Сделать стартовой
26,2
29,26
УКР

"Школа обеспечивает существование государства": интервью с лучшим учителем Украины-2017

В нашей стране нивелировалось уважение к учителю, считает победитель Global Teacher Prize Ukraine Паул Пшеничка

Паул Пшеничка. Фото: Д. Павлов/"Сегодня"
Паул Пшеничка. Фото: Д. Павлов/"Сегодня".

Паул Пшеничка не обычный учитель – его знают во всем мире. В 2004 году Паула признали лучшим учителем физики по версии Intel. Он почетный член Лондонского института физики. Его именем американская лаборатория Линкольна назвала астероид. Он – основатель проектно-ориентированного метода обучения в школах. Учителя из Черновцов приглашали читать лекции и рассказать о своем методе в более чем 30 стран мира. А в прошлом 2017 году Паул Пшеничка победил в национальной премии Global Teacher Prize Ukraine и был признан лучшим учителем Украины.

Уже 48 лет учитель преподает физику и астрономию в Черновицком лицее №1.

Накануне Дня учителя сайт "Сегодня" пообщался с Паулем о том, как учить детей точным наукам, почему его тревожит состояние украинского образования, и заменят ли онлайн-курсы школы и учителей.

"Я даю возможность ученикам самим провести урок, потом сижу и смеюсь, потому что они меня копируют"

- Вы работаете в школе 48 лет. Я знаю, что вы не планировали быть учителем. Расскажите, с чем столкнулись в школе, и как за столько лет у вас менялся подход к обучению и ученикам?

- Я пошел работать в школу по направлению. Когда закончил университет, государство на три года отправляло отрабатывать туда, где нужны учителя. Я попал в новую школу, которая существовала всего год. К нам попали ученики со всех школ города, и учителя у нас были отовсюду. С чем столкнулся? Нового учителя дети не воспринимают. Постепенно наладил с ними контакт. Я нашел свой способ – мы ходили в походы, дети это любят; был очень хороший коллектив, учителя играли с учениками в баскетбол, волейбол – командные игры.

- А как менялись подходы к преподаванию физики? Это непростой предмет для усвоения.

- Очень постепенно. Сначала я очень тесно общался с выдающимися коллегами, имеющими опыт. Смотрел, как они работают. Перенимал от них, насколько мог, я ведь не заканчивал пединститут – я физик. Я всегда думал, что буду инженером, физиком, буду заниматься опытами. Живая обстановка в школе мне понравилась больше, и я не жалею, что остался. Постепенно вырабатывал свой метод обучения. Но самый прорыв был в 1991 году – я придумал другой способ обучения через практику.

- Расскажите об этом методе, как он работает?

- Если ученик очень хорошо знает материал, решает задачи, пишет контрольные на отлично – все равно он может не понимать сути. Есть дети академически одаренные, хорошо учатся, а есть такие, которым очень трудно дается учеба. А физика – теоретическая и экспериментальная наука. Где-то на 7% – экспериментальная, и на 93% – теоретическая. И есть много учеников, которым теория не дается, но они очень хорошо умеют работать руками. Я расширил круг тех, кто может учить физику. Ученик получает знания, применяет их на практике и уже никогда их не забудет. Например, перед человеком можно поставить велосипед и целый год рассказывать, из чего сделаны колеса, спицы, как работают педали. Ученик быстро потеряет интерес. А можно дать этот велосипед и пару раз показать, как на нем ездить. Эти спицы и педали быстро забудутся, а опыт поездки – никогда. Это и есть метод проектно-ориентированного обучения.

Физика очень интересный предмет и надо его преподавать интересно. Я прихожу на урок и показываю им опыт, но такой опыт, что у них глаза вылезают на лоб – как так? Например, я беру спичку, ставлю на нее вторую спичку, и вдруг эта спичка начинает подскакивать. Я рассказываю им байку, что я могу телекинезом заниматься и двигать предметы мыслью. У меня в запасе очень много подобных вещей. А дальше разговариваю с ними. Во-первых, стараюсь очень интересно рассказывать. Я рассказываю, где применяется то или иное знание по физике, показываю фильм с YouTube – это очень хорошо заходит. Я их учу задавать вопросы. Не столько я спрашиваю их, сколько учу задавать правильные вопросы. Втягиваю их в разговор, чтобы они забыли о своих всевозможных выходках, потому что от скуки они начинают заниматься безобразием. Если их занять, то будет работа. Да, ученики совершенно разные. Но когда их 30, то невозможно с поработать с каждым. А дальше я могу работать на трех уровнях. Вот, недавно я проводил небольшой контроль. Даю ученику три варианта: один – простой, второй – средний, и третий – сложный. Они сами выбирают уровень сложности. Для учеников, которые очень быстро мыслят, надо давать задания, соответствующие их возможностям, тогда у них есть вызов, энтузиазм, драйв.

- А как изменился подход к новому поколению? Ведь 20 лет назад Интернет не был таким доступным, а сейчас каждый ученик имеет смартфон и доступ к сети.

- Всегда было полно вещей, которые отвлекали внимание учащихся от учебы. Я не имею ничего против того, чтобы они пользовались интернетом. Единственное, я запрещаю списывать.

- Чего ни в коем случае не делать учитель?

- Учитель не должен быть формалистом. Например, ученик может забыть написать "Дано" в условиях задачи. Но обращать на это большое внимание – это формализм. Я не обращаю внимания на это. Намарал где-то в тетради – я не занижаю за это оценку. Меня интересует творческий подход ученика. Если он знает, понимает – он имеет хорошую оценку. Есть учителя, которые читают много нотаций ученикам. Абсолютно зря тратят время. Это не воспитывает, воспитывают примеры: если ты работаешь с вдохновением, ученики начинают понемногу тебя копировать. Иногда я даю возможность учащимся самим провести урок, потом сижу и смеюсь, потому что они меня копируют и делают на меня пародии.

"Без хорошо подготовленных учителей никакой реформы не будет"

- Вы рассказывали о своем методе в более чем 30 странах. Расскажите, чем отличаются украинские учителя и ученики от зарубежных.

- И учителя, и ученики везде одинаковы: есть как хорошие, среднего уровня, так и плохие. Я читал лекции в Швейцарии, США, Сингапуре. Проводил уроки в школах Австрии. Там совсем другие порядки. Если ученик ничего не делает – он имеет полное право на это. Хочешь – учись, не хочешь – не учись. Однажды на уроке задал вопрос девочке, которая ничего не делала. Она на меня посмотрела в шоке. И я понял, раз они своими делами занимаются, то это их проблемы. А проблемы большие, потому что они потом не получат аттестат – и это там тоже нормально. Во Франции можно учиться, а можно не учиться, но это до поры, до времени – это девять классов. Далее следует определиться, или покидаешь школу и идешь работать, или вот эти последние три года определяешься, куда идти: в техническую область или гуманитарную. И там уже смотрят на оценки за предыдущие девять лет. Школьники учатся добровольно, никто никого не заставляет, но они знают, что на выходе из школы они будут сдавать 10 экзаменов за пять дней. И это дисциплинирует.

- Что дисциплинирует украинских школьников? Вы хотели бы видеть подобную систему в Украине?

- Последние несколько лет просто безобразие творится. Аттестат потерял всякую ценность. Во-первых, аттестат дают всем, даже если получаешь единицы. Это просто девальвация образования. Во-вторых, ученики одиннадцатых классов бегают к репетиторам, выбирают себе три предмета и просто не учатся. Мало того, последние годы перестают делать уроки, потому что это большая нагрузка. В 11-м классе надо учить 18 предметов. Если серьезно их учить – нужно сидеть сутками, а они плевали на это дело и ходят к репетиторам, прогуливают уроки. Тем более ВНО сегодня сдали, а завтра все забыли.

Надо делать то, что и Франция, и другие. Я был в Эстонии, и дети там знают, что им придется сдавать экзамен по предмету. Причем им не говорят, какие предметы они будут сдавать. И им приходится учить все. Таким образом они стимулируют образованность.

- В Украине как раз проводится образовательная реформа. Будет 12-летняя программа обучения, и это должно быть не заучивание учебников, а обучение компетентностям. Вы поддерживаете реформу, изменит ли она ситуацию к лучшему?

- Нужно посмотреть, как будет. Реформа началась с младших классов. И очень хорошо, что она началась, потому что вообще ничего не делать, как это делалось, – это еще хуже. А какой будет результат, я не знаю. Что такое компетентности? Это то, о чем я говорю в своем методе, когда знания применяются на практике. Для этого надо переучить сотни учителей, чтобы работать таким образом. В Швеции, Эстонии учителя для этого получают очень основательную подготовку. А без хорошо подготовленных учителей никакой реформы не будет. Есть риск, что все будет по-старому, но называться по-новому, и на этом все закончится. А где взять этих учителей, если в пединституты у нас идут по остаточному принципу. Да, среди этих людей есть и те, кто хочет быть учителем, и это очень ценные люди – а их тоже нужно учить по-новому. Если брать Финляндию, на которую мы ориентируемся, там конкурс по 10 человек на место. При таком конкурсе и хорошей системе обучения у них суперучителя. В Швейцарии не так просто устроиться учителем даже в самом глухом углу, там огромный конкурс и зарплаты. Эстония, такая же бывшая советская республика, как Украина, подняла свое образование и уже конкурентоспособна.

- Если бы вы были министром образования, что бы вы изменили?

- В первую очередь я бы проанализировал, в чем проблема. Подключив статистику, компании, которые занимаются анализом. Я бы устранил все те вещи, которые мешают, а их полно. Это бесконечные бумаги, продуцируемые просто потому, что людям надо оправдать свою работу. Есть абсолютно абсурдные бумаги. Посмотреть, какая атмосфера в коллективе, потому что если в коллективе атмосфера плохая, то учителя будут плохо работать. Должна быть нормальная организация труда. Это возможно без больших затрат. В очень многих школах постоянно делают ремонты – собирают на это деньги и каждый год организуют ремонты. Очень показательный пример видел в Эстонии – школу отремонтировали 17 лет назад и все. В чем дело? В коррупции.

- Недавно вы выступали в Верховной Раде. В своем обращении к депутатам вы процитировали президента США Рейгана, сказав, что образование – вопрос национальной безопасности, и ее состояние в Украине должно уже беспокоить. Почему так?

- Если в стране слабое образование, то не будет качественных инженеров и врачей. Кстати, во всех западных медицинских вузах физика – обязательный предмет для сдачи, потому что очень высока насыщенность высокотехнологичной аппаратурой. У нас этого нет, это уже нехорошо. Американцы совершенно серьезно говорят, что образование – это основа безопасности государства. Если Штаты обеспокоены своей безопасностью, то посмотрите, в какой ситуации мы. А что, у нас нет людей с головами? Есть. Есть нобелевские лауреаты, они просто достигли этого во Франции или в Австрии, Америке. Образование дает экономическую безопасность, информационную безопасность, и это конкурентоспособность страны.

- В Украине 62% учителей школ – это люди за 40, только 16% – педагоги до 30 лет. Молодежь не хочет работать в школах. Это грозит кадровым кризисом. Как это исправить?

- Надо сделать зарплату на уровне, чтобы на место учителя претендовали 10 человек. Но у нас есть еще одна беда – у нас гендерный дисбаланс. Я часто бываю на конференциях по Украине, и среди 300-400 учителей одни женщины. В этом ничего плохого нет, женщины такие же умные, как и мужчины, но гендерный баланс хотя бы какой-то должен быть. Это также результат низкой зарплаты, потому что парни думают о том, как обеспечить семью и не идут учительствовать. А вот на конференции по физике в Швейцарии было все наоборот: среди 19 учителей только одна женщина. В Америке другая ситуация – там женщинам платят большие стипендии, чтобы они шли работать там, где преимущественно мужчины, чтобы выровнять гендерный баланс.

"У нас постепенно нивелировалось уважение к учителю"

- Как нужно мотивировать учителя? Только уровнем зарплаты, или должны быть и другие стимулы?

- Есть страны, где учитель имеет целый год оплачиваемого отпуска. В это время учитель должен ездить в университеты, слушать курсы. В Швейцарии учитель должен привезти документ, что он прошел обучение. Они имеют возможность развиваться. Во многих странах учителям оплачивают связь, интернет, транспорт. Зарплата очень важна. Учитель, который не имеет достаточного дохода, вместо того, чтобы читать книги и развиваться, вынужден где-то подрабатывать. Если учитель ходит, одетый по-простецки – это видят ученики и начинают не уважать профессию учителя.

- Кстати, какая зарплата у учителя Черновицкого лицея? Она позволяет нормально жить и обеспечивать базовые потребности?

- Нет. Хотя зарплату подняли, если ее перевести в доллары и сравнить с той, которая была 10 лет, то она не изменилась, а то и уменьшилась. И повышение зарплаты быстро съедает инфляция. А кроме работы с учащимися учитель имеет много бумажной работы, из-за чего нет времени развиваться. Это также загоняет людей в тупик. Учителей часто отвлекают на мероприятия, которые вообще не касаются образования, – это прямое нарушение закона "Об образовании". Сухомлинский писал, что свободное время учителя – это его золотой ресурс. А этот ресурс самым бессовестным образом растрачивают и не дают учителю развиваться.

- Как за ваши годы учительства изменилось уважение к учителю?

- Когда я начинал, уважение было колоссальное. Никто из родителей не смел сказать учителю, что он плохо учит или еще что. Уважение к учителю возникает тогда, когда есть уважение к образованию. У нас постепенно нивелировалась уважение к учителю, а когда люди увидели, что высокое образование не дает высокой зарплаты, началось пренебрежение к образованию. Получается, что, торгуя на рынке без образования, можно заработать больше, чем тот, кто потратит пять лет на обучение. Постепенно за эти годы появлялась пренебрежение к образованию, школе, учителю. А дальше будет пренебрежение к государству, потому что люди начинают бежать из страны. Причем бегут те, кто очень хорошо зарабатывает. Школа – это организация, которая обеспечивает существование государства. Нет образования – нет государства.

pavl6389_01

Фото: Д. Павлов/"Сегодня"

- Возможно, должна измениться роль школы и учителя? Потому что школа и учитель перестали быть источником знаний, когда появился свободный доступ к Интернету.

- Это не так. Если человек хочет изучить, например, математику, в интернете есть онлайн-курсы, к примеру, Khan Academy, Coursera и многие другие. Но они не являются эффективными. Почему? Потому что человеку самому очень трудно выбрать из множества того, что предлагается в Интернете. Должен быть тот, кто покажет, в каком направлении двигаться. Учителя не исчезнут. Две с половиной тысячи лет назад возникла Академия Платона, и я уверяю, сегодня такая академия будет иметь успех.

Интернет – как свалка, там можно отыскать золото, но кто-то должен показать, как это делать. Учитель действительно перестал быть единственным источником знаний. Но все равно, учитель дает знания гораздо быстрее и эффективнее, чем если учиться самому. Есть такие ученики, которые могут сами учиться. Но большинству нужен наставник. Исчез такой расклад, когда учитель имеет книгу, а ученик – нет, так было, когда я учился. Учитель не должен пересказывать книгу, он должен иметь гораздо больше знаний. А сегодня учитель должен знать больше, чем Google, и научить ученика пользоваться всеми этими ресурсами правильно, помочь ему получать знания.

Читайте самые важные и интересные новости в нашем Telegram

Вы сейчас просматриваете новость " "Школа обеспечивает существование государства": интервью с лучшим учителем Украины-2017". Другие Последние новости Украины смотрите в блоке "Последние новости"

АВТОР:

Виталий Андроник

Источник:

Сегодня

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Орфографическая ошибка в тексте:
Послать сообщение об ошибке автору?
Сообщение должно содержать не более 250 символов
Выделите некорректный текст мышкой
Спасибо! Сообщение отправлено.
Продолжая просмотр сайта, вы соглашаетесь с тем, что ознакомились с обновленной политикой конфиденциальности и соглашаетесь на использование файлов cookie.
Соглашаюсь