо вооруженных иностранных групп; также, это невозможно, если мы не контролируем границу, если сегодня там не могут работать наши институты. То есть это должны быть выборы по украинскому законодательству на территории отдельных районов Донецкой и Луганской области.

Во-вторых, безусловно, нам надо начать с прекращения огня. Это самое важное, потому что безопасность наших граждан для нас одна из наиважнейших вещей. Последний раз мы посещали эти места вместе с послами Германии и Франции, которые являются участниками "нормандского формата", а также послами Великобритании и США. Это было необходимо для того, чтобы собственными глазами увидеть, как Украина выполняет свои обязательства – и какое отношение к этому у местного населения. И это также формировало позиции Германии и Франции к переговорам.

Реклама

- Когда вы общались с людьми на прифронтовых территориях, увидели ли вы, что не все они поддерживают разведение войск? Ведется с этими людьми диалог для того, чтобы их убедить? И второй вопрос насчет западных дипломатов. Мы видим, что во многом они выступают на стороне России (ситуация в ПАСЕ, "Северный поток 2"). Учитываете ли вы эти риски?

- Давайте я начну с вашего второго вопроса. Я только что вернулся из Берлина, мы постоянно в контакте, и я вам хочу сказать, что настало время, когда надо вообще менять позиционирование нашей страны. Потому, что все мы долго считали (и это была наша слабая позиция, как я считаю): весь мир постоянно должен о нас думать, беспокоиться и помогать нам. Но это мы должны думать о себе и быть сильными. Мы должны защищать, в первую очередь, наши интересы, тогда и наши партнеры, у которых тоже есть свои интересы, будут строить диалог. Мы не должны выступать с позиции нищих, которые постоянно что-то просят. Мы хотим быть надежными партнерами и строить сегодня такие отношения, в которых мы выглядели бы сильными и нас уважали бы. Не жалели, а уважали.

Мы едем на переговоры с очень мощной поддержкой не только от наших партнеров по "нормандскому формату", но и со стороны Соединенных Штатов – вы слышали уже несколько заявлений, и, думаю, они еще будут со стороны Великобритании, Канады, Евросоюза. Думаю, на этой неделе мы еще услышим очень много заявлений, в том числе, от нашей мощной диаспоры.

Относительно вашего первого вопроса. Здесь я не согласен с вами на 100%, потому что я не слышал ни от одного человека – ни в Золотом, ни в Петровском, ни в Станице Луганской, что кто-то против прекращения войны, кто-то против разведения. Да, возможно, в начале этого процесса, когда они еще не видели, как это должно происходить, и какое внимание наш президент и члены его команды уделяют этому, в них могли быть какие-то опасения. Но когда они увидели, что президент приехал в Золотое, к тому же приехал ночью, остался до следующего дня, потом сам вышел и общался с людьми – он показал, насколько для него важно то, чтобы местные жители чувствовали себя в безопасности, и он готов услышать каждого из них. Я слышал лишь просьбы прекратить войну. И очень важно еще одно, что я услышал: "мы украинцы, мы хотим жить в Украине. У нас есть родственники, мы тоже с ними разговариваем, и когда они едут сюда, то они видят: да, трудно. Но у нас лучше". И это очень важный месседж, потому, что нам надо вернуть наши территории. И вернуть сегодня в нашу страну тех людей, которые временно сегодня находятся там.

В любой хорошей семье, если случается какая-то беда, или, не дай Бог, кто-то заболел ... Чем отличается хорошая семья – в ней все вместе.

- Что вы можете сказать о возможных переговорах по газу?

- Вы знаете, что в Брюсселе постоянно происходят переговоры по этому поводу. Мы не знаем, будет ли поднят этот вопрос. Если кто-то из лидеров его поднимет, безусловно, он будет рассматриваться. Я могу вам подтвердить, что у нас есть четкая позиция, принципиальная позиция, которая, как мы считаем, наиболее выгодна сегодня для Украины, и которую мы защищаем. Я думаю, что у нас очень мощная команда в лице министра энергетики Оржеля и руководства "Нафтогаза", и премьера, и это находится под постоянным контролем.

Знаете, очень трудно прогнозировать, какие вопросы будут подняты во время встречи, потому что это первая встреча, на которой встретятся Зеленский и Путин, более того – это будет первая встреча лидеров наших стран за последние три года. Но я могу вас заверить, что президент Зеленский готов к обсуждению любых вопросов. И я думаю, что все мы увидим, даже те, кто сегодня еще остается скептиком, в течение того, как будут вестись переговоры, этих скептиков будет все меньше. Потому что, поверьте, сегодня у нас очень сильный президент, который будет защищать украинские интересы.

Сегодня, когда мы говорим о разведении войск, это не значит, что мы забыли о чем-то, что мы прекратили развивать нашу армию. Мы все получили очень тяжелый урок: без сильной армии, без сильной экономики мы в опасности. Я думаю, что после урока этой войны Украина никогда уже не будет слабой. И никогда уже не будет полагаться на чью-то помощь, на то, что кто-то нас защитит – мы будем защищать себя сами.

Все подробности в спецтеме Урегулирование на Донбассе

Читайте самые важные и интересные новости в нашем Telegram

Реклама

Реклама

Новости партнеров

Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...
загрузка...